Джон Марко - Праведники Меча

– Все будет хорошо, – прошептал Джиджис за спиной у Шайи. Молодой человек подался ближе. – Они нас не убьют. Хотели бы – убили бы сразу.

– Но почему…

– Молчать! – прошипел Вэрин. – Первый же лисский дьявол, который откроет свою пасть, окажется за бортом, понятно?

Через несколько минут шлюпка подошла к «Бесстрашному». С палубы с торжествующими ухмылками и смехом глазели нарцы. Шайа почувствовала, что краснеет. Когда им спустили трапы, ей захотелось прыгнуть в воду и утопиться. Внезапно ей показалось, что даже это будет лучше, чем подчиниться этим животным. Но вместе со своим командиром и товарищами она поднялась по раскачивающейся лестнице, подгоняемая палашом Вэрина. Вскоре ее втащили на палубу. Ориэль поднялся на борт последним. Несмотря на его звание, нарцы обращались с ним не лучше, чем с остальными. Его швырнули в сторону подчиненных, словно мешок с зерном. Шайа поймала его, не дав упасть. Ориэль быстро выпрямился, поправил окровавленную рубашку и повернулся к победителям. Он являл собой воплощение спокойствия, гордости и уверенности, и эта картина придала Шайе новые силы. Подражая своему командиру, лиссцы выпрямились и встали в шеренгу на огромной палубе дредноута.

И тут из– за фонаря вышел человек -великан с коротко остриженными волосами, в безупречно аккуратном мундире, украшенном множеством лент. Огромными шагами он быстро шел к лиссцам. Рядом с ним шли еще двое: один – капитан, второй – лейтенант. Их ранг был ясно виден по золотым нашивкам на рукавах. Но тот, кто шел между ними, имел еще более высокий чин, и Шайа поняла: это ужас Лисса, адмирал Данар Никабар, командир «Бесстрашного». Она похолодела. Даже Ориэль немного побледнел.

– Я – адмирал Данар Никабар, – подтвердил он ее догадку. Его голос гремел почти так же, как огнеметы его корабля. – Кто здесь командир?

– Я. Мое имя – капитан Ориэль, – просто сказал лиссец. – Я со всем уважением прошу вас переправить нас в ближайший лагерь военнопленных. А еще у меня на борту остались раненые. Если бы вы могли…

Никабар равнодушно отмахнулся от его слов.

– Капитан Ориэль, вы – мой пленный, и я сделаю с вами и вашей командой все, что пожелаю. Если вы будете мне помогать, вы останетесь жить. Если нет – умрете.

– Помогать?

Кивком головы Никабар отдал кому-то приказ, а потом скрестил руки на груди и повернулся, чтобы посмотреть, на продолжающую гореть шхуну. Шайа потрясенно увидела, что там не видно шлюпок, которые якобы должны были прийти за остальными ее товарищами.

– Что происходит? – вопросил Ориэль. Он рискнул шагнуть в сторону Никабара. – Что будет с моей командой? Их должны были снять с корабля.

Никабар не ответил. Это сделал Вэрин. который ударил Ориэля по лицу и толкнул обратно в шеренгу. Шайа ощутила у себя под ногами вибрацию, исходившую с нижней палубы, и с ужасающей ясностью поняла, что проснулись огнеметы дредноута.

– О мой Бог, – прошептала она. – Нет…

Оглушительный грохот разорвал тишину ночи. Темноту расколола ослепительная вспышка. Шайа с криком закрыла уши ладонями. Дредноут изрыгал молнии, освещая волны и поливая огнем беззащитного «Огненного дракона». За всю свою жизнь Шайа не слышала более громких звуков. У нее подкосились ноги, и она упала на палубу, отчаянно пытаясь спрятаться от мучительного шума. Даже Ориэль зажал уши, но продолжал стоять, что-то, отчаянно крича Никабару. Вэрин держал у его горла палаш. Раздался новый оглушительный взрыв. Шайа увидела, как «Огненный дракон» разваливается на куски. Вскоре на поверхности уже догорала одна оболочка – остов, с которого содрано было все мясо. С неба посыпался дождь из досок и кусков тел, опадающий в горящую воду. Шайа почувствовала во рту вкус желчи.

А потом шум стих. Огнеметы дредноута с гудением откатились назад. Адмирал Никабар кивком указал на пылающие обломки «Огненного дракона». Без улыбки он повернулся к Ориэлю и извлек из ушей восковые пробки.

– Видите? Я – человек нетерпеливый, капитан Ориэль. А теперь можете отвечать. Вы будете мне помогать или нет? Ориэль не скрывал потрясения.

– Что вам нужно?

– То, что всегда было нужно, – ответил Никабар. – Лисс.

Шайа и ее товарищи все поняли. В течение многих лет нарцы пытались покорить их родину, найти слабое место в обороне, построенной на извилистых внутренних проливах. И до этой поры им не удавалось это сделать.

– Скажите мне то, что я хочу знать, и я пощажу остальных, – пообещал Никабар. – Если вы мне поможете…

– Мы никогда не станем вам помогать, – отрезал Ориэль.

Адмирал Никабар ухмыльнулся.

– Капитан Бласко, – бросил он через плечо, – давайте двигаться. Но не слишком быстро.

Офицер отправился выполнять приказ – и вскоре дредноут снова пришел в движение. Команда деловито сновала по кораблю. Никабар ждал. Его синие глаза горели нечеловеческим огнем. Когда пылающие останки шхуны оказались позади, адмирал неспешно повернулся к Ориэлю.

– Я человек нетерпеливый, лиссец, и буду говорить прямо. Мне нужны твои знания Сотни Островов, чтобы найти путь к центру. Я намерен убедить тебя, помогать мне и воспользуюсь любыми способами.

Шайа обомлела от ужаса. Она смотрела, как Ориэль непреклонно качает головой.

– Я знаю, что тебе нужно, пес, – ответил он. – Не трать даром слов. Я никогда не скажу тебе того, что ты хочешь знать. И никто из моих людей не скажет.

Вэрин взмахнул палашом у самого носа Ориэля.

– Говори, дьявол. Иначе клянусь, что заставлю тебя помучиться.

– Убери свою шавку, Никабар, – сказал Ориэль. – Его слова бессмысленны, и я их не слышу.

– Вот как? – удивился Никабар. – Тогда, наверное, мне надо прочистить тебе уши. – Он оттолкнул Ориэля и стал осматривать пленных лиссцев, стоявших на палубе. Он обследовал каждого по очереди. Его холодный взгляд оценивал, чего они стоят. Когда он дошел до Шайи, его глаза вспыхнули странным светом. – Женщина, – проговорил он. Подняв руку, он провел пальцами по ее щеке. – Какая милашка.

Шайа сжала зубы, чтобы не отреагировать. Прикосновение Никабара было мертвяще холодным. Она продолжала смотреть прямо перед собой, избегая встретиться с ним взглядом, не мешая ему гладить ее кожу. Он придвинулся ближе, так что его губы оказались у самого ее уха.

– Скажи мне то, что я хочу знать, – прошептал он. – Иначе следующие несколько минут твоей жизни станут невыносимыми.

– Гори в аду, нарец! – прошептала она. Ее голос дрожал, но оставался решительным. – Тебе меня не сломать.

– Ты так думаешь? – Он отодвинулся, чтобы она могла видеть, что происходит. – Смотри.

Она увидела матросов, которые несли длинную цепь с наручниками. Это были кандалы для рабов: в такие нарцы заковывали покоренных жителей Бизенны. Чтобы нести тяжелые цепи с закрепленными на них ошейниками и наручниками, понадобилось пять матросов. При виде цепей по пленным лиссцам прошла дрожь. Вэрин и его люди стояли с палашами наготове, а матросы принялись за дело. Нарский лейтенант приставил палаш к горлу Ориэля.