Ольга Табоякова - Дела государственные

-- Не совсем так, - поправил меня Шоушах. - У Вас живет секретный сотрудник департамента безопасности.

-- Где?

-- Что где?

-- Где он живет? В подвале?

-- Почему в подвале. Треш, Вы меня не поняли, я хочу сказать, что один, из проживающих в этом доме, является секретным сотрудником, и как я думаю, не рядовым сотрудником безопасности.

-- Этого просто не может быть потому, что не может быть никогда.

-- Треш, в жизни все, я подчеркиваю, абсолютно все может быть.

-- Шоушах, так кто же тот загадочный агент? - я чуть успокоился.

-- Пока этого мы не выяснили, но надеемся выяснить с Вашей помощью.

-- Шоушах, а Вы уверены в своей информации?

-- Абсолютно, - очень твердо сказал он.

-- Для меня это шок. Я не могу представить в этой роли никого из своей семьи. Я не хочу Вас обидеть, но объясните мне, пожалуйста, основания такого мнения.

-- Что ж, Треш, - чуть подумав, кивнул Шоушах. - Я жду Вас завтра с утра у себя. Там Вы сможете ознакомиться с протоколами допросов двух очень интересных людей. И если это Вас не убедит...

-- Благодарю, уважаемый. Завтра я буду в назначенное время.

-- После мы и поговорим.

-- Хорошо. А теперь, может быть, Вы не откажетесь мне помочь убрать со стола и вымыть посуду.

Шоушах уже привык к моим фанабериям и невозмутимо согласился помочь.

***

Только я проводил Шоушаха, как появился Нат.

-- И что ты с ним так долго обсуждал? - снимая шляпу, заворчал Нат. - Я уже почти час сижу у тебя в саду. Кстати, ты в курсе, что у тебя в саду какое-то приведение шляется?

-- Какое еще приведение?

-- Откуда я знаю, - пожал плечами Нат.

-- Ладно, это я выясню завтра.

Но смутные подозрения зародились в моей душе. Гриша ведь говорил, что покойный архивариус может восстать. Только если это он, почему не сообщил? Часть вопросов можно было бы снять поговорив в спокойной обстановке с этим милым человеком. Сразу же меня посетила и другая мысль, можно ли попытаться вызвать его душу и пообщаться с ней. Я сделал себе мысленное напоминание прояснить эти возможности и не позже, чем завтра. Пока я переключился на Ната.

-- Есть будешь?

-- А что после Шоушаха что-то осталось? - усмехаясь, поинтересовался Нат.

Мне было не иронии.

-- Гриша много наготовил. Я вот думаю, может у него шабаш не на одну ночь? Может это двух или даже трех ночной шабаш?

-- Ты о чем? - заинтересовался Нат моими предположениями.

Пришлось объяснять про скорое прибавление в семействе. Также я рассказал об отъезде Васеньки по срочным делам, связанным с семейным бизнесом. С усталости я чуть не проболтался о Майе.

-- Нат, - я позвал принца, страстно поглощающего Гришин пирог с мясом.

-- И что тебе? - он чуть отвлекся от столь увлекательного занятия.

-- Я вот хотел спросить. Тебя, что вообще не кормят?

Надо отдать Нату должное, его рот был занят, но глаза он выпучил так, что я устыдился. Прожевав очередной кусок, Нат спросил:

-- Треш, об этом меня еще никто не спрашивал. Это - во-первых. Во-вторых, конечно, кормят. Но иногда так приятно поесть, отламывая пирог руками, сидя в кресле и болтая, а, не разговаривая по этикету. Знаешь, как надоедает постоянная необходимость держать себя всегда и везде?

Над такой постановкой вопроса я не задумывался никогда потому, что с ней не сталкивался. Это какая же грустная должна быть у человека жизнь, если ему нигде, даже дома, нельзя расслабиться. Нат перебил мои размышления:

-- Но ты ведь не об этом хотел спросить? Так?

-- Так. С библиотекой я договорился. Завтра начинаю. Это все строго официально. А вот, что делать с неофициальной частью?

-- Ты имеешь в виду секретные архивы?

-- Да.

-- Я тебе уже говорил о предложении Хоррора. Думаю, надо использовать этот вариант.

-- Ты мне поможешь?

-- Я могу попробовать. Но думаю, что самую неоценимую помощь нам окажет Шош. Ты его помнишь? Я знакомил Вас в день наших похождений по могилам и кладбищам.

Мне очень ярко припомнился тот полный событий день. Аж мороз по коже пошел.

-- Здорово. А он не откажет?

-- Смотря как просить, - совершенно невоспитанно Нат засунул в рот корку от пирога. - Но я попрошу, и он не откажет.

-- Хорошо. Завтра?

-- Завтра, он будет в библиотеке.

-- Скажи, чтобы говорил, что он из этой самой Академии с исследованиями.

-- Угу.

Вспомнив, тот самый день, я вспомнил и министра Арикова.

-- Нат, скажи, а как там Ваш министр?

-- Ваш? Наш. Ох, Треш, живой. Сейчас во дворце всех трясут. Служба дознания и безопасности на ушах, на рогах и на копытах. Бедный Хоррор получает разносы от министра по двадцать раз на дню. К нему даже не попасть. Треш, - Нат переключился на свои проблемы, - Треш, а ты не искал?

Мне было совестно не договаривать, но пришлось:

-- Искал, нашел. Но тебе ведь нужен сам человек. Девушка. Так, что подожди немножко. Пожалуйста, Нат.

Нат очень внимательно на меня посмотрел, но больше вопросов задавать не стал. Он молча согласился, хотя я видел, как сильно ему хочется знать.

***

Следующий день наступил неожиданно скоро. Выспаться мне так и не удалось. Нат ушел под утро. Про себя я посмеялся: "Пора на свидания с девушками ходить! А я с принцами ночи провожу".

Шоушаховская Башня встретила меня как родного. Стража пропустила без вопросов. Один стражник мне даже улыбнулся. "Уже весь город знает меня в лицо, или только стражники по долгу службы?".

Шоушах был завален работой. К нему постоянно заходили сотрудники, приносили бумаги, забирали бумаги, докладывали и спрашивали. В конце концов, Шоушах сдал меня на руки дикой горянке в форменной одежде службы дознания.

- Прошу за мной.

Эта женщина лет тридцати, важно вышагивала по коридорам и лестницам. Передо мной мелькала только ее круглая попка, выписывающая круги.

- И не смотрите на меня так, - не поворачиваясь, сказала женщина, - Я старший дознаватель, если это о чем-нибудь говорит.

Это действительно говорило о многом. Старший дознаватель - что-то типа палача и шпиона в одном лице. С такой женщиной лучше не связываться, а если обидишь ее, то лучше самому построить себе склеп.

-- А куда мы идем? - бессонная ночь явно повлияла на мои умственные способности.

-- В общий отдел, а потом в камеры особого содержания. Там находятся те самые люди.

"Брр, мне стало очень холодно, и я совсем проснулся. Зачем я спросил?".

***

В целом протоколы допроса вора Инвара и доброго человека Петролиба, который донес на него, повторяли информацию Шоушаха. Я заставил себя спуститься в "камеры особого содержания" затем, чтобы убедиться в искренности их слов. Этот самый завистливый человек Петролиб сообщил стражам, что в доме его соседа - талантливого писателя - собрались на гулянку "темные личности". Стражи пришли разбираться и уже решили уходить, оставив народ гулять и праздновать выпуск новой книги писателя. Один из стражей в одном из гостей узнал опасного вора Инвара. С боем и шумом того повязали, писателю, к радости соседа Петролиба, испортили гулянку. На допросе Инвар, которого разыскивали по нескольким обвинениям, отказался говорить. Его обыск и обыск, установленного стражами жилища, дал весьма интересные результаты. Было найдено письмо от покойного (того самого которого нашли в нашем доме) и там было написано про деньги, которые покойный (тот самый) положил в Банк для своего сводного брата Инвара. Также в этом письме давались краткие сведения о последнем заказе покойного (того самого). В частности, там было написано об очень большой сумме, заплаченной за убийство одного из сотрудников секретной службы нашего государства, и являющегося двойным или даже тройным агентом двух соседних государств. Также в этом письме была указана дата поступления авансом средств на счет Инвара. Это было за день до нахождения покойного (того самого) в нашей Лавке. Благодаря расторопности стажей и дознавателей Инвара, а также соседа Петролиба, посадили в камеры особого содержания. Как я понял, Петролиба посадили, когда он пришел узнавать о мерах воздействия, принятых на его соседа писателя. Ему стоило упомянуть только имя соседа, как стража его и посадила до "полного разбирательства". Теперь он сидел в соседней камере с Инваром, а тот ржал над ним, не переставая.