Барб Хенди - Об истине и зверях

Осматривая пирсы, Чейн не мог унять возрастающее волнение.

Люди, сбившиеся в толпы, заполняли порт даже в сумерках. Докеры и матросы были везде, перетаскивая грузы к судам и от них, возясь со швартовкой и оснащением и перекрикивая даже шум толпы. Шхуна среднего размера отошла от самого близкого дока и проплыла мимо перед носом их судна.

— Снимайтесь с якоря! Осторожно к порту! — прокричал их капитан.

Их маленькая шхуна проплыла внутрь и скоро расположилась на свободном месте. Чейну, наряду с его спутниками, пришлось отойти, когда матросы бросили швартовочные канаты на пристань. Как только был спущен трап, четыре вооруженных матроса прыгнули вперед. Двое побежали, чтобы занять позицию в основании трапа, в то время как другая пара стражей встала наверху, осматривая бурлящую деятельность порта.

Чейн огляделся и заметил, что на других кораблях поступили так же. Он никогда не видел, чтобы матросы вели себя подобным образом в Колм-Ситте или Беле, столице его родины. Возможно, предупреждение Хайтауэра имело под собой основания. Какие дела капитан их судна проворачивал в этом месте?

— Мне это не нравится, — прошептал он.

Перед ними, между темными высокими холмами, простирающимися выше по берегу на север и юг, лежал город. Здания различных размеров и форм, потемневшие и потрёпанные прибрежной погодой, стояли так близко, что только несколько прямых дорог были видны между ними. На берегу стояли склады, а воздух был пропитан бесчисленными запахами, от рыбы до промасленной древесины, соленой морской воды, людей и домашнего скота. Зловоние древесного дыма, угля и нефти от огромных жаровен перекрывало остальные запахи.

— Посмотри на это всё, — прошептала Винн, но сама она не смотрела на город.

Огромное множество людей копошилось в доках и слонялось перед большими дверьми складов. Всевозможные цвета и формы одежд, которые только мог вообразить Чейн, были рассеяны среди толпы.

Суманец в яркой одежде с кожей цвета карамели привел коз, вытянувшихся в линию. Группа людей с более темной кожей и жёсткими, вьющимися темными волосами, каких он никогда не видел, была одета в просторные мантии и штаны с широкими поясами ярких цветов, покрытыми черными узорами. Они пытались провести телегу, гружёную рулонами ткани, возможно шелком, через группу закованных в броню мужчин. Другая группа, одетая в меха, спрыгнула с округлого судна со множеством весел, сейчас сложенными вертикально вокруг его единственной прямой мачты. Эта группа проложила путь вниз со щитами и палашами в руках, как будто ожидая, кому бы бросить вызов. Это, должно быть, были норлендцы, народ, который Винн упоминала несколько раз.

И всё же количество нуманцев было подавляющим. Некоторые были одеты как бродяги, в то время как другие носили богатый наряд под просторными шерстяными плащами.

— Сходите! — рявкнул капитан.

Удивлённый, Чейн обернулся.

Капитан махнул им вперед.

— Трап охраняется… Сходите.

Чейн вооружился новым мечом, но взял и свой старый, который оставил прислонённым к сундуку. Подняв подрезанные ножны, он прицепил их у другого бедра. Красная Руда, казалось, был рад не больше, чем Чейн, смотря на море людей ниже. Гном держал палаш и сжимал железный посох в другой руке. Тень тихонько зарычала. Собака ненавидела толпы в целом и эту толпу в частности. Только Винн даже не колебалась, напряженное рвение застыло на её лице.

— Я пойду первым, — сказал Красная Руда.

Со своей большой сумкой на спине, он поднял сундук на плечо, освобождая одну руку для посоха. Чейн указал Винн и Тени вперед, и пошел замыкающим, когда они спустились по трапу. Массивная фигура Красной Руды оказалась полезна в толпе доков.

Они приблизились к берегу, и Чейн заметил проходы вдоль боков пирсов. Между пирсами были скаты и лестницы для маленьких лодок.

— Ванакст Банаэ, — прорычал Красная Руда.

Чейн осмотрелся и увидел, что гном остановился и очищает свой ботинок на булыжнике мостовой. Рядом была линия экскрементов, оставленная козами суманца. Прохожие не остановились ни на секунду.

— Это место — гигантская сточная канава, — тихо сказал Красная Руда, проталкиваясь через толпу.

Не имея особого выбора, они последовали за ним. Чейн шагал позади Винн, готовый в любой момент отдернуть её к себе.

— Красная Руда не слишком ошибается, — сказал он. — Это место кажется лишь немногим больше, чем приют пиратов и контрабандистов.

— Поэтому, — ответила Винн, не оглядываясь. — Продолжай идти.

Чейн замедлился. Она знала это и все же пошла на путешествие сюда?

— Винн! — прорычал он. — Как ты могла…

— Посмотри туда, — невозмутимо прервала она, указывая вперёд. — Это похоже на трактиры.

— Трактиры? — повторил он.

— Здесь нет миссии Гильдии. Мы должны будем сами позаботиться о ночлеге и еде.

Они вошли в город за береговой линией, и Чейн разозлился ещё больше. Винн охотно привела их в этот беззаконный порт и теперь ищет трактир, как обычный путник?

— Ты не можешь оставаться здесь, — сказал он. — Это место не безопасно.

Она повернулась к нему лицом:

— Я нахожусь в компании маджай-хи, вооруженного гнома и… тебя. Я едва ли могу быть в большей безопасности.

Красная Руда ждал их, его лицо ничего не выражало. Тень прекратила рычать и прижалась к ноге Винн. Чейн молчал, ошеломленный её беспечностью.

— Мы не можем просто стоять здесь и спорить, — заявила она.

Он сжал челюсти, снова обретя дар речи.

— Прекрасно… Ну и где эти трактиры?

— Сюда, — ответила она, указав рукой.

Этот жест почти заставил Чейна закинуть ее к себе на плечо и вернуться назад на судно.

Снова Красная Руда шёл впереди, а Чейн — позади, угрожающе смотря на любого, кто подходил слишком близко. Но чем дальше они шли, тем больше толпа редела. В полутора кварталах вниз по плохо мощеной улице, они встретили только сурово выглядящую, измотанную женщину в полинялом платье с низким вырезом, матросов, пьющих из глиняных бутылок, и нескольких купцов, как преуспевающих, так и довольно бедных. Все придерживались своего пути, ожидая, что и другие поступят так же.

Чейн заметил небольшую лавку из неаккуратно покрашенных досок. На вывеске над дверью было написали одно слово на четырех различных языках. Первым было «Аптекарь» по-нумански. Он замедлился, поскольку кое-какие мысли пришли ему в голову.

— Что? — спросила Винн. Она остановилась в нескольких шагах впереди.

— Ничего, — мотнул головой он, но про себя отметил местоположение лавки.

Красная Руда то и дело переходил улицу, исследуя трактиры, таверны и гостиницы по пути. Чейн ничего не мог сказать по нейтральным фасадам этих учреждений. Но предполагал, что за их закрытыми дверями процветают азартные игры, подделка денег и другие незаконные начинания.