Зона сдвига (СИ) - Нежин Макс

Когда закончил, то заметил что он смотрит на меня каким-то очень странным взглядом и… молчит. Потом он медленно положил кусок рыбы который держал в руках и встал.

— Знаешь что… Тебе кто-то говорил что ты великолепен? Нет, так вот я буду первый кто это тебе скажет. Равен, ты великолепен.

И он пустился в пляс. Японец танцующий в стиле коренных обитателей Папуа Новой Гвинеи — зрелище не для слабонервных. Время от времени в процессе танца он подходил ко мне, обнимался. И продолжал свой диковинный танец дальше.

А позже, когда всё было готово, мы сидели с ним и при свете искр затухающего костра мечтали. Мечтали о том, как этот негостеприимный к людям мир скоро изменится.

Глава 14

Утром я собирался к Отоа.

Наконец-то я мог с чувством выполненного долга спокойно и не прячась посетить шамана.

Танго сидел у меня и наблюдал за сборами.

— Скажи…, — давно хотелось задать ему этот давно мучивший меня вопрос, — Ты когда жил там… в нашем с тобой мире, ты замечал в нем какие-то странности? Возникали ли у тебя подозрения что что-то с ним не так?

Танго задумался, потом кивнул:

— Да, и не раз. Частенько. Странные совпадения, которые не очень удачно объясняются теорией вероятности, события и люди приходящие в твою жизнь тогда когда надо и когда ты их совсем не ждешь. Много чего было. Странные сны. И дежа-вю.

— Вот и я так же, — сказал я застегивая собранный рюкзак, — никогда не верил в случайности и совпадения. Живут вот люди, бегут на работу, рожают детей, влюбляются… а на самом деле просто спят и видят сны, сочиненные милой девушкой по имени Аиша.

— Ага, а потом однажды просыпаются в аду, — Танго ухмыльнулся.

— Или никогда не просыпаются и так и умирают не узнав что проспали всю жизнь — сказал я уже на пороге.

* * *

У меня появился личный коптер — его выкрасили в черный свет с красивыми синим полосками на боковых гранях и белой надписью DEO, что видимо означало сокращение от «the division of external operations» — «отдел внешних операций».

И да — кроме эксклюзивной раскраски его снабдили синей неоновой подсветкой.

Это было приятным сюрпризом. Неожиданным и очень приятным.

Он появился сам когда я, стоя на взлетной площадке, вызвал на коммутаторе летательный аппарат. Весь остальной транспорт в Анклаве был серого или белого цвета.

Попутно подумалось, что коптеры которые следят за сборщиками надо перекрасить в зелено-коричневые цвета для меньшей заметности на поверхности. Решил не откладывать и сразу же написал рекомендацию одному из дежурных офицеров сделать это в ближайшее время.

* * *

Отоа не было.

Помня гостеприимство хозяина решил искупаться, чтобы скоротать время ожидания.

Купался я не долго.

— Я думал тебя уже нет в живых на этом свете, — скрипучий голос старика нарушил идиллию.

Я выбрался на берег и оделся.

В руках у него была клетка с птенцом какой-то неведомой хищной птицы.

— Хочу попробовать приручить, — пояснил он видя мой вопросительный взгляд, — картофеля привез?

Отоа чем-то напоминал мне моего деда. И внешне и по манере общения. Дед был еще той занозой. Я хорошо помнил как с ним было сложно. Одни перепады настроения по десять раз в час чего только стоили.

Я перенес в дом несколько больших кулей с желанным овощем, попутно, с радостью в сердце, подумав, что скоро у всех ее будет в достатке.

Отоа взирал на то, как я пополнял его запасы с заметным удовлетворением и что-то бормотал себе под нос.

— А как там Пол? Его устроила моя посылка?

— Я не отдал ему пока, — я решил не врать.

— О как, — Отоа мотнул головой, — видимо, на то у тебя были серьёзные причины.

Я кивнул головой и не откладывая стал ему рассказывать всё что хотел рассказать еще в прошлый раз. Всё и даже больше, ведь за это время произошло очень много новых и важных для людей событий.

Слушал он эмоционально и, кажется, мои новости его радовали.

Когда я стал рассказывать об убитых дроман и что от меня ждут расследования, он перебил.

— Скажи что это я завалил этих тварей. Можешь даже сказать, что я их съел, а чучела выделал и поставил у себя на грядке со шпинатом. Вот они злиться то будут, — он ехидно захихикал. — Я кстати пробовал их на вкус, — он ухмыльнулся, потом лицо его перекосилось и он сплюнул, — гадость еще та.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда я закончил, описав последние события, он удовлетворенно засопел:

— Достойно. Ты молодец. Я рад тому, что этих ублюдков немного подвинули и что народу станет немного полегче. Там очень много места, хватит на всё. Постройте на этой территории большие террасы и бассейны или водоемы — это будет место отдыха, негоже сидеть под землей всё время, — Отоа потянулся и сильные мышцы заскрипели, а кости в суставах захрустели, — я ведь поэтому и ушел от людей. Я не крот. Я был готов умереть лишь бы не ползать по этим бесконечным лабиринтам нор.

Он вдруг похлопал меня по плечу, его лицо стало серьёзным:

— Ты не такой как они, ты примерно такой как я был. Эти жалкие трусы, прячущиеся в своем большом муравейнике, ничего не знают. Они вообще ничего не знают об этом мире. Они считают, что дроман и амади заключили союз между собой, — он злорадно рассмеялся. — Они много раз видели и тех и других, но не поняли главного. Тебе простительно, ты здесь совсем недавно, но им… нет.

Он встал и ушел в дом, потом вернулся с двумя фотографиями. На одной из них было несколько дроман, на другой — амади стоящий на пороге какого-то дома в Гнезде.

— Смотри, — он сунул фотографии мне в руки, — внимательнее смотри.

Я не понимал.

— Внимательнее. Не обращай внимания на детали, смотри на общее.

Я смотрел на фото и не понимал что он пытается до меня донести.

— Не ищи различия, ищи сходства.

До меня, наконец, дошло о чем он говорит. Действительно, несмотря на то что дроман и амади совершенно не было похожи друг на друга, ни ростом, ни внешне, что-то неуловимо общее в них всё же было. И у тех и у других очень длинные конечности, глаза одинаково посаженые на лице. Тела у амади казались антропоморфные, но это было только на первый взгляд. Сейчас я вдруг увидел, что несмотря на видимую антропоморфность, по строению скелета они были ближе к дроман чем к людям.

— Дроман и мерцающие не могут заключить союз между собой в принципе, — старик встал, голос его зазвенел от возмущения, — потому что дроман и амади — одно и тоже! Это две формы одной твари, понимаешь?!

Вот так поворот! Я смотрел на него широко открытыми глазами ожидая пояснений.

— Я не собираюсь ничего рассказывать, — вдруг заявил он, поняв мой взгляд, — не для того я выживал в том аду, и по крупицам собирал информацию, чтобы разбрасывать на каждом углу.

Не очень приятно, когда тебя обзывают каждым углом, но он был прав — кто я такой чтобы откровенничать со мной.

— Захочешь пойти до конца — узнаешь всё. Всё что я знаю. А знаю я не мало. И о том, что творится в Гнезде и что происходит за кордоном. Этот остров — тихая пристань по сравнению с тем сумасшествием, которое творится за его пределами на большой земле.

Он вдруг затих.

— Нужно просто быть готовым пойти до конца, — последнюю фразу Отоа пробормотал себе под нос и неожиданно отключился и я только тогда заметил, что он мертвецки пьян. Видимо только этим и можно было объяснить его нечаянное откровение про дроман и амади.

Я встал и прошелся к озеру.

Я не понимал, что он имел в виду говоря про готовность пойти до конца. Это ведь всё растяжимо и субъективно. Некоторых хватает только на то, чтобы плюнуть в след начальнику и при этом они считают, что пошли до конца. Нет, пожалуй, с начальником я переборщил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Темнело.

Решил искупаться снова. Сегодня я первый раз в жизни купался ночью — очень необычные ощущения.

Пока плескался под луной, раздумывал — было очевидно, что Отоа что-то изнутри давило. Было сильное чувство будто он хотел бы привлечь меня на свою сторону или использовать для чего-то. Для чего-то очень важного для него.