Алексей Фирсов - Гнев Дракона(СИ)

Внутри все изменилось. Стены в зале обшиты новенькими деревянными панелями. Своды потолка чисто выбелены. Люстры с множеством свечей озаряли обновившийся зал мерцающим желтым светом. Огромный камин, в котором пылали дрова, добавлял уют.

Растерянный барон бродил по залу, трогал панели рукой, задирал голову вверх. Мой тесть явно был потрясен чудесным превращением пыльного и обветшалого родового гнезда в образцовое поместье.

Мне это обошлось в двадцать фунтов золота. Две недели две сотни рабочих ремонтировали замок под присмотром мессира Мадзини.

По свежевыкрашенной лестнице с округлившимися глазами спускались Адель и Бернадетта.

С визгом и смехом они повисли на моей шее.

-Грегори, ты маг!

-Лорд Грегори - это чудо что вы сделали!

Ужин превратился в праздник. Мессир Мадзини светился как именинник. Похвалы и славословия лились на него водопадом. Различной провизией кладовые тоже были наполнены доверху, и теперь слуги быстро уставили длинный стол яствами на любой вкус.

Жареного кабана на огромном блюде внесли шестеро слуг.

Во дворе я приказал накрыть столы для нашей свиты.

Мессиру Мадзини принесли лютню, и он пел на своем языке песни своей далекой родины. Мелодичные и веселые они звали танцевать, хотя ни слова мы не понимали.

Адель и Бернадетта, как единственные аристократки в этом зале танцевали с моими рыцарями и лейтенантами. Раскрасневшиеся, с блестящими глазами они кружились по залу, грациозные и блистательные как две бабочки утром на лугу под яркими лучами солнца.

Барон Соммерсби прослезился. Он взял меня под руку.

-Грегори, нет слов выразить мою признательность!

-Отец и сестра моей супруги должны жить богато и достойно! Кроме того-я понизил голос-я оплатил все ваши долги.

Барон побледнел.

-Я знаю, кому вы проиграли в кости и таблички вашу жену и ваших дочерей....Если с Бернадеттой повториться подобная история-я прикажу вырезать вам сердце. В Хагерти вам дорога закрыта навсегда-епископ Иоанн мне это пообещал. Я не буду читать вам нравоучений, дорогой тесть, но если вы еще раз возьмете в руки кости или таблички-вам не жить!

Глава 17

ПОДАРОК

Адель я извлек из рук барона Гринвуда.

-Дорогая супруга, пора идти ко сну!

-Я еще не натанцевалась, Грегори! Ну, пожалуйста!

-Мне опять спать одному?

Адель сделала выбор в мою пользу, и мы поднялись по лестнице наверх.

-Здесь была моя комната, а следующая Бернадетт.

-А ваша старшая сестра?

- Комната Мари была в конце коридора.

Мы прошли до конца коридора. Из комнаты навстречу нам вышел Майк.

-Милорд, миледи, ваша постель готова!

-Ты знал, что я буду с тобой этой ночью? - Остановившись, Адель заглянула в мои глаза.

-Ты моя жена и твое место рядом со мной.

Я поцеловал ее в губы и привлек к себе, обняв за талию.

-За твой поцелуй я готова на все. - прошептала Адель.

Мы вошли в комнату, но здесь были две служанки моей супруги.

-Девушки помогут мне снять платье, Приходи, я буду ждать.

Я вышел в коридор, прошелся до лестницы. Посмотрел вниз в зал.

Бернадетта негромко играла на лютне. Рядом сидели барон Гринвуд и кавалер Граветт. Мадзини и прочих рыцарей и офицеров уже и не было. Наш уход дал сигнал всем остальным отправляться ко сну. Слуги убирали посуду и остатки еды со стола при этом, не стесняясь допивать вино из кубков. По традиции все, что оставалось на столе доставалось слугам.

Барон Соммерсби сидел у камина. Его бледное неподвижное лицо без тени эмоций казалось маской. Подействуют ли мои слова? Я не был уверен в действенности слов.

Я прошел по коридору дальше. Здесь был полумрак и на стенах свечи в подсвечниках были уже погашены.

Шум и вскрики доносились через приоткрытую дверь в конце коридора.

Я распахнул ее и вошел. При свете одинокой свечи я увидел двух человек возившихся на краю постели. Парочка уединилась, а я их готов вспугнуть. Я, было, сделал шаг назад, но тут люди повернулись лицами ко мне.

Мессир Мадзини со спущенными штанами находился сверху, а мой паж Дуган снизу.

Изрядно выпивший Мадзини пытался одновременно стянуть штаны с мальчишки и выкрутить ему руки. Пока это ему плохо удавалось.

Не помня себя от ярости, я подскочил к постели и отшвырнул Мадзини. Неловко взмахнув руками, он упал на пол. Ужом вывернувшийся паж оказался на ногах и шмыгнул за дверь.

Пытавшегося подняться мессира я с размаха ударил кулаком в челюсть. Он крякнул и мешком свалился обратно на пол.

Я сел на постель. Костяшки пальцев саднило. Злость медленно отхлынула.

Не убил ли я своего инженера?

Присев рядом, я убедился, что он без сознания.

Противоестественная тяга мужчины к мужчине всегда вызывала в моей душе чувство брезгливости, так словно поднимаясь по лестнице, я коснулся перил и мои руки вляпались в чей-то плевок. Омерзительно до дрожи по спине...

Мадзини мне необходим. Его ум, талант, просто бесценны, но его тяга к мальчикам не приведет ни к чему хорошему. Я сам вынужден буду приказать его повесить или его разорвут на части родители очередного его любовника. В чем причина этой противоестественной тяги-состояние ума или болезнь?

Если болезнь-я смогу ее излечить!

Склонившись на мессиром, я приложил ладони к его

вискам. Сосредоточился. Покалывание в кончиках пальцев и больше ничего...

Я подождал несколько мгновений. С лечением явно не заладилось.

Мадзини забормотал что-то и, обдав меня волной перегара повернулся на бок и засопел.

Я оставил его на полу и зашагал к своей комнате.

Дверь была слегка приоткрыта. Я слегка поскребся в нее.

_-Грегори?!

Я вошел, меня здесь ждали.

Адель, укрывшись до подбородка перинкой лежала на спине. Я знал уже, что если она так тщательно укрылась-значит она совершенно обнажена.

-Грегори, не вежливо заставлять даму так долго ждать!

Закрыв дверь на щеколду, я на ходу начал расстегивать камзол и рассказывать о том, что только что произошло в комнате Мадзини.

Адель с распахнутыми глазами, села, придерживая на груди перинку.

-О, господи! Что ты с ними сделаешь?

-Ничего.

-Ничего?!

-Мальчишка не пострадал. Завтра мы уедем. Мадзини отправиться обратно в Корнуолл.

Адель от возмущения потеряла на мгновение дар речи.

-Ты должен наказать этого грязного развратника! Немедленно!

-Он сейчас пьян и спит, а завтра я подумаю, как его наказать.

-Грегори, в Конфландии за содомию жгут на кострах!

-Мы не в Конфландии и потом, если завтра поджарить мессира, кто же закончит наш свадебный портрет?