Алена Даркина - Полнолуние: закон стаи

— Добрый день, сударыня, — он галантно поклонился, снимая шляпу — опять эта ужасная шляпа! — Вы ослепительны!

— Добрый день, — она несмело ответила на приветствие. Казалось, он тут же угадает, что у нее на душе, и от этого заранее становилось стыдно. — Спасибо за комплимент, сударь, но вы слишком снисходительны ко мне, — она присела в легком реверансе.

— Ты куда-то сбиралась? Пойдешь на площадь?

— Нет… Я не люблю толчеи, — объяснила, проклиная себя за то, что тон получился сухой и безжизненный. — Хотела погулять в лесу.

— Так любишь лес? — осведомился Ялмари.

Илкер поблагодарила его в душе за то, что он не обращается внимания на то, как она скована и холодна. Не уходит, продолжает с ней беседовать. Ведь она так ждала, чтобы он пришел.

— Лес живой, — отозвалась Илкер. Почему-то казалось, что он непременно поймет, что она хочет сказать. И он понял.

— А парк мертвый, да? — пояснил Ялмари ее мысль — и взгляд стал такой теплый, даже горячий, что щеки девушки невольно зарделись. — А хочешь, я покажу тебе живой парк? — спросил он. — Таких мест немного, но все-таки они есть. Пойдешь?

— А ты разве не по делу во дворце? — робко поинтересовалась она.

— Сегодня праздник, — объяснил он. — У меня выходной. Я пришел потому, что мечтал тебя увидеть. Это ничего?

— Ничего, — она, наконец, нашла в себе силы улыбнуться. — Хорошо, я готова посмотреть живой парк.

— Замечательно, — Ялмари протянул руку, она вложила тонкие, холодные от волнения пальцы, и они вместе спустились по ступеням. — Учти, путь неблизкий.

— До леса наверняка дальше.

Он отпустил ее — держать дальше руку не позволяли приличия. Илкер ужасно негодовала на того, кто сочинил эти правила. Хотя с другой стороны этот мудрец все же знал, что делал…

— Как книга? — поинтересовался Ялмари, пока они шли мимо стриженых лужаек и великолепных фонтанов. — Не обманула твои ожидания?

— Н-нет… — неуверенно откликнулась Илкер. — Все именно так, как рассказывал отец.

— То есть оборотни — это такие душки, напоминающие домашних собачек?

— Вовсе нет, — тут же возмутилась Илкер. — Оборотни — могут превращаться в настоящих волков. Если ты стал их врагом — пощады не жди. Дело в том, что и владея серебряным оружием нелегко справиться с оборотнем. Но вот без причины они не нападают. Люди часто приписывают им разные зверства, но на самом деле, они живут, как и люди: женятся, рожают детей. Убивают, когда приходится защищать свою жизнь или жизнь близких. Написано, что они не мстят никогда, но я не знаю, насколько можно верить этому мнению. Все же писал не оборотень. Что ты думаешь об этом?

Ялмари загадочно поднял брови.

— Я могу согласиться или не согласиться с тем, что написано в книге. Знаешь, однажды я пришел к выводу, что вся наша жизнь — это жизнь выбора и веры. Мы почти ничего не знаем сами — кто-то сказал, кто-то написал, а мы выбираем верить или нет. Выбираем, чьему мнению можно доверять, а чьему нельзя. Согласна?

— Интересная мысль, — Илкер помолчала. — Пожалуй, очень верная мысль. Итак, что выбрал ты относительно оборотней? — на лице мелькнула лукавая улыбка.

— Пожалуй, то же, что и ты. С одной маааленькой поправкой. Злые оборотни все же встречаются.

— Это естественно, — охотно согласилась Илкер. — Среди людей тоже далеко не все милые.

— Я не об этом. Сказки о кровожадных тварях не лишены почвы. В "Священной истории Энгарна" написано о так называемых оборотнях по крови. О тех, кто рожден оборотнем от родителей оборотней. Но есть еще и проклятые. Темные маги могут наложить на любого человека заклятие луны. Тогда в полнолуние он будет обращаться в хищника, не могущего утолить голод, сколько бы он ни ел. Представляешь, что может натворить проклятый, всего за одну ночь? И учти — он полностью теряет разум, может убить дорогих ему людей, а когда луна зайдет, он снова станет человеком и забудет о том, что совершил ночью.

— Как страшно! — Илкер передернула плечами. — И как отличить такого человека?

— Никак. Говорят, раньше священники могли сразу определить, если на человека наложено заклятие. Может, и остались такие, но, наверно, их единицы. Так что перед проклятыми мы беззащитны.

— Это ужасно… А вот еще, скажи… Может, ты знаешь… Никак не могу понять — куда девается одежда, когда оборотень превращается в волка.

— Я не совсем эксперт… — Ялмари смутился. — Но кое-что слышал и об этом. Как бы тебе объяснить… — он посмотрел вперед. Они вошли в тенистую аллею с вековыми дубами. Впереди блеснула вода. — Иди за мной, — он опять взял ее за руку. Сердце Илкер забилось часто-часто, она очень надеялась, что лесник не заметит, как она разволновалась от этого простого прикосновения. Он невозмутимо подошел к небольшому пруду, зачерпнул горсть воды. — Видишь воду? — обратился он к Илкер, не выпуская руки. Потом вылил ее на траву. — Где она теперь? — с хитрым видом спросил он.

— В земле? — предположила Илкер.

— Нет, — заверил он. — Смотри, — потянул за руку, заставляя нагнуться, чтобы рассмотреть тонкие зеленые листья и стебли. — Поняла?

Там, где он брызнул водой, трава стала мокрой.

— Вода на траве? — уточнила Илкер свой вывод. — Ты хочешь сказать…

— Представь, что кожа оборотня, — он легко прикоснулся к ее запястью, — становится шкурой волка. В нашем примере — это трава. Тогда одежда, — такое же легкое прикосновение к рукаву платья, — станет чем-то вроде воды на этой траве.

Еще ни разу не стоял он так близко. Несколько мгновений они смотрели глаза в глаза. Она слышала, как бьется сердце. О Эль-Элион, только бы он не почувствовал, что происходит. Илкер быстро отвернулась, сбрасывая наваждение. Кажется, это поступила не очень разумно, когда решила погулять с ним в лесу.

— Что с тобой? — вполголоса проговорил он. — Что-то не так?

— Нет-нет, — губы сложились в вымученную улыбку. — Все хорошо, — она тряхнула головой. — Одежда превращается в как бы воду на шкуре. Любая одежда? А если на оборотне рыцарский доспех?

— Пойдем дальше, — показал он рукой направление. — Мы почти пришли.

В этом месте парк действительно напоминал живой лес. Разве что живности не водилось, да тропинки уж слишком хорошо вычистили. Между дубами мелькнуло что-то белое. Вскоре перед Илкер предстала мраморная беседка.

— Какая красота! — воскликнула она и помчалась вперед. Беседка стояла на небольшой поляне. Вокруг зеленая стена леса. А изящная вязь ограды напитана солнечным теплом. Илкер коснулась витков изгороди, провела рукой по скамье. — Никогда не слышала ни о чем подобном!