Алекс Орлов - Каспар Фрай (авторский сборник)

Капитан вывалился из седла, а скакавший за ним второй охранник, избегая столкновения, врезался в кусты.

– Отлично! – закричал сзади Бертран, уверенно балансируя длинной рогаткой.

«И как он с ней управляется?» – поразился Каспар. Впрочем, фон Марингер был заядлым турнирным бойцом и прекрасно владел пикой – в этом Каспар убедился во время похода к Южному морю.

Теперь с королем были только трое – принц Гвистерн, барон Форнберг и фон Вейк.

Принц что-то крикнул королю, тот обернулся, но отрицательно покачал головой – Каспар не показался ему опасным. Лес закончился, и они выскочили на большую поляну.

– Нужно скакать к реке! – крикнул король. – Там есть брод!

– Поздно, ваше величество! – Фон Вейк привстал в седле, показывая рукой на приближавшихся к ним четверых всадников. Это были рыцари, скакавшие с пиками наперевес, и ничто не говорило о их миролюбии.

– Мерзавцы! – закричал король Ордос, видя, как его отрезают от реки.

Щелкнула тетива, однако пущенная Аркуэноном стрела отскочила от толстого щита. С собственным луком эльф справился бы лучше, но его не было.

Бертран развернул коня и с рогаткой наперевес помчался навстречу рыцарям.

– Они его нанижут, как муху на иглу! – проскрипел принц Гвистерн.

– Мы все умрем за короля! – воскликнул фон Вейк.

Противники сближались, Бертран правил на первого и самого мощного рыцаря, при свете дня блестела сталь наконечников. Вот и касание – все замерли, однако неожиданно Бертран увел лошадь в сторону и тупым концом рогатки зацепил противника за щит. Удар был тяжел, всадник с грохотом обрушился на подмороженную землю, второго Бертран приложил наконечником рогатки, голова бедняги едва удержалась на плечах, он вылетел из седла и, ударившись о землю, больше не пошевелился.

Аркуэнон пришпорил коня и помчался наперерез двум другим всадникам, которые прорывались к королю. Эльф спустил тетиву, и на этот раз удар стрелы был неотразим – наконечник пробил кирасу, и рыцарь, выронив пику, повалился на шею коня.

С последним покончил Бертран, сдернув его рогаткой.

– Кто эти мерзавцы? – воскликнул король, поворачивая коня, чтобы рассмотреть лица поверженных заговорщиков.

– Сейчас не время, брат мой! – остановил его принц. – В любой момент здесь могут появиться другие, – кто знает, сколько их тут еще!

– Принц прав, ваше величество, нужно уходить! – вмешался Каспар.

– К броду, немедленно к броду! – потребовал Гвистерн.

Поведение принца казалось Каспару подозрительным, и он не ждал от него ничего хорошего. Когда король и горстка его защитников помчались к реке, еще десятка полтора всадников, появившиеся на другой стороне поляны, бросились в погоню за уходящей добычей.

Между тем, чтобы выйти к реке, беглецам надо было преодолеть сотню ярдов по густому лесу. Впереди скакал фон Вейк, за ним король и последним принц Гвистерн. Внезапно он дернул поводья, уводя лошадь в сторону, и в следующее мгновение арбалетный болт вонзился в грудь фон Вейка.

Аркуэнон привстал в стременах и выстрелил в ответ – из кроны дерева вывалился арбалетчик и ударился о землю.

– Не останавливаться! – проорал Каспар, видя, что король натягивает поводья.

Ломая кусты и нещадно понукая своего мардиганца, Бертран обошел Каспара слева и, выскочив впереди короля, стал прикрывать его.

Принц держался подальше от брата, чем окончательно утвердил Каспара в мысли, что его высочество замешан в заговоре. Улучив момент, он столкнул предателя в кусты, и отряд поскакал дальше.

Вот и закованная льдом река, кое-где он уже подтаял, однако был еще достаточно крепок. Из прибрежной промоины торчали головы двух озерных людей, ожидавших какой-нибудь поживы.

– Осторожно! – закричал Каспар, но поздно – у лошади Бертрана разъехались ноги, и она завалилась на бок, едва не придавив седока. Пришлось всем спешиваться, а из леса уже доносился треск ветвей и лошадиный топот.

Отчаянно скользя, беглецы не отошли и на тридцать ярдов, когда появились их преследователи.

Аркуэнон ждал этого, и первой его жертвой стал растянувший тетиву лучник.

Преследователи ответили недружным залпом из трех арбалетов, два болта цокнули по льду, а один навылет пробил ляжку Шустрика. Бедный мул заорал так, что попрятались даже озерные монстры.

Эльфу приходилось туго – как целиться, если бежишь по скользкому льду, да еще лук чужой, – и все же следующим выстрелом он ранил арбалетчика.

В ответ понеслись угрозы, преследователи бросились в атаку, однако тотчас посыпались на лед, отчего по нему разошлись белые трещины. Пока они, ругаясь, поднимались на ноги, король и его защитники добрались до противоположного лесистого берега и стали выбираться на сушу. Заговорщики сделали еще несколько неприцельных выстрелов, но болты лишь посбивали ветки, а Аркуэнон в ответ свалил на лед еще одного стрелка.

– Фундинул, как Шустрик? – спросил Каспар, запрыгивая в седло.

– Как будто ничего страшного, только хромает и крови много!

– Ваше величество, вы знаете этот лес?

– Дальше будет мост, мы сможем возвратиться в Линдвилль! – ответил король. Невзирая на опасное положение, он не паниковал.

– Тогда вперед! Надеюсь, там нас не ждет еще один сюрприз!

Едва они тронулись, впереди послышался топот, между деревьев замелькали всадники – их было не меньше десятка.

– По мосту обошли! – с досадой воскликнул барон Форнберг, единственный из друзей короля, кому посчастливилось уцелеть.

– Ваше величество, держитесь берега, если что – уходите по льду! – крикнул Каспар.

Бертран отбросил ставшую ненужной рогатку и достал из ножен дедовский меч.

– Умри, Ордос! – закричал первый выскочивший из чащи и подавился вонзившейся в шею стрелой. Подоспели основные силы, зазвенели мечи.

Пока оставалась надежда с ходу пробиться к мосту, Каспар держался в седле, однако скоро их нагнали перешедшие реку заговорщики, и пришлось спешиться – так было удобнее драться в окружении.

Натиск противника был силен, заговорщики во что бы то ни стало пытались добраться до короля. Каспар вывел из строя троих и перебросил королю трофейный меч, чтобы безоружный монарх перестал петлять между деревьев.

Фундинул остался на хромавшем Шустрике, который лучше неповоротливых мардиганцев передвигался по лесу и быстро разворачивался на месте. Гном, как мог, прикрывал короля и, как только вокруг того создавалась опасная ситуация, налетал с волчьей дубиной и так молотил по шлемам, что от его оружия летела белая щепа. Связываться с ним никто не хотел, уж больно непривычно тот дрался, а за Бертраном охотились едва ли не с большим интересом, чем за королем.