Антон Белозеров - Тотальное вторжение

Вскоре вернулся Максим. Кивком головы и несколькими быстрыми жестами он сообщил Яне, что и с ним происходило то же самое. Космонавты сидели в креслах, эльфы прохаживались перед ними по комнате взад-вперед.

– Мы кого-то ждем? – Догадался Максим.

– Да. – Ответил Олфорван. – Принц Кинтэлл просил вас оказать ему любезность и выслушать его предложения.

– Я так понимаю, что ваше тестирование мы прошли? – Не сдержал нетерпения Олаф.

– Да, конечно. – Мило улыбнулась Дилафисса.

– И ваш волшебный шар ничего не показал?

– Это не волшебный шар. – Еще более обезоруживающе-искренне произнесла девушка-эльф. – Это мяч, которым мой сын когда-то давно играл в «ударь ногой».

Космонавты не успели удивиться или возмутиться, как в комнату быстрым шагом ворвался эльф в белоснежной развевающейся одежде, украшенной по краям узором из золотых и бирюзовых листьев.

– Принц Кинтэлл. – На ходу бросил он. – Можно просто Китнэлл. Извините, что я немного опоздал. У нас только что происходило совещание, на котором как раз обсуждался ваш вопрос. Я не буду тратить слишком много времени на то, чтобы объяснить, как велико мое влияние на вашу дальнейшую судьбу. Гораздо больше меня интересует возможность нашего взаимовыгодного сотрудничества.

Люди с любопытством посмотрели на этого аристократа-контрразведчика с манерами политика-демократа. Надо признать, он умел и заинтересовать, и вызвать доверие. Военно-космических разведчиков учили, что такой тип людей крайне умен и поэтому потенциально опасен. Оставалось только проверить, относится ли подобное утверждение и к эльфам.

Принц вопросительно посмотрел на Олфорвана. Олфорван посмотрел на Долифандру.

Долифандра заговорила:

– Все примерно соответствует вашим предположениям, любезный Кэлорин, и свидетельствам Феи Шипов Тризелны. Это, действительно, люди. Они, действительно, совершенно случайно оказались на нашей Бусине.

– Гениальная находка! – Воскликнула Яна, которую начинал слегка раздражать этот спектакль. А в том, что все происходящее тщательно разыграно, она сомневалась все меньше и меньше. Причем, похоже, людям здесь отводились далеко не самые лучшие роли.

– Это еще не все. – Повернулась к Яне Дилафисса. Видимо, пытаться вывести женщину-эльфа из равновесия было совершенно бесполезно. – Мы проанализировали ваши действия, слова и потенциальные возможности. Итак: вы прибыли из довольно удаленного от центральных областей мира; вы хорошо подготовлены физически, хладнокровно вступаете в бой и умело сражаетесь. Следовательно, на своей планете вы принадлежите к военной элите. В развивающихся мирах это автоматически относит вас и к властным структурам. Вас трое, причем ярко выраженного лидера среди вас нет. Значит, у вас в настоящее время доминирует демократической управление. Самое интересное – вы совершенно невосприимчивы к магическому воздействию. Сначала мы предполагали, что на вас наложены мощные защитные чары. Но, когда вам в руки дали детский мяч и сказали, что это волшебный шар, вы не обнаружили обмана. Любой хоть чуть-чуть разбирающийся в волшебстве человек понял бы это. Вы же во время тестирования все свое внимание уделяли этому мячу, тем самым отчасти теряя контроль над мышцами лица. Тогда мы поняли, что в вашем мире, действительно, абсолютно отсутствуют любые проявления магической силы. Это довольно странный феномен для Вселенной. Возможно, именно поэтому вы и не подчиняетесь всеобщим законам волшебства. В то же время, физически вы адаптируетесь к нашему миру, что означает вашу гибкость и приспособляемость, свойственную всей расе людей. Кроме того, тестирование показало, что вы умны, расчетливы, сообразительны, быстро меняете свое поведение в зависимости от ситуации, стараетесь контролировать происходящее или, еще лучше, устанавливать свои правила игры. Однако, аналитическое и абстрактное мышление у вас уступает моторным функциям и реакциям. Суммируя все сказанное, я думаю что вы принимали участие в эксперименте по переходу из Измерение в Измерение. Но вы не ученые, а испытатели или наблюдатели от военной элиты. Эксперимент отчасти вышел из-под контроля, и вас забросило в наш мир. Вы пытаетесь найти способ вернуться обратно, попутно собирая сведения о мире, про который до сих пор ничего не знали. С вашей точки зрения эти сведения и их доставка на вашу планету имеют такую большую ценность, что ради них вы готовы на самое тесное сотрудничество с нами. Если хотите, вы можете не отвечать, насколько верны мои заключения.

– Почти все, что Вы сказали, правильно. – Сказал Фрадов. – Конечно, мы и сами могли бы все это вам рассказать. Но, надеюсь, вы будете больше доверять нам, раз сами до всего этого дошли.

Принц Кинтэлл, внимательно выслушавший свою сотрудницу, взял слово:

– Теперь, когда мы знаем, что вы говорили правду, а вы поняли, что без нашей помощи никогда не вернетесь обратно, давайте перейдем к деловой части.

Яна вежливым взмахом руки попросила дать ей высказаться.

– Позвольте и нам проявить свои способности. – Произнесла она, отчасти подражая, отчасти пародируя строго-научный тон доклада Дилафиссы. – Мы, кажется, уже поняли, что вы хотите предложить нам сотрудничество в военной сфере. Устойчивость к магии, наши боевые возможности бесполезны в массовых сражениях. Тем более, в воздушных, тактика которых нам неизвестна. Следовательно, речь может идти о так называемых «спецоперациях», точечных ударах по высшему командованию врага. Уничтожение магов, военачальников и тому подобное. Мы согласны и готовы приступить к работе, как только вы предоставите нам убедительные доказательства возможности нашего возвращения на родную планету. Если я права, можете сразу переходить к конкретным предложениям.

Кэлорин Олфорван едва не расхохотался:

– Здорово она тебя поддразнила, прелестная Дилафисса. Все в точку. Я же говорил, что с этими людьми удивительно приятно иметь дело. Прошу Вас, принц Кинтэлл.

Принц хлопнул в ладоши, и в комнате прямо позади каждого эльфа возникли точно такие же кресла, как и те, на которых сидели люди. Космонавты изумились, но постарались сохранить внешнее равнодушие.

– Магия! – Веско произнес Кинтэлл, усаживаясь. – Вы сейчас сидите на обычных креслах. Я сижу на кресле, сотворенном моим волшебством. Внешне они одинаковы. По крайней мере, для меня. Но присмотритесь повнимательнее. Вы видите какую-нибудь разницу?

– По-моему, Ваше кресло какое-то… прозрачное. – Нашел подходящее слово Олаф.

Действительно, если вначале люди не видели особой разницы, то теперь стала заметна некоторая ненатуральность сотворенной принцем мебели.