К чему приводят девицу… Объятия дракона - Рассохина Анна

– Ой! Извините!

– Ничего страшного. Все драконы такие, а твой в особенности – пламя, страсть, безудержная стихия. Не обожгись, девочка!

– Я постараюсь…

– Теперь поговорим о деле. Ты за венцом пришла в мою страну?

– Да, вместе с сестрами, – откликнулась я. – Кстати, где они?

– У твоих кузин другая цель посещения моей страны, а про венец мы с тобой вдвоем поговорим.

– Я не хочу, чтобы у меня были секреты от сестер, – твердо проговорила я.

– Нилия, иногда мы делаем вовсе не то, что хотим, а то, что жизненно необходимо сделать, – вздохнула Иллариэль. – Именно тебя избрал эльф, а значит, обманывать всех предстоит именно тебе.

– Обманывать? – Я с недоумением посмотрела на нее.

Королева фей хлопнула в ладоши, и перед ней в воздухе показались две резные шкатулки, совсем простые, но совершенно одинаковые. Крышки у обоих ларцов сами собой открылись, и моему взору предстали два одинаковых венца, лежащих на двух бархатных подушках с пушистыми кистями. Оба венца были выполнены из светлого золота, украшены алмазами и мелким речным жемчугом, а также вязью эльфийских рун. Они сверкали и переливались в солнечных лучах. Перевела взор на Иллариэль – она с интересом наблюдала за мной, поэтому я сразу поняла, что здесь скрывается какой-то подвох. С помощью второго зрения оглядела оба венца, заметив, что от одного из них исходит кроваво-красное свечение.

– Тот, что справа, это венец Мирисиниэль, а слева – всего лишь простое украшение, – объявила я.

– Да, это так, – улыбнулась королева фей. – Примерь его.

С благоговейным восторгом я подошла и достала свадебный венец из шкатулки. Немного помедлив, надела его на голову и сразу вскрикнула от острой боли, пронзившей мое тело. Пара ирн, и боль ушла, как будто ее и не было вовсе; а затем я поняла, что во мне что-то изменилось. Медленно повернула голову и увидела за своей спиной два золотых крыла, похожих на те, что есть у бабочек.

Предсказание пифии сбылось! Я взмахнула новообретенными крыльями. Резко взлетела к самому небу и перевернулась вверх ногами. Отчаянно замахала крыльями, приняла нормальное положение. Зигзагами стала метаться в прозрачном воздухе, пока не плюхнулась на цветок. Как же, оказывается, тяжело летать!

Пыльца полевой гвоздики попала мне в нос, и я чихнула, а затем услышала мелодичный мужской смех, словно ручей рядом зажурчал. Насупилась и посмотрела в ту сторону, откуда доносился смех. На соседнем цветке стоял принц фей, одетый в тонкую шелковую рубашку и короткие узкие брюки.

– Сударь, нехорошо смеяться над неудачами девицы!

– Прости великодушно, – отсмеявшись, попросил он. – Но я уже забыл, как молодые феечки учатся летать. Хочешь, научу?

Я недоверчиво покосилась на протянутую руку, на что фей произнес:

– Мое имя Орлей, а тебя, я знаю, Нилией называют. Не бойся, я действительно хочу научить тебя летать.

– Ну ладно, – решилась я. – Только не вздумайте снова целовать меня. Мой нареченный давеча был очень зол и грозился вам голову откусить.

Орлей на это заявление лишь посмеялся, но ничего больше не добавил, а просто поманил меня за собой. Я приняла его руку, и мы взлетели.

– Плавнее маши крыльями и следи за воздушными потоками. Все просто, почувствуй себя невесомой!

Это как, интересно! – соображала я, проваливаясь в очередную воздушную яму.

Принц оказался терпеливым учителем. Совместными усилиями у нас получилось заставить мои крылья слушаться меня. Мы с Орлеем, взявшись за руки, поднялись в вышину. Я радовалась и замирала от восторга. Фей, глядя на меня, загадочно улыбался. Меня увлекал этот восхитительный полет, я отпустила руку Орлея и закружилась в солнечном воздухе. Это было просто невероятное чувство! До этого я летала лишь на драконе, да и то только во сне. А здесь все было наяву, и у меня за спиной развевались чудесные золотые крылья!

Когда мы с Орлеем вернулись на пляж, Иллариэль все еще была там. Кивком головы отпустив своего сына, она поглядела на меня. Прежде чем уйти, принц фей поцеловал мне руку и подарил солнечную улыбку.

– Спасибо вам, сударыня, это был чудесный опыт! – поблагодарила я королеву.

– Рада, что тебе понравилось. Но ты знаешь, кто сделал этот венец?

– Нет. Откуда? – озадачилась я.

– Миринор мир Корфус.

– Кто? – Я широко распахнула глаза.

– Именно! Этот венец создал эльф-некромант!

Я немедленно сорвала венец со своей головы. Иллариэль улыбнулась:

– Я в тебе не сомневалась. И Мирисиниэль, и Товилия поступили точно так же, как и ты.

Я сумрачно глядела на венец, затем хмыкнула:

– Кажется, я начинаю догадываться, почему сбежала Мири и почему наша бабушка спрятала венец у вас.

– Ты еще не все знаешь, дитя. Обе твои родственницы знали дословно предсказание о великом могуществе эльфов.

– Пророчество?

– Да. Догадываешься, кого эльфы хотят возродить с помощью этого венца?

– Миринора мир Корфуса? – со страхом предположила я.

– Его самого. Душа эльфа-убийцы ждет своего воскрешения!

– Так вот кто станет пресловутым спасителем эльфов, – прозрела я окончательно.

– Да. К сожалению, эльфы хотят единолично править Омуром, а поможет им завоевать наш мир именно Миринор мир Корфус.

– Но этого нельзя допустить!

– И это правильно.

– Но как это сделать? Может, лучше сразу уничтожить этот венец?

– Это не выход, дитя, ведь тогда душа эльфа-некроманта вырвется на свободу, – с печалью в голосе поведала Иллариэль.

– Но что в таком случае мы можем сделать? – встревожилась я.

– Мирисиниэль сбежала и зачаровала венец так, чтобы никто, кроме ее прямых потомков, не смог дотронуться до него. Товилия придумала легенду о Мелине ир Форено, а венец спрятала у нас, наказав прийти сюда своим внучкам. Что придумаешь ты?

– Я? – Мои глаза широко распахнулись, потом я призадумалась и стала рассуждать вслух: – Бабушка, внучки… Мири была бабушкой моей бабушки, а что, если… А что, если, – громко предложила я, – если мне забрать с собой ненастоящий венец? Красное свечение вокруг него я создам для отвода глаз с помощью своей магии. По крайней мере, на сотню лет хватит. Кроме того, я придумаю очередную легенду, для своей внучки, к примеру. Ну, вернее, если она у меня будет…

– Я уверена, что у тебя будет прелестная внучка, – улыбнулась королева, – только мне бы хотелось прочитать, что ты сочинишь для нее. Оставишь послание у нас, а когда придет время, я найду способ, как передать его твоей внучке.

– Ну хорошо, только дайте мне немного времени. Из меня никудышный менестрель!

– Осея тебе хватит?

– Вполне, – кивнула я.

– Славно! Заодно и свечение создай, а я пока тебя оставлю. Мне еще твоих сестриц повидать нужно.

Иллариэль исчезла, а я, внимательно осмотрев оба венца, с легкостью создала вокруг подделки кроваво-красную ауру. Это не иллюзия, поэтому эльфы ничего не заподозрят.

После глубоко задумалась, а рядом со мной появилось магическое перо и большой лепесток белого розаруса. Один. Значит, нужно обойтись без исправлений. Что ж, приступим:

Ну, первое, это легко.В темный лес этотПутник усталый войдет,Но под сенью деревьевГлупец не уснет.Целый век неприкаяннымБудет бродить,Ну а после останется лес сторожить!

А дальше о чем мне написать? В сочинительстве я не особо сильна. И хочу ли я сегодня сочинять?

– Я! Я хочу сочинять! – На пляж, словно ураган, ворвалась рыжеволосая девушка в золотисто-оранжевом платье.

– Вы? – безмерно удивилась я.

– Я! – улыбнулась она. – Ты позволишь мне сочинить послание для твоей внучки?

– Пожалуйста, если вам этого так хочется, – обескураженно произнесла я.

– Хочется! Очень-очень хочется! – заявила собеседница, смешно сморщив веснушчатый носик. – И обращайся ко мне на «ты», я ненамного старше тебя!