John Tolkien - Сильмариллион (Перевод З. Бобырь)

Но Моргот возненавидел новые светочи и на время растерялся от этого неожиданного удара Валар.

Затем он атаковал Тилиона, послав против него духов тьмы, и в Ильмене, под звездными путями, завязалась битва, но Тилион одержал победу.

Ариен же Моргот боялся великим страхом и не отваживался подойти к ней ближе, не имея большого для этого могущества. Потому что по мере того, как в нем росла злоба и зло исходило из него, творение его лживых помыслов, рождая злые существа – его могущество переходило к ним и дробилось, а сам он становился все более связанным с землей и не желал покидать свою мрачную крепость. Тьмою он оградил себя и своих слуг от Ариен – они не могли выносить блеска ее глаз. И местность вблизи его жилища была скрыта испарениями и огромными облаками.

Но увидев нападение на Тилиона, Валар встревожились, опасаясь, что злоба и хитрость Моргота могут измыслить еще чтонибудь против них. Не желая идти на него войной в Среднеземелье, они, тем не менее, помнили разрушение Альмарена и решили, что подобное не должно случится с Валинором.

Тогда они заново укрепили свою страну и превратили горные склоны Пелори в отвесные и ужасные высоты – на севере и на юге.

Внешние склоны этих гор были черные, гладкие и твердые, как стекло, без единной точки опоры или выступа, и обрывались в огромную пропасть. Над ними возносились вершины, коронованные льдом.

Не знающая сна стража была поставлена на них, и не имели те горы ни одного прохода, кроме ущелья Калакирна, которое Валар не закрыли ради Эльдарцев, оставшихся верными.

В том глубоком ущелье, в городе Тирион на зеленом холме, Финарфин все еще правил остатками Нольдора. И вся эта раса Эльфов, даже Ваньяр и их повелитель Ингве, должны были иногда дышать внешним воздухом и ветром, что приходит из-за моря, с их родины. К тому же Валар не захотели окончательно разлучать Телери с их родичами.

И они возвели на Калакирна мощные башни и поставили на них много часовых, а там, где ущелье выходит на равнины Вальмара, разместили войско, так что ни птица, ни зверь, ни Эльф, ни человек – никто из живущих в Среднеземелье не мог бы пройти тем путем.

А еще в то время, которое песни называют Нуртале Валинорева, Исчезновение Валинора, были созданы зачарованные острова, и все моря вокруг наполнились тенями и чарами. И к этим островам, как сетью покрывавшим Море Теней от севера до юга, перед Тол Эрессе, Одиноким Островом, можно было попасть, плывя только на запад.

Но едва ли какое-либо судно смогло бы пройти между ними, потому что там всегда волны с угрожающим шумом разбивались о черные скалы, скрытые в тумане. И моряков в сумерках охватывала огромная усталость и пресыщение морем. Но стоило им высадиться на острова, как они попадали в ловушку и погружались в сон, которому длиться до изменения мира.

Так осуществлялось предсказание Мандоса в Арамане, и Благословенное Королевство закрылось для Нольдора.

Из многих посланцев, что в последующие дни отправились в плавание на запад, никому не удалось попасть в Валинор, кроме одного, самого могучего из тех, кто упоминается в песнях.

ЧАСТЬ 12. О ЛЮДЯХ

Теперь Валар мирно жили за своими горами и, дав Среднеземелью свет, надолго оставили его без внимания.

И владычеству Моргота не было препятствий, кроме доблести Нольдора.

Но Ульмо, которому все воды приносят вести о земле, попрежнему беспокоился об изгнанниках.

Так началось исчисление лет Солнца.

Более быстрыми и краткими были они, чем долгие годы деревьев в Валиноре.

В это время воздух Среднеземелья стал тяжелым от дыхания всего живого и от смертности, а перемены в старении чрезвычайно ускорились. Жизнь изобиловала на суше и в водах во вторую весну Арда, и Эльдарцы умножились, и под новым Солнцем Белерианд стал зеленым и прекрасным.

И при первом же восходе Солнца на земле Хильдориена, в восточных областях Среднеземелья, пробудились младшие дети Илюватара.

Открыв глаза, дети посмотрели в ту сторону, где на западе впервые взошло солнце, и туда же большей частью обращали они свои стопы, скитаясь по земле.

Атани, Второй Народ – так называли их Эльдарцы, и еще – Хильдор, Последующие, и дали им еще много других имен: Апановар – Послерожденные, Энгвар – Подверженные болезням, Феримор – Смертные. И они называли людей захватчиками и Чужими, Неуклюжими и Боящимися ночи, Детьми Солнца.

В этих историях, рассказывающих о древних днях, когда смертных было еще немного, а угасание Эльфов еще не началось, о людях говорится мало, разве что о тех отцах людей, Атанатари, кто в первые годы Солнца и Луны скитался на севере мира.

Ни один Валар не пришел в Хильдориен, чтобы руководить людьми или призвать их поселиться в Валиноре, и люди скорее боялись Валар, чем любили их, и не понимали намерений могущественных, будучи в отчуждении от них и в борьбе с миром.

Тем не менее Ульмо принимал в них участие – по совету Манве, и вестники Ульмо часто приходили к людям по рекам и ручьям. Но люди почти не понимали языка воды, и в те дни понимали его еще меньше, пока не встретились с Эльфами.

Поэтому, хотя они и любили воду, и шум ее волновал их сердца, все же люди не постигли смысла посланий Ульмо.

Рассказывают, что вскоре они встретили во многих местах темных Эльфов и те помогли им, и люди в начале своем стали товарищами и учениками этого древнего народа, скитальцев расы Эльфов, никогда не ступавших на землю Валинора и знавших о Валар только по слухам.

Тогда еще прошло немного времени с тех пор, как Моргот вернулся в Среднеземелье, и власть его была ограничена, в первую очередь – неожиданным появлением великого света.

Холмы и равнины были почти безопасны, и новые творения, давно задуманные Яванной и посеянные ею во мраке, вступили, наконец, в пору роста и цветения. И дети рода людей широко распространились на западе, севере и юге, и радость их была подобно радости утра, когда роса еще не высохла, и каждый лист зелен.

Но рассвет краток, а день зачастую не оправдывает своих обещаний, и уже приближалось время великих войн на севере, когда Нольдору, Синдару и людям предстояло сражаться против войск Моргота Бауглира и оказаться побежденными.

К этому привела хитрая ложь Моргота, которую он посеял в древности, как сеял и впоследствии среди своих врагов, а так же проклятье, причиной которого было убийство в Альквалонде, и клятва Феанора.

Здесь рассказывается лишь о немногих деяниях тех дней, а больше всего – о Нольдоре, о Сильмарилях и о смертных, попавших в ловушку собственной судьбы.

В те дни Эльфы и люди были сходны ростом и силой, но Эльфы обладали большей мудростью, умением и красотой, а те из них, кто жил в Валиноре и видел великих, так же превосходили темных Эльфов во всем этом, как те в свою очередь превосходили народ смертной расы. Лишь только в королевстве Дориата, королева которого, Мелиан, была в родстве с Валар, Синдарцы почти равнялись с Калаквенди Благословенного Королевства.