Леонид Кондратьев - Отыгрывать эльфа не просто!

В это время старшина с большим интересом вертел в руках очки и пытался обнаружить на них "шифровку агента мирового троцкизма". Очки были из стекла с металлической оправой. На ушках когда-то был логотип производителя, но это было давно и не правда. В процессе осматривания он убрал их с прямого солнечного света и продвинутый хамелеон послушно стал прозрачным - данное превращение вызвало у сержанта приступ удивления и он еще несколько раз повторил этот фокус - то пряча, то выставляя линзы на солнечный свет. Наконец наигравшись, он с сожалением, обманувшегося в своих предположениях контрразведчика, протянул их обратно и задал заковыристый вопрос:

- Что ж за стекла такие странные - на свету непрозрачные - а в темноте прозрачные? Как такое сделано?

Надев очки на глаза и с наслаждением выдохнув, я прошипел этому чрезмерно любопытному хумансу.

- Ихх дварфы телаютх. Секретх за четыреста летх еще никхому укхрасть не удалось. Если сможешь догхадаться, какх это сделано, гхарантирую от имени моегхо дома - дома Rilint'tar столькхо золота скхолько ты весишь хуманс.

Сержант немного оторопел от такого заявления - он явно ожидал, что я буду оправдываться и не ожидал такого наглого перевода стрелок. Поэтому он почесал затылок и вернулся к прерванному занятию.

Устроившись поудобней на траве в позе лотоса, что вызвало приступ удивления и в первую очередь у меня самого - раньше мое тело так не гнулось, я принялся наблюдать за процессом бритья, периодически комментируя про себя действия брадобрея. Данное времяпровождение позволило мне в кратчайшие сроки успокоится и мне уже не хотелось подтолкнуть старшину под руку, чтобы посмотреть, как он полоснет кого-нибудь по горлу и полюбоваться на красивый фонтан артериальной крови. Впрочем, вру - причем вру даже самому себе - где-то в уголке сознания это желание оставалось и не смотря на попытки отвлечься не спешило полностью покидать мою сумасшедшую длинноухую голову.

Через примерно минут двадцать, когда столь ответственное действо, немного смахивающее на жертвоприношение, закончилось, и ребята начали надевать новую форму, я с задумчивым видом произнес в пустоту:

- Да кстати тут старичок наш образовался, надо сходить поговорить. Старшина - не составишь компанию?

В ответ на данную фразу бойцы, как по команде дернулись, и раздался осторожный, чуть заикающийся голос Сергея:

- Какой старичок?

Не вставая, я откинулся спиной на траву, предварительно перекинув косу на грудь, произнес:

- Ну… не знаю? У нас с вами много общих знакомых старичков? Конечно же, я веду разговор о духе леса. Кстати старый хрыч, уже пол дня подсматривает, чем мы тут занимаемся - как будто дел у него других нет.

Старшина встрепенулся, поудобнее перехватил пулемет и выдал мысль, явно стоившую ему почти всего запаса смелости:

- Так чего он прячется пусть выходит, поговорим.

Внезапно окружающие деревья со скрипом резко наклонили вершины в нашу сторону, создав довольно значительную воздушную волну, опрокинувшую ребят на землю и скрипящий, шелестяший бесчисленными листьями и травинками голос леса произнес:

- Я-то выйду, тока ты милай в портки-то не наделай с испугу. Размахался значицо громыхалкой-то своей. Раздухарился. Старшого значит, ни уважить, ни в пояс поклониться, а громыхалку в руки и вылазь мол. Чином не вышел - мне приказывать! Не будь я вам обязан, то не стерпел бы, да показал, как со старшими разговаривать должно Сейчас выйду, сейчас. Яж не молодой, уж мильона четыре как стукнуло - быстро то не могу. Минутки то через четыре подойду - уважу вас неразумных.

Все резко затихло, вершины деревьев разогнулись, и только клацанье Серегиных зубов немного нарушало пасторальные лесные звуки - легкий шелест ветерка в листьях и журчание воды у поваленного в речку ствола дерева. Старшина прокашлялся и с опаской спросил:

- Да как к нему обращаться-то? Чуть что из себя выходит. Бешенный какой-то.

И тут же моментально пригнулся, уклоняясь от прилетевшей из кроны ближайшей сосны еще зеленой и липкой от смолы шишки.

Поднявшись одним движением на ноги и перекинув косу за спину, я с видом дедушки открывающего своему внуку тайну, прикопанной до революции крынки с золотыми червонцами выдал, офигевшим хумансам ценнейшую мысль:

- А не хрен на духа чащи, причем такой большой, без пары свитков с заклятьем "Огненный дождь" доломит крошить. У вас что, как у дварфов под шлемами мозги заплесневели? Так у тех хотя бы на шлемах рога есть, чтобы сразу видно - что тупые, как лоси. Да и ты дедуля - не пыли тут. Они тут магии и магических существ уже сто веков не видели и не слышали. А ты как проснулся, так сразу права качать. Народ тут темный, о духах леса и знать не знает. Если только в легендах старых слыхали.

Сергей, осматриваясь по сторонам, осторожно спросил:

- Так это, дух чащи - случайно не леший?

В ответ в соседних кустах зашуршало и выступившая на поляну высокая анимированная коряга с длинными сучьями, торчащими по бокам, и выложенным мхом и листьями на коре лицом проскрипела:

- Леший. Предки ваши вроде так меня звали - хотя дух чащи по смыслу ближе. Я ж чего пришел, тут рядом два человечка в одеже на вашу похожую, под деревом лежат, траву-мураву мне рудой кровянят. С одной стороны хорошо - грибы на той поляне, на следующий год знатные уродятся, да и семейству волков, что тут недалеко ребятишек то ростит, полегче с едой то будет.

Немая сцена продлилась несколько секунд, пока я сердобольно не подобрал с земли веточку и не кинул ее в рядового Онищенко. Гена моментально очнулся и вернувшись к действительности, посмотрел на лешего взглядом увлеченного патологоанатома и осторожно спросил:

- А по ближе посмотреть можно?

Леший от такого предложения просто остолбенел. Несколько секунд тишины были приняты деятельным молодым человеком за разрешение, и он с деловым видом принялся рассматривать импровизированное тело лесного духа, периодически тыкая в него пальцами и пытаясь отковырнуть кусочек мха. За что был моментально удостоен высочайшего подзатыльника с старческим комментарием:

- Иш охальник, что делает-то! Яж тебе не дева красная, чтоб меня щупать.

Старшина почти сразу после этой сцены пришел в себя и, поднявшись, молодцевато отдал честь и выдал:

- Разрешите представиться - Дроконов Валерий Сергеевич.

Коряга плавно передвигая корнями развернулась к нему и на выложенном листьями лице сложилась добрая отеческая улыбка.

- Уважил старика. Но всеж своих то забирать будете - а то я им применение-то быстро найду. Я ж их подлечить-то уже не могу - тут на болоте рощице березовой с утра помогал, силы то порастратил. Так пойдем чтоль?…