Питер Страуб - Парящий дракон. Том 1

И напоследок худшее: произошло еще одно убийство. Это случилось вчера, в пятницу, тридцатого. Как и раньше, женщина была убита у себя в доме. Ронни знала все детали – они были ужасающими. Явно это был не грабеж – тело лежало на кухне и было чуть ли не выпотрошено. Ее звали Эстер Гудолл, ей было за сорок, и она активно занималась церковной благотворительностью. На этот раз это явно не было сексуальное убийство – дети находились в школе, а муж уехал из города. Ронни говорит, что Гудоллы живут на отшибе, около Саутел-бич и Загородного клуба.

Кто бы это ни был, надеюсь, его быстро поймают.

9

С Маунт-авеню Альби свернули на Бич-трэйл, потом миновали Кэннон-роад, гордо и взыскательно оглядели свой новый дом, повернули на Чарльстон-роад и нашли дом номер три именно там, где сказала Ронни, – длинный, двухэтажный, с коричневой кровлей и коротко подстриженным газоном за чугунной крашеной изгородью. Голубой "датсун" с номерными знаками "РОННИ" был уже припаркован рядом с домом, и Ричард пристроился рядом. Магнолия позади площадки роняла на асфальт и на траву свои розовые лепестки, и Ричард с Лаурой, выйдя из машины, ступали прямо по ним.

– Ронни хоть что-нибудь рассказала тебе о Макалистерах?

– Их зовут Макклауды, – сказала Лаура. – Пэтси и Лес Макклауды. Ронни продала им дом и говорит, что они забавные. Не знаю, что она имеет в виду. Кажется, Лес Макклауд исполнительный директор какой-то фирмы, так что они часто переезжают с места на место.

– Настоящие люди округа Патчин, – сказал Ричард и позвонил в звонок.

Дверь им открыл гигант по крайней мере шести футов шести дюймов ростом, в коричневом вельветовом пиджаке и зеленом свитере, натянутом на мощной груди. У него была белозубая улыбка, пышные усы, мелко вьющиеся волосы, и он не выглядел старше двадцати пяти.

– Эй, привет, – сказал он. – Заходите!

– Мистер Макклауд?

Гигант расхохотался и схватил за руку Ричарда:

– О Господи, нет. Я всего лишь Бобо Фарнсворт, местный полицейский. Пошли в кухню, а Пэтси и моя приятельница сейчас в игровой комнате.

Он потащил их в маленькую прихожую. Теперь они толпились на трех квадратных футах – фактически это была нижняя площадка лестницы, ведущей наверх, в главную часть дома, и вниз – в общую комнату, которая примыкала к гаражу.

– Должно быть, вы Ричард, тот знаменитый артист. А вы, наверное, Лаура. – Он наклонился над ней. Ричард убедился, что Бобо отличная пара для Ронни Ригли.

– Если вы здешний полицейский, я уже чувствую себя в безопасности, – сказал Ричард.

Бобо опять расхохотался, подталкивая их к лестнице.

– В детстве я ел много каши.

Ричард поднимался по лестнице впереди всех. Как только он вошел в гостиную (длинная составная кушетка, обитая тканью с сине-алыми зигзагами, сияющий черный кофейный столик на темно-синем ковре, плакат Штейнберга в рамке), он услышал громогласный оклик:

– Это Дик Альби? Я сейчас выйду!

Человек сантиметров на шесть ниже Бобо Фарнсворта вбежал в комнату, протянув пухлую руку. У него были коротко подстриженные волосы песочного цвета и мясистое лицо из тех, что всегда кажутся загорелыми.

– Пэтси! – завопил он. – Дик Альби пришел.

Холодная влажная ладонь сомкнулась вокруг руки Ричарда, и Лес Макклауд приблизил лицо, оказавшееся в трех сантиметрах от Альби. Одновременно он продолжал трясти руку Ричарда. От него исходила волна запаха спиртного.

– Обожал ваше шоу, просто-таки обожал его – чертовски отличная серия, знаете ли? Пэтси! – Это уже через плечо. – Уважаю таких, как вы, знаете ли. Я – Лес Макклауд, прошу, прошу. Вы уже освоились тут? Хорошо. А это ваша фрау? Очень приятно. Лаура? Отлично! Пэтси будет через секунду, и вы сможете поболтать между вами, девочками. Эй, Дик, что это ты так разоделся?

Сам Лес был одет в розовый свитер без ворота и штаны из синтетической ткани и напоминал бутылку "Дартмура"

Урожая пятьдесят девятого года.

– Снимай этот галстук, Дик. Или тебя зовут Дики?

– Ричард.

– Как угодно. – Лес наконец выпустил его руку. – Сейчас, только положу лед в бокалы. Вы что любите? А вы, Лаура? У меня лучший мартини во всем Коннектикуте.

– Мне ничего, – это Лаура.

– Просто пива, – это Ричард.

– Ничего с оливками и лимоном? А вы тоже играете в театре, Лаура?

– Нет. Я…

– Целых двое непьющих сегодня. И что же нам делать? – Он по-прежнему глядел прямо в лицо Ричарду с таким агрессивным дружелюбием, что оно выглядело почти угрожающим.

– Да ничего, – сказал Ричард.

– Какое облегчение, – сказала Пэтси Макклауд, и оба Альби повернулись к ней. Рядом с роскошной, пышущей здоровьем Ронни Ригли она выглядела хрупкой и утонченной. У нее были огромные карие глаза и прямые неухоженные волосы. Лицо у нее было хорошо очерчено, а когда она улыбалась, открывая белые, слегка неровные зубы, на щеках проступали чуть заметные ямочки. – Значит, вы не пьете? Может, вы еще и трусцой не бегаете? Я – Пэтси Макклауд. Добро пожаловать, Ричард и Лаура. – Рукопожатие ее было мимолетным и грациозным.

– Я трусцой не бегаю, а Лауре нельзя.

– Всем можно, – настаивал Лес.

– Но не беременным женщинам, – сказала Пэтси. – По крайней мере, я так думаю. У вас есть еще дети?

При этой интуитивной догадке Пэтси Лаура расслабилась.

– Нет. Это наш первенец.

Лес вперевалку направился в кухню, а Пэтси поцеловала обоих Альби.

– Я так рада, что вы переехали сюда.

– Спасибо.

– Ага.

– Вы с вашим мужем давно здесь? – спросил Ричард.

– Два года. До этого мы год жили в Лос-Анджелесе, а еще раньше – в Англии. Лес имел там успех. – Последнее прозвучало несколько двусмысленно, словно Пэтси слегка отстранялась от путешествий мужа и от его успехов.

– Мы были в Белгрейвиа, – продолжала Пэтси. – Лесу там ужасно не нравилось. Он не мог дождаться, когда мы вернемся сюда. Англия была ему не по вкусу. А я не в состоянии была препираться с ним.

Она стиснула тонкими пальцами ножку бокала, который дрожал у нее в руке.

– У меня как раз случился выкидыш.

Даже Бобо, казалось, на миг оторопел. Лес вернулся с пивом для Ричарда и заметил:

– Что за мертвое молчание? Должно быть, Пэтси что-то сказала? Моя жена может испортить веселье как никто. Сказала этим славным ребяткам что-то паршивое, а, малышка? – На скулах у него выступили красные пятна, и Ричард увидел, что парень уже пьян. Этот вечер будет настоящей пыткой. – Ну ладно, золотко. Так что?

Пэтси отстраненно, рассеянно кивнула.

Лес Макклауд вновь уставился на Ричарда – школьный хулиган-переросток.

– Эй, Дик, сделай нам одолжение! Скажи то, что обычно говорил. Скажи: "Эй, ма, я хочу всю тарелку пирожных".