Евгения Фёдорова - Жертвы времени

Дон бросил на немую сцену короткий взгляд и снова ушел, оставив меня в смятении наедине с Мастером. Так чувствуешь себя с человеком, от которого толком не знаешь, чего ожидать.

— Ложись, ложись, — напомнил мне маг.

Внутри все сжалось, противный, холодный ком поселился в животе. Ощущение было таким, словно я потерял часть самообладания пред грядущим наказанием за то, чего не совершал.

— Не надо этого делать, Мастер, — пробормотал я, опуская глаза. — Сегодня я в норме.

Маг тяжело вздохнул, покачал головой. Подождал еще немного и повторил:

— Ложись.

Высшие! — воззвал я. — Это невыносимо! Я так устал бояться, скалиться, ехать куда-то, терпеть боль! Я все время натыкаюсь на камни и не понимаю, как плыть по этой реке.

Остервенело ругнувшись про себя, я перешагнул через костер и лег на расстеленное одеяло.

— Чтобы что-то изменить, нужно действовать, — непонятно к чему, сказал Мастер. — Чтобы выживать, нужно принимать текущие правила или изобретать свои.

Я ощутил прикосновение его горячей ладони.

— И вправду все неплохо. Даже лучше получается. Когда доберемся до места, тебе восстановят позвонок, и тогда боли вовсе не будет, а сейчас потерпи еще разок.

— Нормально, — отозвался я.

Я заставил плечи расслабиться и лишь вздрогнул от огненной иглы, ввинтившейся в мою спину. Через некоторое время вернулся Дон, посмотрел на компаньона, отвернулся и покачал головой.

— Отнеситесь к моим словам серьезно, — вкрадчиво обратился к нам Мастер. — То, что здесь произошло ночью. Не подлежит обсуждению. Ни с кем. Никогда.

— Боишься, что тебя засмеют за то, что какой-то человек смог тебя ранить? — с сарказмом уточнил я, но тут встрял Дон:

— Мастер говорит о ручье, о том, что он создал. И о вашей связи. Тебе и вправду лучше забыть об этом, потому что это слишком опасная вещь.

А я понял, да, и уставился на Мастера потрясенно, думая о том же, о чем и он: этот ручей связал нас. Я сам не знаю о том, как преодолеть пропасть между нами, но если найдется тот, кто знает и если он решить воспользоваться мной… Высшие, что он сделал? Зачем?

— То-то и оно, — проворчал маг. — Лучше мы все забудем этот неприятный инцидент.

День близился к своему завершению. Солнце медленно закатывалось за горы, когда бесконечная череда пиков вдруг расступилась и перед нами, наконец, предстала долина.

Странно было ехать по тропе, с обоих сторон от которой лежали сероватые полосы снега. Странно было ежиться от холодных дуновений гор, когда там, впереди, глаз уже видел далекую зелень приветливой равнины.

Мы спускались вниз и местность менялась. Снега становилось все меньше и он потерял свою девственную белизну, став грязным, кое-где сероватым; воздух становился теплее и нес в себе множество незнакомых, едва уловимых ароматов. Долина была поистине огромна. Со всех сторон ее окружали горы, стоявшие на горизонте едва заметными призрачными силуэтами. В небе, на пределе видимости над далекими, игрушечными горами парила черным прочерком птица. Восточнее того места, где мы переходили, лежало, сверкая стальной гладью, огромное озеро, за ним возвышались густой зеленью леса. Ровная с высоты горной тропы, манящая поваляться в океане листвы поверхность, радовала глаз своей непривычной после горного однообразия яркостью.

А в центре долины стоял город из желтоватого камня, который я уже видел в странном сне, когда дремал на спине лошади.

Желтый город в зеленых полях, врезающийся мощными башнями в низкое облачное небо. Крыши башен блестят разноцветной черепицей — коричневой, красной, зеленой.

С удивлением я понял, что он совершенно такой, каким я его запомнил, вынырнув из сна. Что это? Новый дар, который открылся во мне от прикосновения к магам, или это всего лишь дыхание их собственной силы, тронувшее меня?

Ров, словно тонкая линия, нарисованная ребенком, охватывал толстые стены. Две самые высокие башни, одна из которых смотрела на запад, а вторая следила за восходом, оканчивались на огромной высоте острыми шпилями. С горной тропы были видны и другие строения за стеной, башни с зубцами пониже и дома в несколько этажей из того же камня. Я не сомневался, что это и есть Форт.

За пределами городских стена раскинулись сады, я видел загоны для скота и какие-то приземистые здания с бесцветными серыми крышами. Вокруг Форта кипела жизнь, двигались повозки и вроде бы люди — с такого расстояния и не разберешь.

К городу вело четыре дороги, рассекающие буро-зеленую равнину уродливыми, покрытыми белой пылью шрамами, и, казалось, если бы мы могли спрыгнуть с невыносимо вертлявой тропинки, по которой шли, то до Форта было бы рукой подать. Но горная дорожка петляла, выбирая более безопасный путь, и все увеличивала пройденное нами расстояние.

Мой взгляд скользнул по верхушкам гор и от неожиданности я коротко вскрикнул, напугав лошадь. Струйка холодного пота скользнула между лопаток, и желудок вновь неприятно заныл своей пустотой.

Слева, на пике возвышалась груда заснеженных камней. Но то, что я сначала принял за Валуны, оказалось драконом. Он сидел без движения, и взгляд его был устремлен на нас. Ящер примостился на вершине, свернув свои огромные крылья, и застыл, изогнув голову. Он казался грубо высеченным из скалы изваянием, насмешкой над человеком. Рядом с ним я был даже не букашкой — ничего не значащей амебой. В его позе почудилась мне вековая неподвижность. Сколько он уже сидел там, не знаю, словно огромная белая, как и заботливо устланные снегом камни, птица.

Я ощутил на себе взгляд его холодных глаз, и мне стало под этим взглядом пусто и одиноко. Лошади не проявили к дракону никакого интереса, маги тоже. Только Дон что-то прошептал себе под нос, ветер услужливо скользнул между скалами и взгляд дракона тут же оставил нас.

К вечеру Мастер все также прямо сидел в седле, но я знал, что это показное.

— Дон? — многозначительно, я оглянулся назад. — Мастер…

Маг ночи слегка поотстал от нас, его конь замедлил шаг, стараясь ступать как можно мягче. Благодаря этому Мастер не слышал нашего разговора.

— Останешься со мной? — спросил Дон тихо, тоже оглянувшись. — Я отправлю его с драконом.

Вот как, мне предложили выбор!

— А если откажусь?

— Да.

— Но в городе ему помогут… — я сам себя уговаривал.

— Еще до заката он будет в Форт. Там Мас получит отдых и, без сомнения, врачи города сделают все необходимое. У нас хорошие врачи. А еще он будет далеко от тебя, это пойдет на пользу вам обоим. Но мы доберемся до города после полуночи, и ты знаешь, что будет…