Наталья Смирнова - Вторая в Семье

— Это каким же? — Надменно процедила экономка.

"А таким, подумала девушка, будто хотите ведро грязи на меня опрокинуть. Неужели вы меня совсем не помните? Как вплетали в косы голубые ленты?… А как украдкой приносили мне и Крэшлвейнсу сладости, когда взрослые лишали нас десерта за плохое поведение?"

Но вслух не стала произносить этих слов. В глазах экономки она не заметила ни капли понимания. Но всё же добавила с надеждой:

— Шани, поймите, мне срочно нужно увидеться с магом или эльфийкой, — Рэн попыталась выразить лицом жалостливое выражение. — Это очень важно.

Слегка морщинистое лицо экономки приобрело сероватый оттенок, когда она ответила:

— Во-первых, милочка, для тебя я госпожа Вишания. Во-вторых, господин маг сейчас отдыхает, и велено его не беспокоить…

— Но, послушайте, это насчет тиары…

— … даже если солнце сойдет с неба и начнётся Конец Света. А в-третьих, если ты сейчас же не уберёшься с глаз моих прочь, я позову стражу, — закончила сурово экономка.

Дальше спорить было бессмысленно. Того и гляди, она могла и вправду кликнуть охранников, тогда Рэн светило бы как минимум трое суток в городской тюрьме. После этого ей вряд ли выпала бы возможность ещё раз свидеться с магом, да и графине Полар мало приятного узнать, что её новая служанка в первые же дни работы загремела в каталажку.

Развернувшись, Рэн двинулась вдоль дороги. Вишания ещё долго провожала взглядом странную девушку. На мгновение она ей даже показалась чем-то знакомой: её походка, тембр речи, глаза… Но как только фигура девушки скралась за очередным поворотом, Шани выбросила мысли о незнакомке из головы. Мало ли, сколько беспризорниц бродит по городу. Наверняка эта — одна из них и приходит сюда не впервой, вот и запомнилась стареющей экономке.

… Образ девочки в пыльной и местами порванной одежде не всплывет у Вишании в голове, даже когда три часа спустя она будет обсуждать судьбу Дайяниррэн Валт на кухне с остальной прислугой.

Рэн пыталась привести в порядок свою новую униформу, которую по внешнему виду уже сложно было отличить от половой тряпки. Хотя нет, та почище, пожалуй, будет. С одеждой у девушки была просто грандиозная катастрофа. Где бы она ни была и чем бы ни занималась, к концу дня совсем новенькое платьице или штаны, из какого бы прочного материала они не были сшиты, уже имели кучу пятен, дырочек и затяжек. Если в детстве за ней следила гувернантка, а в шкафу имелась куча всевозможных одёжек, то, поселившись в лесу, Рэн со временем получила уйму новых непередаваемых ощущений, когда пыталась залатать свою одежду, поскольку не имела возможности часто обновлять гардероб.

Зато сейчас, имея опыт ни много, ни мало, а целых три года, девушка методично зашивала болотного цвета платье. Заодно пыталась угадать, где и какое пятно посадила, и каким образом его теперь отстирывать. Если пятна от травы — характерного зелёного цвета — можно было свести при помощи соли в тёплой воде, то вот, например, эти фиолетовые крапинки, — она не могла даже представить, откуда они могли появиться и чем именно являлись прежде… Только не крапинками…

Послышался скрип, в приоткрытую дверцу высунулась любопытная мордашка молоденькой служанки, чьё имя Рэн даже не потрудилась запомнить.

— Тебя того, — улыбнулась она. — Ну, это… ээм… хозяйка кличет.

И более не в состоянии связать пары слов, выскочила за дверь.

— И тебе доброго дня, — буркнула Рэн в спешке, обращаясь к захлопнутой двери. — А куда звала, зачем звала… Угадай с трёх раз, да?…

Графиня Полар нашлась в мансарде с видом, выходящим на море с бушующими раскатами волн. Елиана расположилась в своём любимом плетёном кресле и, с задумчивым взглядом скрестив руки, смотрела куда-то в недосягаемую для обычного человека даль. Что она вспоминала? А может, кого?…

Чтобы вырвать женщину из её неизвестных воспоминаний, Рэн пришлось несколько раз повторить её имя.

— А, милая, это ты, — замутнённый взгляд графини вернулся к более осмысленным вещам, в данном случае к ожидающей её гостье. — Присаживайся, — указала она ей на соседнее кресло.

— Спасибо, госпожа. — Кивнула Рэн, последовав её приглашению.

— Тебе известно, что завтра у одного из отпрысков благородной семьи Молтинайт будет день совершеннолетия? Устроят грандиозный праздник. Приедут какие-нибудь маги, волшебники, чародеи. — Последние три слова были произнесены тоном, дающим понять, что именно она обо всех о них думает. — Высокопоставленные гости, родители в поисках хорошей партии для своего великовозрастного чада. И в число приглашённых включены и мои старые кости, — кривая улыбка исказила её губы. — Знаешь, в молодости эти приемы кажутся чем-то грандиозным, интересным и волшебным. Споры: кто, в чём пойдет, кто кого пригласит на танец и сколько раз. А какое количество сплетен можно было услышать о себе и о других, да и самому пустить парочку слухов. А танцы? Помнится, я могла несколько часов без передышки крутиться в вальсе. А что сейчас? Ну, чего я там ещё не видела?

Слова вырвались сами собой:

— Говорят, там будет эльфийка.

— Девочка моя, — как-то грустно улыбнулась графиня. — Да я за свою жизнь столько их навидалась, что могу о них несколько пособий написать, что, собственно, и сделал мой покойный супруг. Я же с ним раньше в какие только экспедиции не ездила. Любовь, будь она неладна. Перебывала в каждом уголке света, и чего только не видела. Ты, покамест в библиотеку ходила, обратила внимание, сколько фолиантов настрочил мой благоверный? Всё, всё оттуда.

Рэн решила, что настал благоприятный момент задать вопросы, которые её мучили на протяжение последних трех лет.

— Госпожа Елиана, я случайно увидела одну из его работ, кажется, она была не до конца закончена, а почему?…

Графиня Полар удивленно вздернула бровь:

— Это же… какая это работа?

"Только бы не вспугнуть, — подумала девушка. — Другого шанса может и не представиться".

— Про теневого волка.

Поймав насторожённый взгляд, Рэн тут же дала пояснение своему вопросу, придав лицу обеспокоенный вид:

— Видите ли, госпожа, ребёнком меня вечно пугали этим ночным существом. Разные слухи ходили о нём. И что он в сумерках из открытых окон детей выкрадывает, и что в Закатный Город для тёмных обрядов их уносит. А потом в оборотней эээ… богомерзких таких те и превращаются.

А уж какие ужасы ей перед сном рассказывала Альвия!… У той фантазия богаче была. Всю ночь после её рассказов уснуть не могла, каждого звука страшилась, да отца просила ежеминутно проверить, а плотно ли окно закрыто.