Hel Lumi - Кровавое наследие

Собрав документы в портфель, я отправился на Вебаш-авеню. Я шел и всё равно думал не о работе, а о мифических чудищах. Это стало моим наваждением, и я много бы отдал за избавление от него.

Вдруг я приметил старую знакомую, с которой уже встречался сегодня. Глэдис тоже направлялась к метро, но по другой стороне улицы. Она была не одна. Вместе с ней шла другая девушка, лица которой я не мог видеть, но, судя по походке и очертаниям фигуры в облегающем пальто, она была не старше, чем мы с Глэдис. Значит, это точно не Элисон Трейси! Скорее всего, племянница старушки. Очевидно, девушки почувствовали чей-то взгляд, поэтому обернулись. Я встретился с незнакомкой глазами, и она, тряхнув белокурыми локонами, с улыбкой что-то сказала спутнице, которая в ответ рассмеялась. Я тут же почувствовал неловкость, поскольку они наверняка обсуждали меня. У меня не возникло особого желания подходить к ним и здороваться, но всё же я был вынужден перебраться через дорогу - станция располагалась на другой стороне.

Я перебежал трассу так, словно в мире не существовало пешеходных переходов, и оказался в паре ярдов от девушек. Они остановились, словно поджидали меня. Черт! Почему они наблюдали за мной, а не продолжали дальнейший путь? Волей-неволей мне пришлось заговорить.

-Еще раз привет, - как можно веселее и беззаботнее сказал я, приближаясь к девушкам на расстояние вытянутой руки. Глэдис молча улыбалась, а ее глаза задорно блестели. Она словно хотела что-то изречь, но ждала первого шага от меня.

Итак, я приблизился, и тут меня как молнией ударило. Сердце подступило к самому горлу, и перехватило дыхание, а ударивший в нос, восхитительно дурманящий аромат обволок сознание. Я невольно взглянул на незнакомку, смотрящую на меня чуть склонив вбок голову, и мое сердце в груди сладостно сжалось. У меня вдруг возникло непостижимое желание прижаться к незнакомке страстным поцелуем и унести ее, спрятав от остального мира, как хищник утаскивает пойманную добычу. Что это? Я хочу съесть ее? Я усомнился, что подобное чувство свойственно нормальному оборотню.

Я едва заметно мотнул головой, отгоняя безумные мысли, и сей жест не ускользнул от внимательной Глэдис. Она всё еще посматривала на меня и посмеивалась. Я нервно сглотнул, не в состоянии промолвить ни слова.

-Нам пора, - услышал я мелодичный голос, принадлежащий, разумеется, подруге моей бывшей одноклассницы.

-Да, - отозвалась Глэдис. - Нужно успеть на ближайший поезд.

Они зашагали к станции, а я, наконец, очнулся. Меня осенило: я влюбился! Я влюбился в кузину Конрада! Девушки ушли, а я, словно идиот, продолжал стоять на месте, как вкопанный. Что, если я больше не встречу эту очаровательную незнакомку?! Ведь теперешнее наше столкновение являлось сущей случайностью. Предположение повергло меня в глубочайший ужас, подобный предсмертной панике, творящейся на падающем самолете.

Что было сил, я рванул на станцию. О, ужас! Подъехал поезд, и обе девушки уже были внутри. Это был решающий момент в моей судьбе. Жить или погибнуть! Я прибавил шагу, но уже слышал, как объявляется следующая остановка. Я едва не ронял документы, в которых на самом-то деле и заключалась моя будущность, но сейчас, в этот миг ничто не имело значения. Ничто, кроме той незнакомки. Двери уже закрывались. Последний рывок... и я запрыгнул в вагон.

Послышался задорный смех Глэдис. Я поискал девушек глазами. Они обе смотрели на меня. Незнакомка тоже не скрывала веселой улыбки. Кажется, они забавлялись, наблюдая за мной. Как ни странно, я ничуть не обижался. Наоборот, я хотел поговорить с ними, поэтому пробрался поближе сквозь толпу пассажиров.

-Успел-таки, - с довольным выражением выдохнул я.

-Это не его поезд! - рассмеялась Глэдис, обращаясь к подруге. - Ему нужно было ехать в другом направлении.

Я почувствовал себя совершенным глупцом. Да, только сейчас я понял, что Глэдис права.

-Вы такой рассеянный? - весело спросила незнакомка, окидывая меня любопытным взглядом с головы до ног. И я неожиданно вспомнил, что оставил пальто и даже пиджак в офисе, и понял, отчего на меня так глазели прохожие. Я был в классических брюках, ботинках и... футболке. - Признайтесь, вы сумасшедший?

-Безумный шляпник, мэм! - Я кивнул, слегка приподняв акубру, сильно напоминающую ковбойский головной убор.

Я так спешил, боясь упустить незнакомку, что совершенно забыл, откуда идет мой поезд. Итог: я ехал в другом направлении, даже по другой ветке, зато вместе с прекраснейшей девушкой во вселенной. Я не жалел о нелепой ошибке, ведь без этой оплошности я не познакомился бы с Ребеккой.

Глава 4

Даже сквозь сон я чувствовал, как в голове стучат молоточки, а вернее: кувалды. И молотили они всё сильнее и сильнее, громче и громче. Я явственно слышал каждый удар, и это не просто пульсация крови по венам.

Бом!.. Бом!.. Стук становился всё ощутимей, болезненней и отчетливей. Череп превратился в огромный колокол, а за веревку дергал неугомонный звонарь.

Сегодня выходной, после вчерашней вечеринки, где вся наша коллегия адвокатов отмечала удачное завершение судебного процесса. Может, голова гудит из-за празднества? Я с огромной неохотой проснулся и обнаружил себя лежащим на кушетке в гостиной. Что ж, мысленно усмехнулся я, это определенно лучше, чем на полу или на улице. К тому же на мне были надеты длинные шорты - тоже неплохой прогресс. Впрочем, я с трудом мог вспомнить, превращался вчера в волка или нет.

Итак, я проснулся, а стук всё равно продолжался. Получается, что грохот, возникавший внутри головы, в действительности доносился из-за двери. Я чуть было не рассердился, как то делал Энтони, из-за раннего и чересчур громкого гостя, но, взглянув на часы, узнал, что время давно перевалило за полдень. Вялой походкой я поплелся к двери, в которую отчаянно колотили. Может, это кто-то, спасаясь от бандитов, ищет убежище? Тогда могли бы вовсе не стучать, а просто забежать в дом - кажется, я не запирал дверь.

"Я не только сержусь, как Энтони, - невольно подумал я, - но и иду, как он. Тот тоже еле ходил, шаркая подошвой".

Я постарался прогнать неприятные мысли. Старик перестал служить дворецким в особняке два месяца назад. С тех самых пор я и взял в привычку засыпать там, где сморило. Я хорошо помнил тот день, когда Энтони исчез, а также тот, когда я вновь его повстречал.

Я открыл дверь и в удивлении отступил, пропуская разбудившего меня посетителя. "Неугомонным звонарем" оказалась молодая женщина. Она старательно пыталась привести в порядок свой внешний вид, но ее волосы, нещадно развеваемые ветром, совсем не хотели быть послушными.

-М...Маргарет! - Я с трудом проговорил имя гостьи, совершенно растерявшись.