Виктор Исьемини - Летний зной

— Э, Хромой, — забеспокоился и Эрствин, — у нас сейчас казана не переполнена.

— Это же цена замка Рейкр, он того стоит!

— И потом, это… как бы сказать…

— Неблагородно? Брось. Ты же не для себя! Замок будет взят именем молодого наследника, пока он прохлаждается в твоей каталажке — ты опекун. К тому же он нам должен. Как барон Леверкойский ты проявишь заботу о юном ок-Рейселе, который сейчас не в состоянии вступить во владение замком покойного папаши, а как граф Ливдинский — позаботишься об обеспечении казенного долга. Поверь, я знаю законы. Только нужно действовать быстро, а то кругом знатоков закона, наподобие меня — полным-полно! Запомни на будущее: сделка с совестью — всегда очень выгодная сделка.

Эрствин закатил глаза — он обдумывал слова Хромого. Потом паренек кивнул, лицо его сделалось сосредоточенным.

— Стоп, стоп, — предостерег Хромой, — час отсрочки, скорей всего, ничего не решит. Но незачем привлекать внимание, на нас глядят. Отошли этого храбреца под конвоем в Большой дом, да не забудь сделать вид, что сердит на него, тогда никому не придет в голову, что ты заинтересован. Потом сворачивай порку поставщиков и…

— Да, поставщики, — Эрствин вспомнил о текущих делах. — Ты прав! Эй, Морвид!

Серо-лиловый солдат приблизился.

— Возьми еще кого-нибудь. Этого, — Эрствин небрежным кивком указал латника ок-Рейселей, — сопроводить в Большой дом. Пусть дожидается моего возвращения, я после решу, как с ним быть. А теперь ты, борода…

Купец, который доставил партию негодных башмаков, со вздохом выступил из толпы и поклонился. Он-то надеялся, что он нем позабыли…

Хромой окинул взглядом группу поставщиков, которых до его появления отчитывал граф, и ухмыльнулся, разглядев среди коренастых осанистых негоциантов долговязого Томена Пеко. Сегодня рыжий маг не стал наряжаться в багровую мантию, он был одет как подобает торговцу.

— А, старый знакомый! Пекондор, ты тоже попал под горячую руку? Привез гнилой товарец? Тебе уже всыпали?

Торговцы торопливо расступились, чтобы не привлекать к себе внимания. Если графский любимчик выделил Томена — пусть этот и отдувается за всех. Рыжий пожал плечами:

— Моя очередь еще не подошла.

— Этот виноват в задержке, — заявил Эрствин, — его груз соленой рыбы не доставлен к сроку. А ты его знаешь, Хромой?

— Ты его тоже знаешь, — меняла ухмылялся, — снизойди-ка, покопайся в памяти. Если ты мысленно обрядишь его в мантию и… надраенную до блеска гномью маску… а?

— Ага, — протянул мальчик. — Помню. Это великий чародей… как его? А! Золотая Маска!

Потом Эрствин состроил серьезную мину.

— Но обманывать казну не позволено никому. Мастер, когда прибудет твой груз?

— Ваша светлость, шкиперу давно пора бы пришвартоваться. Ума не приложу, что задержало этого олуха в пути! Барка «Одада», Хромой знает владельца…

— Знаю. Поэтому мне несложно вообразить, что могло его задержать. Например, добрая выпивка.

— Ладно, — Эрствин смилостивился, — учитывая заслуги этого мастера перед городом, позволим ему отсрочку. Золотая Маска, в твоем распоряжении сутки, по истечении срока — берегись! Ну а теперь…

Граф хищно оглядел притихших поставщиков. Те — дружно, как по команде — потупились и завздыхали. Невиновных здесь, похоже, не наблюдалось, все так или иначе собирались надуть казну.

— Какое раскаяние я читаю на этих честных лицах! — радостно объявил Хромой. — Славная паства для наших святош! О, кстати, а я не рассказывал тебе о том, как наживается на твоей доброте сестринство при блаженной Ателите?

— Расскажите его светлости, мастер, расскажите! — слова Хромого уловило чуткое ухо старшины суконного цеха, находившегося в графской свите. Этот был рад свести старые счеты.

— Расскажите лучше вы, вам наверняка больше известно, — предложил меняла, — а я только добавлю, что, прослышав о нынешних проверках да строгостях, убогие вдовицы решили разорвать уже заключенные сделки! Думают следы замести.

— Разберемся, — сдвинул брови Эрствин.

А Хромой едва сдержал ухмылку — он подозревал, что Шугель вряд ли окажется в выигрыше после того, как история получит огласку. Но что сделано, то сделано! Старьевщик сам просил. Это так свойственно человеку — напрашиваться на неприятности, которых можно было избежать просто промолчав!

ГЛАВА 14 Феллиост

После того, как Вель привел в Феллиост остатки разбитой армии Белого Круга, штурмы прекратились. Ненадолго — всего лишь на несколько дней. Аллок Ллиннот сообразил, что нет смысла спешить. Теперь, когда гарнизон достаточно многочислен, чтобы маневрировать и использовать резерв, непрерывный отчаянный натиск не сулит победы. Воины Аллока устали, раненные нуждались в уходе, требовалось подтянуть обозы и реорганизовать поредевшие отряды. К тому же эльфы, разгоряченные схватками и преследованием, растеряли дисциплину, приобретенную с таким трудом. Все это было, разумеется, очень забавно, но полководец должен относиться к своим обязанностям серьезно!

Словом, атаки не возобновлялись, и братья в Феллиосте отдыхали. Они по-прежнему были осаждены в лишенной стен столице марки, и по-прежнему не могли надеяться на то, что из окружения удастся вырваться собственными силами. Однако припасов было вдоволь, и белые воины приготовились держаться, сколько позволит Светлый. Вель обходил импровизированные укрепления, давал советы, призывал держаться стойко и напоминал: пока держится Феллиост, эльфы прикованы здесь, их армия не тревожит границы Империи — стало быть, люди могут спокойно собирать новое войско. Верил ли парень в собственные обещания? Трудно сказать, он-то понимал, что в Империи никому не известно об осаде… Верили ему солдаты? Они хотели верить и держались так, будто впрямь верят.

Передышку осажденные использовали с толком. По приказу отца Брака солдаты восстановили линию обороны на окраинах Феллиоста, укрепили и подняли баррикады, викарий с Велем распределили отряды по радиальным улицам. Обозная прислуга тем временем была занята сносом зданий на площади. Работенка не из простых — в центре города стояли богатые дома, более прочные, чем в кварталах бедноты на окраине. Пришлось потрудиться… Обломки и строительный мусор свозили к границам города, чтобы укрепить баррикады. За неделю работники расчистили место вокруг собора, который отец Брак велел превратить в цитадель, а баррикады поднялись до высоты второго этажа.

Принц Аллок тем временем наводил порядок в войске. Когда он наконец велел готовиться к штурму, оказалось, что город неплохо укреплен. Эльфы, вдохновленные речами вождя, резво пошли на приступ, но навстречу им устремился такой густой ливень стрел, потом, когда атакующие приблизились — в них полетели камни. Эльфы увидели груды камней на крышах окраинных домов, за ними ветер трепал и мял белые плащи… нелюди остановились, даже не достигнув баррикад, и откатились — так же резво, как атаковали. Азарт, охвативший войско после разгрома Эстервена, уже успел схлынуть, к тому же эльфы не владели искусством осады. Аллок, планируя кампанию, не рассчитывал, что придется штурмовать крепости, он велел снести стены феллиостских городов — и полагал, что эта проблема решена. Собственно говоря, он и планировал-то одну-единственную битву, не более. Сейчас было необходимо выработать стратегию заново. С другой стороны, Ллиннот счел, что имеет право не торопиться, поскольку армии Белого круга теперь не существует, а падение последнего оплота вражеского войска — лишь вопрос времени. Эльфы уже понесли потери, теперь пришло время беречь жизни сынов Первого народа.