Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

Вольф расхохотался. Он был выше Конрада, футов шести ростом, с мускулистыми руками. Его волосы побелели вовсе не от старости; он был наверняка не старше барона.

— Еще пива! — крикнул он хозяину, который жался в уголке. — Мне и моему другу.

Хозяин продержал его всю ночь в погребе, поэтому сейчас, услышав слово «друг», Конрад вспомнил, как тот спрашивал Карла и Хайнца, кто их новый друг. На этот раз это слово прозвучало совершенно по-другому. Тем двоим Конрад не верил, а этот человек делом доказал, что ему можно доверять. Но друг?

— Вы недавно говорили, — сказал Конрад, — что тот, у кого есть клинок, имеет право защищать свою жизнь и честь в поединке. Это правда?

— Не совсем. У богачей свои законы. Так было и так будет. — Вольф пожал плечами. — Дай-ка посмотреть твой нож.

Конрад протянул ему клинок, и Вольф стал его разглядывать.

— Такой кинжал называется крис или малайский, — сказал он. — Его сделали за много тысяч миль отсюда, гораздо дальше, чем Катай. — Он вернул нож Конраду. — Только я не думаю, что ты привез его оттуда. — Он хлебнул из кружки. — Как тебя зовут, парень?

— Конрад.

— И все? Просто Конрад?

Тот кивнул.

Вольф также кивнул:

— Понятно. Ты похож на самого последнего бедняка, так что у тебя и вправду может быть только имя. На, пей.

Он протянул Конраду кружку, и тот принялся жадно пить.

— Выпивка может быть опасной штукой, Конрад. Смотри, что она сделала со мной. — Он показал на свое лицо. — Однажды я напился и решил, что уж если мое имя означает «волк», то и выглядеть я должен по-волчьи. И велел покрыть себе лицо татуировкой и подпилить зубы. Тогда я находил эту идею превосходной. Так пусть же это послужит тебе предостережением, парень!

Конрад кивнул; однако он не собирался делать с собой ничего подобного. Вольф, может быть, и сожалел о содеянном, но, честно говоря, на его лице подобная татуировка была к месту. Сделай такую кто-то другой, и он превратился бы в посмешище, но у Вольфа черные линии только подчеркивали мужественные черты лица, а острые зубы показывали, каков его характер.

— Дай посмотреть колчан.

Конрад протянул колчан, и Вольф принялся рассматривать знак на черной коже — две перекрещенные стрелы и кулак в железной перчатке.

— Где ты его взял?

— Мне его дали.

— Кто?

— Элисса Кастринг. Она дочка… была дочкой владельца нашей деревни. Это его колчан.

— Была дочкой? Почему была?

Конрад замялся.

— Она умерла, — быстро сказал он. Вольф молчал, выжидающе глядя на него.

— Вы знаете, чей это герб? — спросил Конрад, чтобы переменить тему.

— Нет. Где находится ваша деревня?

— Недалеко отсюда.

— Как она называется?

— Деревня.

Вольф закатил глаза. Они были ярко-голубые.

— У нее должно быть название. Люди, которые живут в этом городе, называют его «город», но у него есть название — Ферланген. А как называется твоя деревня?

— Ферланген? — переспросил Конрад. — Это Ферланген?

— Да.

— А как звали того человека, которого вы убили, барона? Вы называли его Отто.

— Отто Крейшмер, барон Ферланген. Ты о нем слышал?

— Он должен был жениться на Элиссе.

Вольф отхлебнул пива.

— И она дала тебе этот колчан? Да уж, как говорится, мир тесен. — Он вытер рот ладонью. — Но я повидал достаточно и могу тебе сказать, что все это вранье.

Конрад думал о мерзком бароне Крейшмере и о том, как Элисса вышла бы за него замуж, будь она жива. Жуткая перспектива для девушки, но все же лучше быть чьей-то женой, чем покойницей.

— А за что вы хотели его убить? — спросил он Вольфа.

— За то, что несколько лет назад он меня обманул. Украл у меня деньги, а потом хотел расправиться со мной, но передумал и решил проявить ко мне милость. Милость — удел трусов, Конрад, запомни это.

— И вы приехали сюда, чтобы отомстить?

— Нет. Лошадь потеряла подкову, а ближайший кузнец был здесь. Кто-нибудь скажет, что я нашел Крейшмера из чистого везения, но я так не считаю. И уж конечно, он так не считал бы. Я ему сказал, что пришел для того, чтобы убить его, но это не так. Мы встретились, я увидел возможность с ним расквитаться и эту возможность использовал. Вот и все.

— А как вас барон обманул? — недоверчиво спросил Конрад, не зная, верить Вольфу или нет.

— Тебя прямо распирает от вопросов, парень. Я всегда говорю, что лучшая политика — это ничего не говорить и все слышать.

— А что я услышу, если не буду спрашивать?

Вольф улыбнулся:

— Несколько лет назад я помог Отто в одном споре, касающемся земель между этим городом и соседним. Тогда благодаря моему вмешательству дело было улажено в его пользу, но, когда все закончилось, он отказался выплатить мне ту сумму, на которую мы с ним договаривались.

— Так вы наемник!

— Я предпочитаю называть себя солдатом удачи. — Вольф окинул Конрада взглядом. — Конрад, у меня есть предложение. Я тебя спас. За это ты должен отдать мне пять лет своей жизни.

— Как это?

— Мне нужен оруженосец. Ты мне подходишь.

Конрад опешил и не мог вымолвить ни слова. Наконец он спросил:

— А если я скажу «нет»?

— Тебе решать, парень. Ты пойдешь в один город, потом в другой, но кто поручится, что ты опять не вляпаешься в историю и не закончишь тем, что будешь болтаться в петле?

Конрад пожал плечами и, чтобы не отвечать, взялся за пиво.

— Ну, так как? Пять лет твоей жизни, пять лет приключений в самых дальних уголках мира, пять лет риска и опасностей.

— А мне будут платить?

— Платить? Платят торговцам, лавочникам и крестьянам. Ты будешь получать свою долю. Мы с тобой будем добывать богатства, награды и выкупы, и все это будет наше общее. Послушай, у меня бывали такие деньги, какие тебе и не снились! И еще будут.

Конраду никогда и ни за что не платили, а потому он решил, что даже если ничего и не заработает у Вольфа, разница будет невелика.

— А что случилось с вашим прежним оруженосцем? — спросил он.

— Повздорил с кем-то в темном переулке — и проиграл. Погиб из-за собственной глупости. Мне кажется, Конрад, ты не дурак, так что решай. Но учти: если скажешь «да», обратного хода уже не будет. Ты отдашь мне пять лет своей жизни, начиная с этого дня. Ты будешь принадлежать мне безраздельно, как мой конь, как мой меч. Но, клянусь, я хороший хозяин. Так что ты решил?

Что он мог ответить? Конечно, «да».

— Хорошо. — Вольф забрал у Конрада кружку. — Теперь все, никакого пива. Из нас двоих буду пить только я. Мое имя — Вольфганг фон Нойвальд, но ты будешь называть меня «сэр». А теперь заплати за пиво и отведи моего Миднайта к кузнецу.