Евгений Нечаев - Меч двух драконов

Там где бессильна магия, поможет меч! Клинок задрожал, впитывая мою Силу. Сегодня, как и раньше, я воин, а не маг! Адамант и мифрил обладали своей магией, в нее вплеталась магия Драконов, мои силы. Меч поднялся, и опустился, распарывая Барьер, как занавеску из шелка. Алые осколки брызнули из-под лезвия, неся весть, о том, что Барьер пройден. И прошедшего не настигла:

СМЕРТЬ.

Медные горны возвестили, что в летающий город пробрался враг. Вновь бежали наемники, блестела сталь, перекрикивались командиры. Все знали, что сбежал один из пленников. Опасен, владеет сталью и магией. Но он смертен.

Усиленные патрули разошлись по городу, проверяя каждую щель, держа наготове арбалеты. Десятки магов прильнули к хрустальным шарам, и зеркалам, пытаясь отследить сбежавшего. Священники молили Светлого Брата усилить руки, заострить оружие солдат.

Я вышел из комнаты и спускался вниз. Винтовая лестница отсвечивалась красным, в такт горящим факелам. Когда мы поднимались, в схватке, никто не посмотрел, что лестница из хрусталя. Теперь же это было красиво. У бывшего падшего ангела, а ныне слуги кинов, Валиала, прекрасный вкус.

Первый патруль встретился мне в дверях башни. Захрипел первый из наемников падая с пробитым сердцем. Радостно запел Несущий Горе, испив впервые крови в схватке. Единожды взвизгнул арбалет, пытаясь настичь меня стальным болтом, прежде чем его хозяин рухнул с расколотым черепом. Чернокнижник шедший с наемниками успел метнуть два заклинания, безвредно ушедшие в меч, прежде чем упал на пол, тщетно запихивая обратно кишки.

Последним был молодой парень, не старше Иллиала, голубые глаза сверкали холодным льдом, пока он не встретился с моим взглядом, и не увидел в нем:

СМЕРТЬ.

Под заходящим солнцем сверкал Несущий Горе. В голове звучали боевые горны, черная ярость выплескивалась в кровь с каждым убитым мной врагом.

Да кто они! Презревшие и Свет и Тьму, поклоняющиеся золоту, идущие рядом с существом. Они недостойны жить. Меч рассекает тела вместе с доспехами, шутя, отводит самые сильные и смертельные удары. Тело послушно уворачивается от дротиков и стрел. И никто не получает пощады.

– Найрекс, – прохрипел я, превращая самого себя в оружие.

Найрекс – хриплый боевой клич. Единение со своим оружием, единение с яростью, единение с жаждой Жизни. Безумие боя, высшая жажда жить, жить любой ценой. Я бежал по улице летающего города, убивая всех кто вставал на моем пути.

Гавриил с ужасом наблюдал за сыном Люцифера. Голова одного из наемников отделилась от плеч, тело рухнуло чуть позже. Кровь заливала улицу, весело блестели на солнце потроха убитых. Кресс скрестил оружие с бородатым воином на две головы выше него. Меч из мифрила, выданный Валиалом лучшим наемникам не переломился. И тогда Кресс ударил противника кулаком в грудь, проламывая булатные пластины доспеха, ребра, и вытаскивая сердце.

Когда Гавриил взглянул в глаза Кресса, он увидел свой приговор:

СМЕРТЬ.

Меч обрушился на угол здания, погребая под руинами не успевших выбраться. Мелькнули две девичьи фигурки, одна не успела избежать меча.

– Во имя Светлого Брата! – услышал я голос. – Остановись! Опомнись!

Безумие боя отпускало разум из цепких объятий. Священник, истово творя кольца, и трясясь как лист на осеннем ветру, пытался образумить меня.

– Узри Свет! Ибо милосердие Светлого Брата…

– Милосердие?!! – прорычал я, хватая священника. – Где было ваше милосердие, когда вы жгли на костре мою мать?!! Где твой Светлый Брат?!!

Сияние вокруг нас стало ослепительным, и в блеске его я заметил человеческую фигуру. Он сходил с небес, окруженный запахом роз, и благостным пением.

– Вот и ты, – я с силой ударил священника головой о стену, только бурые мозги брызнули в разные стороны. – Пришел лизать задницу своему владыке?

– У меня нет владык, – произнес терпеливый, полный укоризны голос. – Я чувствую, ты можешь повернуть к Свету. Вернись.

– Без души? – меч оставил широкую отметину на груди пророка. – Иди трус, я отпускаю тебя. Иди и кланяйся Гавриилу, пой ему осанну.

– Ты многое можешь потерять.

– Я уже потерял ВСЕ!!!

XXIII.

– Ты проиграл!!!

Гавриил в еще большем величии спускался к нам. Светлый Брат, пророк Света во множестве миров, с множеством имен поприветствовал его почтительным поклоном, как наставника.

– Я знаю, в нем есть капля Света, Гавриил. Он может пойти к нам.

– Замолчи Смертный! – брезгливо отпихнул Брата архангел. – А ты слушай меня. Да ты умудрился вырваться, сделать оружие, которое способно сразить меня. Но ты опоздал! Творец скоро снизойдет сюда…

– И его будет ждать существо! – прервал я Гавриила. – Но Творец побеждал его и раньше!

– Но не сейчас. Тогда он не раздал Смертным свою силу, – Светлый Брат испуганно глядел на патрона, – а сейчас он обречен.

– Ты безумец Гавриил! Исчезнет и все созданное Творцом. И Свет и Тьма.

– Но ты забыл о других Силах.

– Хаос, – презрительно бросил я, – или Небытие? И тот и другое тебя схарчат и перьев не сплюнут!

«- Почему он разговаривает со мной столь долго, а не убьет?» – появилась мысль.

Гавриил притушил свое сияние и впервые я увидел его глаза, доселе бывшие двумя светящимися колодцами. Колодцами Света.

– Взгляни мне в глаза. В мою душу.

– У тебя, ее нет!

– А ты взгляни.

Я посмотрел и отшатнулся в ужасе. Глаза… Да архангел обрел душу, но иную чем все, что я видел до этого. Неужели?..

– Ты прав, – кивнул Гавриил, внимательно смотрящий на меня.

– Но они лишь легенды!

– Нет! Иные существуют, но они спали до этого момента.

– Ты предал все!!! Творца, Хаос, даже Небытие!!!

– Ну-у-у, – протянул Гавриил. – Зачем так высокопарно? Я никого не предавал. Но Иных заинтересовало, то что создал Творец. Вы. Смертные.

«- Почему он разговаривает со мной столь долго?» – металась мысль.

– Чем же?

– Баланс Сил. Четыре полюса были равноудалены. Творец, Хаос, Небытие, Иные. Но теперь появились вы. И каждый из вас может стать новой Силой. Как ты мог.

Воздух позади Гавриила начал сгущаться. Архангел опустился на одно колено.

– Все кончено, – улыбка Гавриила была широкая, добрая. – Система из трех компонентов тоже устойчива.

Проход в Иной мир ширился, и вскоре я увидел будущих хозяев Гавриила. Подобно мне они были в СУМРАКЕ. Как описать нечто чуждое нашему миру?.. То, чего у нас нет, для чего еще не изобрели слов?

– Мы еще встретимся! – крикнул я исчезающему архангелу.

– Я надеюсь на это…

– Тогда ты умрешь, – добавил я уже в пустоту.

Светлый Брат стоял с отвисшей челюстью, стая драконов залетела бы.