Терри Брукс - Меч Шаннары

Ознакомительный фрагмент

Глава 7

Когда Шеа проснулся, день близился к полудню. Он лежал на спине в высокой траве, и яркий солнечный свет ослепительно ярко бил в его полуприкрытые глаза. Поначалу он не мог вспомнить ничего, что произошло прошлой ночью, кроме того, что они с Фликом отстали от Мениона в Черных Дубах. Наполовину проснувшись, он приподнялся на локте, сонно озираясь, и обнаружил, что лежит в открытом поле. Позади него возвышалась угрюмая стена Черных Дубов, и он понял, что, потеряв следопыта, они каким-то образом все же сумели выбраться из зловещего леса прежде, чем в изнеможении рухнуть на землю. Все, что случилось после пропажи Мениона, вспоминалось смутно. Он не мог понять, откуда в нем взялась сила, чтобы завершить этот путь. Он не мог даже вспомнить, как вырвался из бесконечного леса и попал на поросшую травой равнину, которую сейчас обозревал. Все эти события казались удивительно далекими. Он протер глаза и глубоко вдохнул свежий воздух, греясь в теплых лучах солнца. В первый раз леса Анара показались ему совсем близкими.

Внезапно он вспомнил про Флика и беспокойно огляделся в поисках брата. Мгновение спустя он заметил его плотную фигуру, в глубоком сне лежащую в нескольких ярдах от него. Шеа медленно поднялся на ноги и потянулся, ища взглядом свой рюкзак. Найдя его, он наклонился и рылся в его содержимом, пока не нашел мешочек с Эльфийскими камнями, убедившись, что они по-прежнему в безопасности и в его владении. Затем, подняв рюкзак, он направился к спящему брату и легко потормошил его. Флик недовольно заворочался, крайне огорченный тем, что кто-то прервал его сон. Шеа был вынужден несколько раз потрясти его, прежде чем тот наконец неохотно открыл глаза и вяло приподнял голову. Увидев Шеа, он перебрался в сидячее положение и медленно огляделся.

— Эй, мы сделали это! — воскликнул он. — Но я не знаю как. Ничего не помню с того момента, как мы потеряли Мениона, помню только, что мы шли и шли, пока у меня ноги не начали отваливаться.

Шеа согласно усмехнулся и хлопнул брата по спине. Когда он думал обо всем, что они вместе преодолели, его охватывало восхищение. Столько трудностей и опасностей, и все же Флик мог смеяться над пережитым. Неожиданно резко на него нахлынула волна любви к Флику, к брату, не связанному с ним кровью, но от этого только еще более близкому другу.

— Все в порядке, мы сделали это, — улыбнулся он, — и мы скоро уже доберемся до цели, если я только подниму тебя на ноги.

— Мелочность и низость некоторых людей не укладывается в моем воображении, — изображая недовольство, помотал головой Флик, а затем тяжело поднялся на ноги и вопросительно взглянул на Шеа. — А что же Менион?..

— Потерялся‡ не знаю, где‡ Флик отвел взгляд, ощутив горькое разочарование брата, но не желая признаваться себе, что без принца холмов им лучше было не пускаться в этот путь. Он чутьем не доверял Мениону, однако горец в лесу спас ему жизнь, а такие вещи Флик забывал с трудом. Он целую минуту или даже дольше думал об этом, а затем легко хлопнул брата по плечу.

— Не беспокойся об этом мошеннике. Он еще попадется нам на пути — и готов поспорить, что в самый неподходящий момент.

Шеа молча кивнул, и разговор быстро перешел на предстоящее путешествие. Они сошлись на том, что сейчас разумнее всего двигаться на север, пока они не доберутся до Серебряной реки, впадающей в Радужное озеро, и следовать вдоль нее вверх по течению, до самого Анара. Если им повезет, то Менион тоже отправится вдоль реки и через несколько дней нагонит их. Его навыки следопыта должны были помочь ему выбраться из Черных Дубов, и раньше или позже он наверняка найдет их след и по нему догонит их. Шеа не хотелось бросать друга одного, но он прекрасно понимал, что любые попытки искать его в Черных Дубах могут привести только к тому, что они заблудятся там сами. Более того, опасность встретиться с Носителями Черепа, рыщущими в поисках Шеа, намного перевешивала всякую угрозу, с которой Менион мог столкнуться в этом лесу. Им ничего не оставалось делать, кроме как продолжать свой путь.

Двое путников быстро шагали по безмолвным зеленым равнинам, надеясь к наступлению ночи достичь Серебряной реки. День уже перевалил за середину, а они все еще не представляли, насколько далека от них река. Теперь направление им указывало солнце, и они чувствовали себя намного увереннее, чем в туманных дебрях Черных Дубов, где им приходилось полагаться лишь на свое сомнительное чувство направления. Они свободно беседовали, наслаждаясь солнечным светом, которого были лишены так много дней, и невыразимым чувством освобождения, пришедшим после того, как остались позади ужасные испытания Туманного болота. Они шагали вперед, и при их приближении мелкие зверьки и бегающие птицы разбегались по сторонам. Один раз, в тускнеющем вечернем свете, Шеа показалось, что он заметил далеко к востоку крошечную фигурку сгорбленного старика, медленно удаляющуюся от них. Но при таком освещении и на таком отдалении он не мог быть ни в чем уверен, а в следующий миг уже не мог никого разглядеть. Флик вообще ничего не заметил, и на этом таинственный старик был забыт.

К сумеркам на севере показалась длинная тонкая полоска воды, в которой они вскоре узнали легендарную Серебряную реку, питающую дивное Радужное озеро на западе и тысячи поразительных историй о приключениях. Говорили, что здесь живет сказочный Король Серебряной реки, богатство и мощь которого не поддаются описанию, и он следит лишь за тем, чтобы воды великой реки оставались чистыми и свободными для человека и зверя. Как говорилось в этих историях, путешественникам редко удавалось его увидеть, но он всегда был готов помочь нуждающимся в помощи или осуществить наказание за нарушение его владений.

Увидев реку, Шеа с Фликом сочли, что в тускнеющем свете сумерек она выглядит великолепно, сверкая тем самым бледно— серебристым цветом, за который и получила свое название. Когда они наконец добрались до ее берегов, было уже слишком темно, чтобы разглядеть, сколь чисты ее воды, но попробовав воду на вкус, они сочли ее чистой и очень вкусной.

На южном берегу реки они нашли маленькую, поросшую травой лужайку под раскидистым пологом двух старых кленов — великолепное место для ночлега. Недлинный переход этого дня все же утомил их, и они предпочли не рисковать, пересекая эту открытую местность в темноте. Их запасы еды уже почти иссякли, и после этого ужина им оставалось добывать себе пропитание только охотой. Эта мысль привела их в длительное уныние, ибо из всего имеющегося у них оружия для добычи дичи подходили лишь короткие охотничьи ножи, почти бесполезные для охоты. Единственный большой лук остался у Мениона. В молчании они доели свои припасы, не разводя костра, который мог бы выдать их присутствие. Луна убыла наполовину, ночь выдалась ясной, и тысячи звезд безграничной галактики сияли ослепительным белым огнем, окутывая реку и земли за ней призрачным темно-зеленым сиянием. Когда их ужин подошел к концу, Шеа повернулся к брату.