Ольга Табоякова - Все дороги нового мира

Тем временем, колдун стал напевать. Он давно забыл слова своих любимых песен, а сейчас вот вспомнил. Пару раз запустив молнии, он очистил небо от туч. "Вот, колдун гневается!", - доносилось от людей, они не знали, что тот наоборот был в прекрасном настроении. "Ла, ла, ла! Ту, ту, ту!", - доносилось из башни.

К самому действу он приступил спустя несколько минут. Все давно было готово, осталось лишь сделать. Именно, тогда к нему и пожаловала с известиями синяя птица. Зелье забурлило и плеснулось на колдуна. Для того, чтобы не тратить время даром, колдун вытряхнулся из своего любимого одеяния - мантии - и стал колдовать голым.

Сентенус шел по улице, когда его застало превращение города. Загудела земля, дома стали оплывать, как свечи, некоторые вроде бы запылали, как факелы. Люди с воем носились по улицам. Сентенус стоял, как пришпиленный. Такого зрелища доводилось видеть людям в этом мире лет семьсот назад. Тогда один колдун тоже менял обстановочку своего жилища, но достоверных сведений об этом не сохранилось. Сначала Сентенус смотрел на дома. Ближний к нему дом накренился, расплылся, а потом стал вытягиваться. Сентенус показалось, что это похоже на рост деревьев или травы. Рядом с ним застыл какой-то человек. Сентенус посмотрел на другой дом, чуть дальше по улице. Тот рос кусками, сначала вытянулась вверх одна стена, потом на ней появились окна, потом другая, потом они соединились и скруглились, потом снизу поднялась крыша.

- С ума сойти! - стоящий рядом человек что-то смог из себя выдавить, а вот Сентенус, который был инициатором этого действа, ничего не мог сказать. Он чуть развернулся назад, и не увидел знакомой с детства Белой Башни.

Превращения заняли почти пять минут, но за это время много народа поседело. Сентенус не успел двинуться с места, как все тот же голос рядом с ним прокомментировал:

- Совсем с ума спятить можно!

Над городом появились кодры. Они летали над башнями, и то один, то другой кодр устремлялись к отдельной башне.

- О! - прорвало Сентенуса. В следующий миг он понял, что так было всегда, это озарение снизошло на всех жителей города. Паника сменилась чувством удовлетворенности, людям показалось, что сейчас произошло то, что и должно быть. Это до этого все было неправильно, зато теперь все как надо.

Чуть позже сидя в тайной комнате дворца, Сентенус говорил со Шляссером.

- Все думают, что это колдун нас облагодетельствовал, - Шляссер ел жутко маслянную булочку, но ему было наплевать на лишний вес. То, что они все пережили недавно, все оправдывало, даже эту жирную булочку. - В городе осталось два нетронутых здания.

- Дворец и что еще? - Сентенус не мог представить себе, что что-то не изменилось.

- Дом с красной крышей, - нацеливаясь на вторую булочку, сообщил глава разведки. - Там живут слишком могущественные колдуны.

- Ну, и ладно, - Сентенус вспомнил, что говорил кодр Мрак о Хэссе, и сейчас окончательно ему поверил. - Бывает. Все из-за маленьких человечков, - выдвинул он свою версию. Шляссер поверил этому.

- Наверное, Сентенус.

- Так мы решили почти все проблемы? - Сентенус вытянул ноги, потянул руки, выпрямил спину.

- Почти, - очень странно посмотрел на него Шляссер.

- Что еще? Дед? Король?

- Эти не знаю, мне не до них, - Шляссеру действительно было не до них. Сейчас обоими занималась Лапчадача. Она организовывала ревизию дворца. Король и первый министр обязались ей помогать. Так же король велел предотвратить возможную смуту, и еще велел объявить, что он хочет погулять по новым домам жителей его столицы.

- Так что? - Сентенус еще больше испугался.

- Ты с колдуном как расстался? - начались окольные вопросы.

- Хорошо, он колдовать затеял. А что?

- Пропал он, - с глубоким вздохом, сообщил Шляссер.

- Это как пропал? - Страх Сентенуса перерос в панику.

- Ммм, ты, наверное, знаешь, что у Башни всегда есть наши люди. Так вот, когда это все произошло, и на месте Башни появился аккуратненький трехэтажный домик, то нашего наблюдателя удивила одна вещь. Дверь в домик была открыта. Он прошел в дом, обошел его весь, но ничего достойного внимания не увидел. Кроме одной вещи. В одной из комнат на третьем этаже лежала грязная, испачканная кровью или чем-то красным одежда колдуна. Ну, знаешь, его любимая хламида. А кроме всего этого, она валялась под картиной известного мастера Лорентино, и край этой рамки, а она очень тяжелая потому, что каменная. Край был испачкан кровью. И все. Колдуна нигде нет. Мы установили постоянный пост в доме, двери закрыли, чтобы любопытные не лезли.

- И все? - Сентенус с ужасом подумал о том, как они будут жить без колдуна.

- Как сказать, есть версия, что с ним произошел несчастный случай, и мы его ищем. Ищем скрытно, чтобы не поднимать панику. Народ этого не поймет.

- Да, уж, народ вот этого точно не поймет, - Сентенус в этом даже не сомневался. - Навредить ему никто не мог, это точно. А вот он себе вполне даже да. Тем более...

- Что?

Пришлось Сентенусу вспоминать, что он там читал о возможных неприятностях для колдуна при превращении архитектурных строений в таком массовом масштабе.

- Это лишь подтверждает мою версию, что с ним что-то случилось, - Шляссеру стало полегче на душе.

- Но он может быть где-то далеко, или он может ничего не помнить, или может потерять силу, - стал перечислять возможности Сентенус. - Надо организовать масштабный поиск по всему материку.

Шляссер не собирался сдаваться, это был их колдун, теперь уже из Белого дома, и они его найдут, приложив все усилия. Не знал Шляссер, что два последних предположения Сентенуса оказались правдой. Колдун очнулся в незнакомом месте, абсолютно голый, и ничего не помнящий. Над ним стоял человек с круглыми глазами и еще один человек поменьше, вернее, совсем маленький, с квадратными глазами. Они говорили про него.

- У него руки на груди сложены, - говорил маленький. - Может он умер?

- Нет, он дышит, - возражал второй.

- Жаль, а так бы мы могли его ограбить, - посокрушался малыш.

- Чего его грабить? Он же голый, - законно возразил второй.

- А как он здесь оказался? - уточнил маленький.

Большой хмыкнул.

- Понятия не имею. Я захожу, а он лежит посреди ковра. Ноги вот так на кресла разложил, вверх задрал. Смотри у него кровь.

Маленький сделал два шажочка к нему.

- Точно, но это не страшно. Давай ему сделаем припарку из трав.

- Давай, - согласился большой. - По-моему, он похож на того типа с портрета.

- Точно, - обрадовался маленький. - А ты говорил!

- Ага, вот и познакомились, - согласился большой.

Голый мужик открыл глаза.

- Приветствую, - сообщил он.