Александр Никатор - Херег-меченосец

Однако где-то через полтора часа, когда проезжали сквозь небольшой ухоженный городок и к обозу присоединилось полтора десятка мужчин одетых вразнобой и вооружённых небольшими копьями и секирами дровосеков-разговор стал налаживаться. То ли мирный быт так успокоил людей, то ли тревожные мысли понемногу ушли под мерную езду в повозках, однако стали вновь слышны смешки и разговоры, чем тут же и не преминул воспользоваться Хелег.

Обратившись к своему знакомцу санитару, которого, как лишь теперь выяснилось — звали Беренгар, однако он, не желая что бы путали с парой рыцарей и ещё тремя сержантами, просил всех называть его Бером, Хелег вновь приступил к своим расспросам: «И кто такие «лазариты», коих все боятся?»

Хохот в его повозке оказался громовым, даже подъехали пара конных сержантов и цыкнули на них, напомнив о» поиске». Задавшего вопрос, реакция соседей по транспорту удивила и он, обиженно глядя на собеседников, спросил: «Что не так?»

— Что?! — шумно пыхтя от смеха переспросил Бер, — «Что?!» Хелег, твои шутки доведут нас до смерти! Ахахах! — Ты хочешь сказать что ничего не слышал об отступниках и их самых страшных бойцах-«лазаритах»?! Коих нередко называют «рыцарями диавола»? Окстись Хелег! Не смеши, пожалей нас…о-о-ох, тебя не зря, как я слышал-перестали подозревать в шпионаже храмовники, посчитав-за дурня! Видимо, и вправду-хорошенько тебя прибили в «спросной башне», но, что бы та-а-ак! Аха — хаха!»

Вся повозка ухохатывалась с новичка санитаров и утирала слёзы от смеха. Наконец Хелегу это надоело и он продолжил: «Что мне надо делать, если случится бой?»

Бер немного успокоился и уже лишь слегка улыбаясь, проговорил: «Ждать! Поединки будут вести рыцари-как основной таран отряда, сержанты-как их прикрытие и профессиональные солдаты и наконец застрельщики: наши из ордена-из своих арбалетов и «местные»-охотники с луками и метатели дротиков, да плюс ополченцы, коих ты частично уже видел и пикинёры стражи, их как я понял мы должны будем получить в Баутцене…»

— Ого! Так мы и в Баутцен заедем? Здорово!», — обрадовался Хелег.

— Нет, точно — не заедем, — расстроил его Бер, — Вряд ли наши командиры хотят пугать горожан появлением отряда, что идёт на отступников. Да ещё и воевать с лазаритами, в придачу! Зачем им лишние треволнения в городе? — там может начаться паника…лазаритов стараются уничтожать без лишнего шума, так как официально их давно уже «того», всех-и «под корень». Потребуют тайным посланием подкреплений и получат их, далеко за городом, да все посты на воротах — будут в усиленном составе, вот и всё! Мы заберём пикинёров за стенами города и пойдём далее «поиском», а уж что будет-увидим…,-Бер грустно опустил глаза, потом, вроде бы быстро что-то вспомнив, добавил: «Ты главное — сам не лезь в бой, разве только тебя будут убивать, ясно? Здесь есть братья рыцари и сержанты-это их дело, подошедшие ополченцы и городские роты-тоже напрямую солдаты, какие ни есть….Вот пускай они и «махаются» железяками, наше дело: подобрать кого можно спасти и «упокоить» тех, кого уже нельзя…»

Хелег решил вернуться к непонятному всё ещё для него объекту разговора: «А лазариты…с ними тоже-просто не попадаться им?»

Тут уж все в повозке, с округлившимися глазами стали кивать головами и поддакивать: «Да! С этими чертями-не связывайся, ни за что! Дерутся-невероятно зло и отчаянно, никогда не сдаются! И главное-не прикасайся к их «мясу» и уворачивайся от плевков…понял?!»

Бред, услышанный со всех сторон и с такими испуганно увещевательными интонциями — немного смутил Хелега и он попросил ему всё же объяснить. Бер, покачав головой и сказав: «что Хелег, похоже — действительно дурачёк», повторил: «Не попадайся им на пути! Понял? Ну чего ждать от людей-которые ужене боятся смерти?! Для них, наше железо-способ уйти от страданий. Хееех…»лазариты»-прокажённые и иные заразные рыцари орденов. Так как, после «Ночи Очищения», ещё более века назад: всех, с опасными заболеваниями и сумасшествиями было приказано перебить, в одну ночь, как ты знаешь-то и после этого события, данные хворцы, вне законов «Совета Орденов». Как только кто-то заболевает подобным недугом, то мигом срывается с места и старается укрыться где далее от «Совета». Поэтому то так много «бегунков» именно у нас, меченосцев: мы же постоянно воюем за Веру и нередко, с зачумлёнными народами и на подобно заразных землях, а нас же самих, потом, братья храмовники — гонят как охотники дичь…В общем, когда лазарит попробует плюнуть в твою сторону или потереться своими язвами об тебя-прячься! Т ак как по нашим правилам: санитарная служба орденов, просто обязана уничтожать любую подобную заразу, включая и тех, кто лишь возможно заболел — например напрямую контактировал или попал под плевок лзарита…Вот почему лазариты-бич Божий для всех нас! Сколько хороших ребят, пришлось из-за них перебить-уйму!»

Пока Хелег, ошарашенный услышанным, пытался «переварить» сказанное ему, остальные в повозке принялись слегка перекусывать и обсуждать возможный ночной привал и где он может случиться.

Один из сержантов, отвлёкшись от поглощения пищи, смеясь добавил: «Всё будет в лучшем виде: рыцари лазариты и их» оруженосцы», как они по старинке именуют «младших» из орденским братьев-против меченосцев и храмовников, с их сержантами. Бенедектинцы, подбивающие чернь на бунты " за истинного пастора Церкви-Папу римского»-против наших францисканцев-также, заботящихся о бедноте, но уже со стороны» Совета». Ополчения городов и посёлков-против своих же родственников и друзей, из лесов и схронов-ушедших в протестники…веселуха будет знатная! Прямо не знаю: плакать или всё же посмеяться…напоследок?»

Говорившего все стали убеждать что лучше смеяться, по крайней мере, всё то время — что ему отмеряно и на этом всё и успокоилось.

Не спеша поев и запив всё водой, так как иных напитков в «поиске» до решения вопроса употреблять запрещалось-Хелег ещё немного поглазел округу и вдруг его осенила одна мысль, которая где-то носилась окрест него когда они проезжали городок, но лишь сейчас воплотилась в вопрос к Беру: «Извини! Мне, в моих родных землях, говорили что у вас тут грязь повсюду: Нечистоты и мусор-прямо на улицах лежат, даже в городах. Нет дорог и мостов, повсюду разбойники, включая баронов что любят поживиться с набегов на путников…А я видел уже несколько небольших горокдов, или как их там называют-всё чисто! Ни тебе помоек-прямо на улицах, ни грязи на дорогах и мостовых. Да и о разбойниках, особо пока не слышно.»

Теперь уж искренне удивился старый санитар: «Кто тебе такую ересь говорил то? Где твои земли расположены, что там в такую чепуху верят?», — и не дождавшись ответа, смутившегося вопросом Хелега, продолжил: «Совет Орденов», придя к власти и сместив от управления миром-как Папу, так и Императора и прочих «местных» властителей и престолодержателей, сразу стал издавать собственные, отличные прежним законы, в том числе и такие: «Если кто бросит мусор или выльет помои, вне означенных мест, а бургомистр или старосты поселений-обязаны за местноземельный счёт их возвести, то быть битым тому плетью десять раз и платит он — три талера в местную казну». Это быстро успокоило рьяных «пачкунов» и позволило вырыть достаточное количество всё новых выгребных ям в самих городках, а летом-их обычно вычищают и вывозят на телегах огромными бочками-либо на поля, либо-в близлежащий лесок. То же и с уборкой дорог, правда здесь, частично-оплачивают убиральщиков с мётлами торговцы, так как их лошади из телег и повозок-сами нередко гадят прямо на улице и «Совет» решил, что купеческие гильдии должны оплачивать чистоту некоторых мелких посёлков и проходящих в них дорог.