Игорь Гусаров - Горничная

— Что это было? Лейтенант?

— Магия! Так нос у того кадра? Тоже ты?!

— А как ты догадался? — удивилась Натка, — как думаешь, а он тоже понял, что это я? Ой мамочки… Да и ладно, всё равно не найдёт.

— Какой нос? Кто не найдёт? — майор уже не знал, что думать, вокруг него было свидетельство волшебства. Как к этому относится, Александров не знал. Ионкин смотрел на майора с надеждой, что старший по званию сейчас, привычно, всё объяснит. И снова они будут жить в простом и понятном, (ну вообще-то не всегда, что тут говорить), мире.

— Ну, могу я ещё внешность подправить, — скромно потупившись, заявила Натка, — так он начал Коле угрожать, я и… чтоб отвлёкся.

— Лейтенант, что там было?

— Пьяный на перроне, товарищ майор, я замечание сделал, а он начал права качать. Черт его знает, какая-то шишка. Тут, в Москве, сами знаете, куда не плюнь обязательно или в чиновника или в депутата попадёшь. Звонить кому-то собирался… А потом смотрю, нос у него сантиметров пятнадцать стал. Мы и ушли, не до хулиганства ему теперь. Потом Натка про выборы меня расспрашивала. Баннер увидела кандидата в мэры.

— Навального что ли?

— Нет, по-моему, чудака того, который призывал декларацию о честных выборах подписать. Это надо же, как охота в телевизор попасть! Вот зачем чего-то подписывать? Честный и так честно будет бороться, а для нечестного – подписал, не подписал… А Навального посадят? Товарищ майор? Вот если он выборы выиграет то как?

— Помнишь, когда приговор зачитали народ начал бузить. Нет, понятно, если Навального вот так можно, то какого-нибудь менеджера, и говорить нечего. Конечно, митинг сразу не санкционированным объявили. Красную площадь и Манежную мыть кинулись. Лишь бы народ туда не пустить. Честно говоря, противно, ну как, интересно, они должны были заблаговременно заявки подавать и разрешения получать, если приговор ещё не объявляли? Но где эти митингующие были, когда такие законы принимали? А наше дело – закон защищать. А Навального, просадят, специально выпустили, что бы волну сбить. А после выборов тихонечко закроют, и… пишите письма. У нас ведь как, вон по декретницам закон приняли, а вступление в силу отложили. Это чтоб потом, типа это те, которые раньше, приняли. Мы нынешние не причём. И с ВТО так же. Фишка это теперь такая.

— А кто такой навальный, на кого он навалился?

— Да есть тут один чудак, с коррупцией борется. Как ты её поборешь, пока у них суды на окладе?

— Нашли о ком говорить! — в политические дрязги, майору, впрягаться не хотелось, — ты, Натка, лучше расскажи, как ты Анну Ивановну-то после такого оживила?

— Да не оживляла я её, жива она была. Нож вынула, рану заживила, и кровь затворила, это да, так это обычные, сержантские заклинания, от деда и отца. Они их на войне должны применять.

И тут у майора мелькнула мысль, — "день то ведь начался с улыбки жены, а улыбается она, по утрам, теперь всё реже. Работа собачья, за день вымотаешься, домой еле ноги приволакиваешь. И хочешь жену порадовать, да не получается".

— Слушай, Натка, а для мужской силы у вас заклинания есть?

— А как же! После свадьбы-то, кроме мужа, ведь ни с кем нельзя! А если он не может? Живой же человек, мало ли. Поможем в такой беде, — смотреть на девчонку было смешно, она вдруг преобразилась, и стала походить на умудрённого пожилого доктора.

— А ты такое знаешь? Чтоб, как у молодого?

— А вам-то зачем, товарищ майор? — Ионкин навострил уши.

— Подрастёшь, поймёшь!

— Конечно, горничная же, после отставки, лекаркой подрабатывает. Если что серьёзное, то это к лекарю, а по мелочам так к нам. Сержантские заклинания в деревне самые, что ни на есть, подходящие. Рану затворить, усталость снять. Ну а уж про то, что вы спрашиваете, это у нас в семье есть. Вот только, как у молодого, это к лекарям. Хотя, не больно-то это кому и надо. Вы себя вспомните, чтоб на каждую… Оно же, ходить-то неудобно. Да и по ночам, говорят, неприятности бывают… Хи. Наше заклинание лучше.

— А ваше это как? — Александров, мысленно, себе аплодировал, "вот молодец! сразу о главном спросил".

— У нас по-солдатски, когда надо, подумай "смирно!", а нет нужды, так "вольно" – Натка из образа доктора не выходила.

— А ну, колдони, на меня! — вроде как с недоверием предложил майор.

— Оп… Ну, как? — девчонке самой было интересно. До этого дня она вполне обходилась и без этого заклинания. "Интересно, а результат покажет?"

Александров смотрел вниз и, глуповато улыбался. Потом, посмотрел на молодую, (кстати, очень симпатичную, а вырез-то на груди! А грудь-то!), колдунью, масляными глазами, и бархатным голосом проговорил: – в деле бы проверить.

— Ну, нам пора, товарищ майор – Коле выражение лица майора совсем не понравилось, — на электричку опоздаем. А у вас, товарищ майор смена скоро. Пошли мы.

— Конечно, — выдохнул Александров, "эк меня разобрало, да она мне в дочери годится…", — ты, девочка, если что понадобится, сразу звони, всегда поможем. Телефон тебе Коля запишет. И в гости заходи. Всегда рады будем. Ну, до свидания.

Натка и лейтенант, забрав вещи, ушли. Что там за Матланд, что за магия, выяснение этого майор решил отложить. Он решил, что сейчас гораздо важней другой эксперимент. Александров набрал номер телефона и проговорил: – Валентина, ты не могла бы ко мне зайти, в отдел, тут пара вопросов образовалась…

Пока заведующая одного из кафе шла в отдел, майор проводил ходовые испытания, подавая мысленно команды "смирно!", "вольно!". Колдунья не обманула. Опрос заведующей продолжался минут сорок. Ушла она вполне довольная. Рейтинг майора, в её личном табеле, поднялся до высот, которые она для Александрова и не предполагала.

А майор с нетерпением ждал смены, чтоб продолжить эксперименты уже дома.

Глава 17

Погуляли

Весь день, с тех пор как увидел Натку, Николай думал о том, как будет поражать деревенскую девчонку московским шиком. "Нет, в клуб он её сегодня сводить не сможет. Дело не в деньгах, просто, если она и в джинсах в клубе особо чужой не казалась бы, а уж в этом её красном платье была бы там как одна из стаи завсегдатаев, но он-то, в форме полицейского. Лейтенант полиции, отрывающийся в клубе, вызовет нездоровый ажиотаж. А ещё веселее было бы не пройти фейсконтроль. Хотя…, да нет, ещё разборок не хватало. Надо как-то по-другому крутизну показать. Может интеллектом блеснуть? А что, я помню чудное мгновенье… Ещё со школы помню. Ха. Пару раз срабатывало. Нормально. И погулять по Крымскому мосту, там, в парк Горького, кафешка, немного вина и домой. О, ещё из "Круиза", батиного, песню про Неву можно… а чё, вряд ли она слышала, за стихи прокатит". Эти планы лейтенант лелеял до того момента, как посмотрел ролики в компьютере начальника. Сейчас, неспешно идя рядом с ВОЛШЕБНИЦЕЙ, Ионкин думал о другом: " Ведь должен же был майор всё выяснить, и как сюда попала, и почему баба Нюра объявила её своей внучкой, и где она тут живёт, что делать собирается. Но, разговор о магии, а потом ещё и демонстрация возможностей. Да уж наверно, Александров начал думать не той головой. Да что майор, сам-то хорош. Как про квартиру услышал, всё на свете забыл. Ну что стоило баб Нюру расспросить…"