Александр Турбин - Метаморфозы: таракан

Шахматы, единственное мое хобби, которое можно было предложить как плату. Однако, важно было еще и подать их правильно.

— Тысячи тысяч лет сражаются силы света и армии тьмы. В этой игре каждая партия — это одна битва. Этот стол — поле битвы, фигуры в коробке — армии, каждый игрок — командующий. С одной стороны выстраиваются порядки сил света, с другой — полчища тьмы. Порядок фигур всегда строго определен и нарушать его нельзя.

Я начал доставать белые фигуры.

— Самая сильная фигура армии света — полководец, мастер битвы. Он может перемещаться в любую сторону по прямой: по вертикали, горизонтали, или диагонали. Хороший мастер битвы должен уметь лучше других перемещаться по полю боя и всегда оказываться в наиболее важной точке, — и я достал фигуру одетого в серебристые доспехи и белый плащ сурового воина Алифи, держащего тяжелый молот-звезду на цепи в одной руке и массивный щит с другой.

— Две следующие по значимости фигуры — рыцари света — элита армии, они могут перемещаться на любое количество клеток по вертикали или горизонтали. Тяжелая конница, сметающая врагов, только мастер битвы способен на большие подвиги на поле, — и я достал фигуры двух белоснежных всадников с копьями, сидящих на закованных в броню боевых единорогах. Тангир утверждал, что любой рыцарь света выходит на поле боя только на своем единороге — высоком, тяжелом коне с острым наростом на лбу. По его словам, их вывели Алифи для битв и долгое время Рорка не могли ничего противопоставить этим страшным созданиям на поле брани.

— Кроме тяжелых фигур на поле битвы находятся и легкие, быстрые отряды. Главные среди них — мастера меча — стремительные, молниеносные, неожиданные. Они легче вооружены, и опасны при атаках с флангов. Они ходят на поле на любое количество клеток, но только по диагонали, — и я достал из коробки две фигуры Алифи, в кольчугах, плащах, с парными мечами в руках.

— Первый мастер меча — Уничтожающий Тьму — ходит только по черным полям, — фигура мечника с перечеркнутым черным кругом на плаще была выставлена на поле.

— Второй мастер меча — Ревнитель Света — уничтожает всех врагов, посмевших встать на белые клетки поля.

— Есть в армии света и люди. Это легкая конница и пешие копейщики. Конница опасна для врага, ее удары неожиданны, но ее нельзя отправлять одну на поле боя. Эта фигура ходит углом, две клетки вперед и одну в сторону, это позволяет ей проникать за ряды построений врага, нанося ущерб и без потерь возвращаться, — две фигурки всадников в кожаных доспехах с кривыми мечами.

— И наконец, копейщики, слабые, но многочисленные. Их больше, чем кого-либо еще на поле битвы. Они выставляются перед более ценными фигурами и первыми принимают бой. В ход, когда они вступают в битву, на волне эйфории они могут шагнуть и на две клетки. Однако потом, растеряв энтузиазм, они ходят лишь на одну клетку, только вперед, а атакуют только по диагонали во фланг. Они слабы, они — разменные фигуры, но если такой копейщик попадает в крепость врага, — я показал на последнюю горизонталь. — Они становятся героями, прошедшими путем Света до конца, способными превратиться в кого угодно, в рыцаря света, мастера меча, всадника или даже в мастера Битвы. К сожалению, только в исключительно редких случаях люди способны на такой подвиг.

Я достал восемь простых незатейливых фигурок с простой резьбой, с нечеткими лицами, с небольшими копьями в руках. Времени тщательно вырезать все фигуры не было. Мы сэкономили его на людях.

— К сожалению, силы тьмы сильны и находят противодействие любой отдельной фигуре сил света. Племенной шаман, осадные башни, сотники. У них есть свои всадники и свои пешие воины, — я достал фигуры черного воинства и расставил их на поле боя.

— Но главными фигурами являются правители. Белый Владыка и Черный Вождь племени, — я достал две самые большие, красивые фигуры и поставил их на расчерченную доску. — Битва продолжается, пока живы правители и заканчивается, когда правитель погиб. Он не может позволить себе бросаться в гущу боя и не может бежать, поэтому он ходит только на одну клетку, но в любую сторону. Его нужно защищать, потому что именно он душа и сердце армии.

Я перевел дыхание и продолжил, заметив, что слушатели скорее рассматривают фигуры, чем вникают в суть сказанного. Скука — главный враг, но дать представление об игре я был должен. И наказание за ошибку — смерть.

— За один ход можно сделать только одно перемещение одной фигурой. Командующие делают ходы по очереди и стремятся уничтожить правителя войска противника. Кому это удастся, тот победил, если не удастся никому, проиграют оба, — легкая корректировка показалось уместной, поскольку это общество непримиримых.

— Игра проста и невероятно сложна. Она требует мысли и понимания боя. Это война стратегов, Высшие.

Толариэль поднялся с кресла, подошел к столу, взял фигуру белого короля, внимательно осмотрел и скептически отметил.

— Шесть видов фигур, одинаковое расположение, предопределенные правила движения… Она не выглядит ни сложной, ни интересной.

— Я сыграю с любым из вас. Первые три партии просто так, чтобы вы освоили правила. А потом проведем схватку за мою жизнь, если вы не против. Кто будет играть, Высший?

Скука царила в тронном зале. Нет, не этого они ждали, совсем не этого.

— Ну же! Вы — самые умные, самые сильные. И вы не покажете мне мое место?

Шепоток легким ветром пробежал по залу, и именная могила на безымянном острове стала еще ближе. Встал Наташа:

— Допустим, я могу попробовать. Это, конечно, посложнее игры в кости, но не думаю, что мне понадобится много времени.

Мастер слова взял белые фигуры, восприняв информацию, что они ходят первыми, как само собой разумеющееся. Уточнил некоторые аспекты правил и пошел копейщиком на правом фланге на одну клетку. Начало ради начала. Прочие Алифи остались сидеть, скучая, переговариваясь и поглядывая на доску. Первая партия закончилась быстро. Воспользовавшись такой осторожностью противника, я занял центр поля, активизировал фигуры и проведя финальную атаку поставил мат королю, с тем лишь исключением, что концепция шаха и мата не вписывалось в систему битвы до последнего конца, когда победа любой ценой, а все, что ни победа — поражение. Поэтому я просто сбил Владыку и закончил игру. Вторая партия отличалась лишь деталями, а в третей Натаниэль резко изменил стиль игры и пошел в атаку. Эта партия тоже продолжалась недолго. Отсутствие опыта и непонимание особенностей игры делали свое черное дело. Или в моем случае — светлое. Я, может, тоже не ахти какой игрок в шахматы, но на первом турнире, где ставкой моя жизнь, никто не мог помешать мне стать чемпионом.