Никто и звать никак (СИ) - Ром Полина

Четыре спальни, зал, большая кухня с поваром и двумя подмастерьями.

— Меньше домов не было, к сожалению. — Ригер виновато мотнул головой.

— Да и пусть. Не переживай. Нам нужно хорошо отдохнуть.

Ужин накрыли сразу, как только мы вошли. Жареное мясо и овощи, теплый хлеб, сыр, сладкие булочки и ягоды… Мне хотелось съесть все! Ригер отпустил прислугу и помогал мне сам, не забывая поддразнивать меня и обещать, что я обязательно лопну.

Пожилая горничная дожидалась меня в спальне, кланялась и спрашивала, чем может помочь. Для нее мы были богатыми иностранцами, потому мой говор и незнание некоторых слов ее не смутили. Мне натаскали горячей воды в блестящую медную ванну, Руфа, горничная, помогла мне раздеться и я выставила ее из комнаты, запретив входить, пока не позову. Сняла бинты и постанывая от наслаждения влезла в воду… С собой мы привезли некоторые вещи, например — все оружие, которое Ригер собирался потом продать. А я припасла несколько удобных шершавых камешков. Сейчас я терла распаренную кожу и понимала — неделя, ну две, от силы, и никто не поверит, что этими руками можно что-то делать. Кисти у меня маленькие и изящные, тонкие пальчики… Все поправимо!

Голову на ночь я повязала шелковым шарфом, дабы не возникало дурных мыслей по поводу моих волос. Ну, не в фате же мне спать! С бинтами я так же справилась сама, предварительно обильно смазав кожу рук каким-то растительным маслом, которое принесли с кухни.

Ночную сорочку Ригер, естественно, мне не купил, но мне уже было совсем наплевать. Я завалилась голышом на огромную кровать с чистым бельем, позвонила в маленький медный колокольчик и попросила вынести воду.

Что и как там выносили я уже не видела — сон сморил меня моментально.

Глава 28

Проснулась я с первыми лучами солнца и долго валялась в кровати, наслаждаясь её мягкостью и чистотой белья. Окно в комнате было открыто, от нежданных посетителей защищено тонкой решеткой, а от мух и прочей летающей дряни — прозрачной шелковой сеткой с мелкими ячейками.

В доме стояла тишина, только где-то на улице изредка взбрёхивала дворовая собака. Но не слишком громко, так, скорее — для порядка. Навалявшись всласть, я решила не дожидаться горничной. Оделась сама, расчесала волосы и наконец-то разобрала их у зеркала на четкий пробор, скрепила два густых хвостика кожаными шнурками, заполнила сетку для волос шарфом и надела тот самый золотой обруч с тонкой фатой. Зеркало в комнате было просто роскошное, в полный рост, в широкой бронзовой раме с завитушками. Мне по-прежнему было интересно смотреть на себя. Голышом я не представляла чего-то особенного, так, тощенькая девица со слабо развитой грудью. Думаю, нормальная сытная еда это быстро поправит. А вот в одежде я рассматривала себя достаточно пристально. Платье нужно менять, и — срочно! Никакие шелковые шарфы не спасают положение полностью. Это платье шито на женщину с третьим номером, не меньше, оно мне великовато и это сильно заметно. Я похожа в нем на девочку подростка, которая утащила на примерку мамино одеяние. И серьги из клада тоже слишком взрослые и шикарные. На лето, на будни, стоит выбрать что-либо попроще. Но и совсем без украшений не обойтись.

Об этом я и говорила с Ригером за завтраком, оставив горничную в недоумении. Ей трудно было понять, как это барышня одевается сама, без помощи.

Девятый день периода был выходным. Ну, у свободных людей. У рабов выходных не бывает.

Руфа сообщила мне, с некоторым удивлением, что у нее выходные будут, когда закончится наша аренда. Она специально искала такую работу, чтобы копить дни и, изредка, навещать в деревне свою семью. А в выходной в городе устраивают самые большие торги, для приезжих купцов и местных.

Девятый день — это сегодня, так что тут нам с Ригером повезло. Ему тоже нужно купить багаж, обязательно плащ в дорогу, сменное белье и прочее.

Белилами я утром пользоваться не стала. Боязно портить хорошую кожу. Припудрила лицо и решила, что поищу на рынке крупу. Ну, где-то я читала про рисовую пудру. Думаю, любая белая крупа для этого подойдет. Ждать, пока появятся прыщи от местной косметики я не хотела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Рынок, куда мы пришли с Ригером был просто огромен.

Тогда, с моря, городок показался мне маленьким, это потому, что он был изогнут и большая часть его скрывалась за лесным массивом. Порт был лишь четвертью города.

В Катиро, так он назывался, было большое количество лавок и магазинов, но в основном продуктовых. И мастерские по пошиву одежды, обуви, изготовлению оружия. При них тоже были маленькие лавочки. Остальным торговали в месте под названием «Ярмаан». Чем-то мне это слово напоминало русское — ярмарка. В выходной день все лавочники и владельцы мастерских спешили на Ярмаан.

Ряды делились на железные, глиняные, меховые, ювелирные, кожаные… Стройными параллельными рядами уходили в даль навесы. Их была масса. Но, чтобы дойти до них следовало пройти через центральную площадь. Здесь располагались рабские торги. Меня замутило…

— Калина, возьми себя в руки. Если хочешь — мы сейчас же уйдем…

— Нет.

Сдаваться я не собиралась. Несколько раз глубоко вздохнула-выдохнула, крепко взяла Райгера под руку и мы пошли вглубь огороженной территории. Я не поднимала глаз от земли, Райгер уверенно вел меня между рядами. Я понимала, что ничего изменить не могу, но и видеть это было выше моих сил…

Райгер договорился с владельцем конторы доставки. Таких на рынке было всего две, и они держали одинаковую цену. Райгер объяснил, что за вещи ответ несет хозяин, и тут можно не опасаться воровства.

— Ты уже бывал здесь раньше?

— Да, в прошлом году провел в городе два дня, пока искали посредника. Что-то там у Забо не срасталось с продажей, и он оставил двоих сторожить товар, а сам прибыл сюда. Со мной в качестве телохранителя.

К нам приставили трех крепких мужиков с большими плетеными корзинами за спиной. Корзины были одеты на манер рюкзака и снабжены широкими кожаными лямками. Сперва они шли по пятам, потом один из них остался стоять на краю тканевого ряда с парой больших сундуков, а двое продолжили сопровождение. Одежду Ригеру мы купили достаточно быстро. Так же, как и мне. Готовые платья все шнуровались или на груди, или по бокам, Ригер просто промахнулся с размером. Я купила пару льняных и пару шелковых платьев на лето, тонкое и красивое шерстяное для холодов и очень нарядное бархатное, глубокого зеленого цвета с золотой вышивкой. Больше брать не стала. Мода может отличаться деталями, хотя страны и расположены так близко. На рынке все торговались и я, хоть и было непривычно, но делала это вполне успешно. Думаю, мастера специально немного завышали цены. Почти на все удавалось сбросить процентов двадцать, а то и больше.

Несколько батистовых сорочек взяла готовых и договорилась с мастерицей, что она пришлет белошвейку для работы на дому. Ригер объяснил, как найти арендованный дом и оплатил ткань. Трусов нашью и лифчиков. Понадобятся еще. Ткани, кстати, стоили довольно дорого. Бархатное платье вообще обошлось мне чуть не в половину золотого. Еще мы купили несколько удивительно тонких и мягких шерстяных шалей. Три разного цвета мне, и две Ригер выбрал для мамы.

Две пары легких кожаных туфель, сапоги Ригеру и изящные сапожки для меня.

Один из мужчин, что нас сопровождали, отчалил с полной корзиной. Остался последний. Посещать ряд с косметикой я отказалась, но вот сережки новые мне нужны. Возможно, что стоит взять пару комплектов. Я не жадничаю, но, как известно, по одежке встречают. В чужой стране лучше не выглядеть бедной сиротой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ювелирку я рассматривала долго и с увлечением. Работы были очень разного уровня. И простые украшения из меди, и сложные плетения из серебра с вкраплениями камушков. Серебро Ригер посоветовал не брать. Это украшения для купчих. Высокородные такое не носят. Даже нищие. А жаль, можно было бы прилично сэкономить. Как ни странно, но первым ювелиркой обзавелся Ригер, который до этого благополучно свалил на меня обязанность выбрать красивые кольцо и серьги его матери. Выяснив, что смогла, о ее внешности, я согласилась. Этот довольно массивный перстень с большим прямоугольным сапфиром сам кинулся мне в глаза. Чистый, хорошо ограненный камень, четкий лаконичны рисунок на самом перстне, надежное крепление камушка… Да, он был хорош и разительно отличался от тех грубоватых изделий, которыми торговал мастер. И цену он заломил в три золотых…