Турнир (СИ) - Мах Макс

Вот тут собеседник Триса и сообразил, что попал впросак. Диктовать коннетаблю клана, когда и за кого ей выходить замуж, не взялся бы ни один находящийся в здравом уме человек. Другое дело, что до сих пор все коннетабли были мужчинами.

- Она боевой маг? – дрогнувшим голосом спросил граф.

- За кого вы ее хоть сватали? – вопросом на вопрос ответил Трис.

- За племянника…

- У него есть титул?

- Простите, ваша светлость, - сообразил наконец граф. – С моей стороны этот разговор был ошибкой. Я ни в коем случае не желал вас оскорбить!

- Пустое! – улыбнулся Трис. – Я новый человек при дворе, и вы могли не знать, что я глава клана, а моя сестра – коннетабль.

«Но должен был узнать, прежде чем учить меня жить! Мизерабль![3]»

Трис уже не помнил, каким человеком он был в той другой, казалось, навеки утраченной жизни. Однако предполагал, что не был там и тогда ни глупцом, ни простофилей. По каким-то едва заметным движениям души, отголоскам пережитых когда-то в прошлом эмоций, осколкам прежнего своего «Я», он полагал, что всегда был самостоятельной и в достаточной мере цельной натурой. Он бы не стал вот так, как этот граф, не зная броду, соваться в воду. Однако и в том, и в этом мире, было немало таких неумных и самоуверенных людей, как этот де Лом. Иногда им везет, но иногда – нет. Сегодня графу не повезло.

***

- Вы тан клана Мишильер?

Перед Трисом стоял высокий молодой мужчина приятной наружности. Фрак сидел на нем, как влитой, а бриллианты в заколке галстука и на запонках были идеальны по размеру, чистоте и огранке. Ничего вычурного, все в меру: великолепно пошитый костюм, идеальная прическа, правильное произношение… И все-таки, кое-что выбивалось из ряда, хотя и не бросалось в глаза. Взгляд мужчины. Слишком умный, чуть более пристальный, чем следовало и, возможно, капельку безумный, что могло бы объяснить столь очевидное нарушение этикета, какое допустил незнакомец, заговорив не представившись.

- Да, - подтвердил Трис, догадку мужчины. – Тристан Мишильер к вашим услугам.

- Я Александр князь Трентский, рад знакомству, - наконец представился незнакомец. - Я здесь человек новый…

- Как и я, - чуть улыбнулся Трис. – Жил в провинции и таном стал всего лишь два года назад.

- В этом мы с вами невероятно схожи, - губ князя коснулась ответная улыбка. – Я, видите ли, по характеру затворник, и, если бы не Турнир, так бы и продолжал жить наособицу. Титул, к слову, я получил по случайному наследству всего лишь два года назад.

«Странная история, - отметил Трис. – На затворника князь совершенно не похож, но, с другой стороны…»

В одной фразе князь Трентский умудрился сделать два неслучайных отступления от модуса операнди, принятого в высшем свете. Он указал причину своего появления при дворе, без обиняков назвав ее единственной, и не постеснялся признаться незнакомому человеку, что титулованным аристократом стал совсем недавно. Случайное наследство – это ведь отнюдь не то же самое, что наследование титула по праву старшего или сильнейшего в следующем поколении.

- Вас не привлекает общество? – спросил Трис, пытаясь определиться, с кем именно свела его судьба.

- Люди в массе своей скучные создания.

- Зачем же, тогда, вы участвуете в Турнире?

- Хочу жениться на принцессе.

«И это все?!»

- Что ж, - кивнул Трис, - это серьезный довод. Очень интересная женщина, к тому же наследница престола…

Трис видел принцессу уже дважды и даже успел с нею немного поговорить. Она была молода, интересна внешне и в достаточной степени умна, чтобы на ней можно было жениться. Однако вокруг, например, в этом бальном зале находилось множество других незамужних девушек, мало уступавших Эве Сабинии в знатности рода и значительно превосходивших ее по красоте и сбалансированности ума и темперамента. Принцесса была слишком умна для большинства соискателей ее руки, эмоционально нестабильна и, судя по некоторым признаком, никогда не допустит своего будущего супруга до власти.

«Будет держать принца-консорта, как любимую болонку, на коротком поводке, - решил Трис. – Ни денег, ни власти, ни самостоятельности. Да и любовницу завести не позволит, хотя себе, скорее всего, ни в чем отказывать не станет…»

- Значит, мы конкуренты? – продолжил между тем князь Трентский.

- Ни в коем случае! – успокоил его Трис. – Я в Турнире не участвую. Не чувствую себя готовым к браку.

- Вот как? – удивился мужчина, не выказав, впрочем, и тени искреннего удивления. – А я думал, перед такой перспективой не устоит никто.

«Не удивлен, - отметил Трис. – Знал заранее. Но чего именно он хочет от меня? Чего добивается? Если ему нужна Габриэлла, то стоило, наверное, самому с ней познакомиться».

- У меня слишком серьезные обязательства перед кланом, - объяснил он вслух.

- А передать титул следующему в очереди?

«Лишний вопрос…»

- Следующая в очереди моя сестра, - сказал он вслух, не показав вида, что понял, куда дует ветер. - Ей всего восемнадцать лет. Я не могу взвалить на нее такой груз ответственности.

Что ж, он оказался прав. Князя интересовала Габи, но тогда, возникал вопрос: какого фавна? Сватаешься к принцессе, вот и продолжай биться лбом о каменную стену, Габи-то здесь причем?!

- Вижу вы любите свою сестру.

- А вы свою? Или у вас нет сестры?

- Есть, - подтвердил князь догадку Триса. – Два брата, две сестры, но они сами по себе, и я с ними не близок.

- Извините, князь, но я не понял, - решил уточнить Трис. – Вы намекнули сейчас на семейный конфликт?

Это было уже не просто отклонение от образа действий, принятого у франкской аристократии. Это был моветон, скорее даже скандал. Никто никогда не станет рассказывать постороннему человеку о своих семейных проблемах. Впрочем, не постороннему, тем более.

- Ну, что вы! – как ни в чем ни бывало, улыбнулся в ответ князь. – Никакого семейного конфликта. – Просто герцоги Ноэн сами по себе, и князь Трентский тоже сам по себе.

- Ну, что ж, это все объясняет!

На самом деле, это ничего не объясняло, но Трис решил не дожимать: каждый имеет право на своих собственных тараканов в голове.

- В понедельник начинается Турнир, - сказал он вслух. – Вы чувствуете себя к нему готовым?

- Вы удивитесь, - вежливо усмехнулся князь Трентский, - если я скажу, что Турнир уже начался?

- Серьезно? – Трис догадывался, что так оно и есть, но хотел услышать еще одно стороннее мнение. – Я думал Турнир начнется в день первого испытания, то есть в понедельник.

- Нет, тан, отбор уже начался, - объяснил князь. – Император, принцесса и несколько особо доверенных людей из числа придворных составляют сейчас о нас свое мнение. Разумеется, на каждого участника Турнира у них имеется подробное досье, но все-таки всегда стоит посмотреть на товар своими собственными глазами. Увидите, в день открытия Турнира будет объявлено о тех бедолагах, кто не прошел отбор. Скажут, что они отозвали свои заявки на участие в связи с семейными обстоятельствами или еще по какой-нибудь весьма уважительной причине. Но на самом деле, они просто не понравились внешне, выказали неуважение какому-нибудь имеющему вес придворному или продемонстрировали неподобающее поведение в чем-либо другом.

- Для человека далекого от двора вы удивительно хорошо разбираетесь в вопросе.

- Я навел справки, - отнюдь не смутившись, объяснил князь. – Я, видите ли, ученый, и, если чем-нибудь занимаюсь, то не приемлю поверхностного отношения к предмету своего интереса.

- Ученый? – переспросил заинтригованный этим известием Трис. – Алхимик? Натурфилософ? Публикуетесь под своим именем?

Если князь действительно ученый, значит имеет степень доктора философии одного из европейских университетов и где-то публикуется, хотя и не обязательно под своим именем. Все-таки занятия наукой до сих пор рассматриваются многими аристократами, как откровенный моветон.