Кристофер Раули - Драконы войны

– Нет-нет, ты все сделал очень хорошо. Они не правильно побежали. Мы слишком медленны. Может быть, виноват я. Скоро мы изголодаемся насмерть.

Релкин воздержался от замечаний. Голодающие драконы через какое-то время становятся опасными.

Они Начинают глядеть на все, даже на дракониров, как на еду. Ситуация была слишком серьезной, чтобы человек мог позволить себе сарказм. Парень глубоко вздохнул и был готов отправиться назад за своими вещами, которые все еще оставались под деревьями.

В это время какая-то тень закрыла солнце. Прямо над их головами послышался громкий звук, подобный удару гигантского бича, и зеленая яростная молния ударила с голубизны небес прямо по одному из взрослых лосей. Животное попыталось бежать, но удар отбросил его на землю, как голубя отбрасывают когти сокола. Громадные когти дракона перерезали лосиную шею и грудь, надвое рассекли сердце.

Релкин почувствовал, как глаза у него вылезают из орбит. Над добычей стояла сама дикая зеленая дракониха Высокие Крылья. Откинув назад голову, она издала охотничий клич, сеющий ужас в окружающих лесах.

Оба боевых дракона были ошеломлены. Затем Базил разразился приветственным трубным гласом, и оба огромных зверя наперегонки бросились к давней знакомой. Базил был в исступлении:

– Увидеть тебя вновь и так быстро, любовь моя, – это чудесное тонизирующее для старого виверна.

Дракониха недолюбливала хорошие манеры. Однажды она уже объясняла это – когда ее спасали из клетки на судне торговца Дука.

– Ты похудел, – таков был ее нежный ответ.

– Это так, – сказал одуревший от счастья Базил.

– Я полагаю, что вы не очень способные охотники.

– Никто из нас не способен охотиться на лосей. Нам нужна дичь покрупнее.

Сотрясая землю тяжелыми шагами, подоспел Пурпурно-Зеленый:

– Кожистоспинный прав. Нам следует отправиться в страну мамонтов и бизонов.

Зеленая дракониха внимательно посмотрела на дикого дракона.

– Итак, люди обработали даже Пурпурно-Зеленого с Кривой горы, – презрительно сказала она.

Глаза Пурпурно-Зеленого сверкнули гневом, и чешуя на его шее опасно поднялась.

– Я не раб! Я снова свободный и дикий. Мы оба такие. Мы покинули человеческий мир. Я хочу отправиться в страну мамонтов.

– Мы оба теперь боевые драконы, – поддержал его Базил. – Ты должна увидеть этого громилу, когда у него в руках меч. Он испугает любого на поле битвы. Правда-правда, с мечом это самое ужасное существо на свете.

– Не важно, какой он там ужасный, ни один из вас не доберется до земли мамонтов. Туда нужно долго лететь. Вы умрете от голода задолго до того, как попадете туда.

– Мы умеем охотиться, – заявил Пурпурно-Зеленый.

– Я следила за тем, как вы охотитесь, – нежно проговорила дракониха.

– Я видела, как вы оба ковыляли, преследуя лося. Единственный лось, которого вы съедите, давно сдохнет к тому времени, как вы его найдете. Вы будете пожирателями падали, изъеденной червями и засиженной мухами.

– Мы думаем о несколько лучшей еде, – возразил Базил.

Внезапно Релкин завопил от ужаса. Маленький дракон с бронзовой чешуей прошумел над головой мальчишки, развернулся и спикировал вниз.

– Бранер! – закричал бедолага. – Это же я, Релкин, драконир! Ты что, меня не помнишь? Бранер спланировал на луг и сложил свои крылья.

– Ты не еда. С тобой можно говорить, но твоя драконовская речь – странная.

– Я мог бы сказать то же самое о твоей. Я говорю с вивернами, и я говорю с ними на их языке.

– Ты говоришь на нем ужасно, но ты не еда.

– Нет, не еда. Драконир.

Хвостолом бросился к Бранеру и неловко заключил маленького крылатого дракона в свои объятья.

– Мой отпрыск, плод моего яйца! Бранер взвизгнул и вывернулся. Базил повернулся к Высоким Крыльям:

– У нас гораздо лучший план. Мы будем жить вместе с тобой и отправимся в страну мамонтов вместе.

– Чепуха. Мы отправляемся на север через несколько дней. В этих местах нет достаточно крупной дичи для меня. Чтобы кормить двух подрастающих малышей и себя, недостаточно одних лосей.

– Есть же и другие животные.

– Да, олени и свиньи – это все, что я видела, если, конечно, не считать медведей. Но медвежатина мне надоела. Я съела чересчур много белых медведей, когда была молодой. Моей матери они очень нравились, и их было легко добывать.

– Но мы же пойдем все вместе.

– Тогда мы пойдем на север со скоростью улитки. Я и мои малыши должны двигаться дальше. И быстро, иначе мы пропустим сроки миграции дичи.

– Но, любовь моя, разве ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой? – спросил Базил, пораженный спокойным безразличием драконихи к отцу ее малышей.

На какое-то время их отвлекло появление малышки Гренер. Чешуя у нее была тоже зеленая, но более светлого оттенка, чем у матери. Девочка принесла в когтях лосенка, опустила добычу на землю и вместе с Бранером набросилась на тушу. Драконята начали ссориться, Бранер пытался отпихнуть сестру. Она шипела и била передними лапами. Он отступил назад и собрался сбить ее с ног.

Мать прыгнула между ними с яростным ревом, и малыши разбежались. Она вновь обратилась к Базилу:

– Ты не понимаешь мир драконов, потому что живешь в мире людей. Я в тебе больше не нуждаюсь. Я не буду спариваться еще пять лет. Я привела малышей, чтобы посмотреть, как ты выполняешь наш брачный контракт; ты делаешь это хорошо, как это и предусмотрено древними богами Драконьего гнезда. Теперь все сделано. Мы должны отправляться на север. Ты должен вернуться в мир людей.

Базил и Пурпурно-Зеленый уставились на нее. Баз тяжело сглотнул слюну. Он чувствовал себя гораздо хуже, чем если бы его ударил по голове тролль.

– Пять лет? – пробормотал он.

– И я не буду спариваться с тобой, – продолжала она. – Не потому, что ты не достоин, ты доказал свою силу. Но я кое-что поняла о власти людей, о том, что они проделывают со всеми этими вещами, которые создают для вас. Ты мог бы убить любого другого дракона, который попытается ухаживать за мной. В моем мире нет никого, кто мог бы устоять против твоего меча.

Релкин кивнул. Она была совершенно права.

– А теперь извини нас, мы голодны и должны поесть.

Зеленая дракониха склонилась над лосем, на котором она стояла, вырвала лопатку и вгрызлась в нее.

– О любовь моя, моя драгоценная, мать моих детей, – начал Базил.

Она подозрительно посмотрела на него:

– Что?

– Мы тоже очень голодны. Пурпурно-Зеленый и я. Если сейчас мы хоть что-нибудь не съедим, мы умрем.

Она перестала жевать.

– Возможно, ты могла бы дать нам часть того, что ты ешь?

Она вновь поглядела на него с мрачным подозрением: