Артём Корсаков - Каритас

На следующее утро Артём, не спавший всю ночь в попытках отыскать всё нужное, закончил со сборами. С помощью кольца он нагло угнал и доставил на четырнадцатый этаж мотоцикл, нисколько не чувствуя угрызения совести, а также приготовил два рюкзака с тем, что, по его мнению, должно пригодиться при спасении Каритас.

— Ты точно решил пойти со мной? — спросил Артём Колю в тот момент, когда уже надо было пускаться в путь.

— Конечно, ты же мой брат. А если с тобой что-то случиться? Я не могу тебя бросить, — ответил Коля с, впервые за долгое время, серьёзным видом. — А ты уверен?

— Что значит "уверен"?

— Я имею в виду твои вчерашние слова, что в мире полно девушек и Каритас лишь одна из них. Ведь мы решаем серьёзный вопрос, вполне возможно, рискуем своими жизнями. Ты уверен в своих действиях? Я хочу понять, что тобой движет. Может, ты хочешь стать героем или не желаешь показаться перед Каритас трусом. Артём, это не какая-нибудь сказка, это реальность. Вдруг нас завтра убьют, и никто даже не вспомнит о нашем существовании. Я верю, что Каритас прекрасная девушка, но где гарантия, что она так же тебя ждёт? Времена Ромео и Джульетты прошли. Вдруг, ты заблуждаешься, и настоящая любовь ждёт тебя в соседней квартире, — сказал Коля, внимательно смотря на брата, пытаясь проникнуть в его душу, понять его чувства.

Артём подошёл к окну, посмотрел на улицу и, подумав немного, тихо сказал:

— Я понимаю, к чему ты клонишь. Знаешь, всегда легче отступить, чем добиться чего-то. В этом мире нет ничего лёгкого. Я вспоминаю ту минуту, когда увидел фотку Каритас на сайте. И думаю, что бы стало, если бы тогда не написал ей? А вот что: я бы всю жизнь мучился и думал, а что если она и есть моя любовь, а я её упустил? Всю жизнь страдать из-за того, что не сделал элементарный шаг: написать сообщение. И я сделал этот шаг, за что благодарен судьбе. Потом было метро, встречи и так далее. Каждый раз я шёл только вперёд, не отдавая никому свою Каритас. Теперь я знаю, что она и есть та самая, единственная, ради которой стоит жить. Сейчас я благодарен себе за то, что дошёл до сегодняшнего дня.

Теперь мне предстоит опять сделать выбор, цена за который — жизнь. Вот в нём-то всё и дело. Посмотри вокруг: сколько людей счастливы? Очень и очень мало. Всех загрызли проблемы, недуги. Многие обманывают самих себя: пролетает обычная жизнь, теряются ложные ценности, время уходит на зарабатывание состояния, а если не получается, то начинают винить всё на свете — правительство, бандитов, налоговую, начальство, родителей, наконец. В проблемах винят всех, кроме самих себя. Почему? Потому что так легче жить, легче сказать, что я сделал всё возможное, но из-за каких-то… задуманное не получилось, легче существовать и плыть по течению, легче жить в виртуальном мире игр, создавая ложную реальность, где ты царь и бог. Легче — вот что выбирают все. Ты прав — это не сказка, а реальность, жестокая и беспощадная.

А теперь давай забудем о портале и волшебном мире. Я всё брошу и вернусь к своей жизни, которая была до Каритас. Завтра встречу новую девушку, мы начнем жить вместе, всё у нас будет хорошо. Позже мы поженимся, появятся дети. На работе я продвинусь по карьерной лестнице. Будут проблемы, но мы их решим вместе с женой. Вырастут дети, появятся внуки. На смертном одре я оглянусь на свою жизнь и что увижу? Всё ли правильно сделал? Пойми меня, я не смогу полюбить другую, потому что нельзя заново прожить все те минуты, которые я провёл с Каритас. Никто не сможет понимать меня так, как она, никто не сможет меня так полюбить, только она. Глядя на других женщин, я всегда буду в первую очередь видеть глаза Каритас и спрашивать себя: всё ли я сделал возможное, чтобы добиться её? Я буду жить по ложным стереотипам, загоню душу в рамки, буду обманывать свои чувства и всегда знать об этом. Я никогда не смогу уйти от мысли, что сделал неправильный выбор. Я не знаю, что меня ждёт за порталом, возможно смерть, но я точно знаю одно: если туда не пойду, если не попытаюсь спасти Каритас, то всю жизнь буду осуждать себя за то, что оступился.

Большинство людей ничтожны, потому что они обычны, стереотипны и закомплексованы. Так пусть и живут со своими проблемами, а я хочу быть счастливым и знаю, что мне нужно для этого: Каритас… в моём мире есть место только для неё…

Надеюсь, когда-нибудь, Коля, ты сможешь понять, что же мною движет, — Артём отошёл от окна, надел на себя рюкзак и, глядя брату прямо в глаза, проговорил: — Пора!

Коля подошёл и крепко обнял брата, сказав ему:

— Я с тобой.

Первый во входную дверь пролез Артём, захватив с собой мотоцикл, следом вошёл Коля.

— Давай, открывай, — сказал он, предчувствуя нечто необыкновенное и новое, и добавил шутливым тоном: — Мне уже не терпится задать взбучку этим волшебникам. Трепещите, к вам идёт Николай Могущественный!

— Скорее всего, там охрана, надо подумать, как её пройти, — предостерёг Артём, имевший вид отнюдь не такой весёлый, как у брата.

— И как же мы их пройдём? Убьём силой мысли?

— Да, есть у меня одна идейка, — ответил Артём, повернувшись лицом к Коле.

— И какая?

Артём не ответил и, вытянув вперёд правую руку, быстро проговорил:

— Усни!

Из кольца вырвался яркий серебряный луч и ударил в Колю, который даже не успел ничего сообразить, как упал на траву и мгновенно заснул.

"Работает!" — искренне удивившись, подумал про себя Артём, так и не привыкнув к волшебству, и направил кольцо теперь уже на кусты, "создав" в них небольшую щель. Посмотрев туда, он в паре метров от себя увидел двоих человек, стоящих к нему спиной, которые разговаривали между собой.

— И склько нам здсь ещё стоть, Чупок? — спросил тот, что левее, быстро говоря и проглатывая буквы, отчего его речь сложно воспринималась, превращаясь в "кашу" из слов.

— Е-щё три ча-са до о-кон-ча-ни-я сме-ны, Пу-чок, — ответил правый так медленно, будто боялся упустить даже самую ничтожную букву.

— А чо мы здсь таке охрнем? Видл этот дмок, идщий отуда-то изутри? — не унимался Пучок.

— От-кель я зна-ю? Мо-жет, ла-бо-ра-то-ри-я ка-ка-я. Те-бе при-ка-за-ли, ты вы-пол-ня-й.

— Ме непнтно почму никгда не охрняли, а тут вдуг скзли, чо отюда плно врагв можт плезть, поэтму ежскндное патрлровние, — продолжал наседать левый, заплетая свой язык.

Артём осторожно, стараясь не шуметь, раздвинул кусты и направил кольцо на одного из них: через секунду Чупок упал лицом в песок и сразу же захрапел с таким наслаждением, словно спал на мягкой, взбитой перине. Пучок вздрогнул и с глупым, завистливым видом наклонился над другом, приговаривая: "Я тже хчу пспать". Ещё мгновение и его желание исполнилось: Пучок плюхнулся на своего толстого друга и также захрапел, только не протяжно и с наслаждением, как Чупок, а нервно и прерывисто похрюкивая.