Рональд Колд - Клинки свободы

Артив сухо кивнул головой Гимпу, прощаясь, и задумчиво вышел из шатра. Идя по лагерю своих войск, где царила обычная суета, он напряженно думал.

«Как к этому известию отнесется Лучар?»

Командор скрипнул зубами и тряхнул головой. Он не мог решить, как ему отнестись к возможной вести о гибели Иеро. Как маршал коронных войск он обязан скорбеть о смерти могучего союзника и супруга Лучар, а как мужчина, давно и безнадежно влюбленный в королеву…

Глава 11

Маскарад

Однако на следующий день разговора с Гимпом не получилось. От союзников и доброжелателей Д'Алви командор получил известие, что к городу ускоренным маршем двигается враг. Лучар собрала военный совет. Адмирал на нем не присутствовал, продолжая отлеживаться в шатре на берегу моря.

— Ваше величество, — сказал Артив, когда все офицеры и члены королевского совета высказались относительно готовности войск к большому сражению. — Сам неприятель подал мне великолепную идею.

Выслушав маршала, Лучар буквально расцвела:

— Вот теперь я вижу прежнего Артива! Мудрого, дерзкого, смелого! Действуйте, маршал, мне нечего добавить к вашему плану.

Две ночи подряд флоридянские ополченцы, сотня за сотней, тайно покидали лагерь войск Д'Алви, растворяясь в лесах. Отойдя на изрядное расстояние от столицы, они встали лагерем на южной дороге, ведущей в старые коронные земли Д'Алви и далее, в Калинну.

Здесь специально отряженные маршалом люди готовили все необходимое для предстоящего грандиозного маскарада.

К кожаным шлемам пришивались белые плюмажи, кроились короткие фиолетовые накидки, десятки брадобреев укорачивали длинные патлы ополченцев и зверовидные бороды южных лесорубов. Те ворчали, но терпели.

Местные жители, вышедшие к лагерю мятежников, чтобы приветствовать возвращение Лучар, с энтузиазмом шили высокие голенища и стеганые наплечники. В весьма короткий срок они соорудили множество длинных пик, на которых трепетали значки королевского дома Чизпека.

В войсках с юга офицеры прежде мало отличались от простых ратников. Теперь же им всем до единого пришлось сменить традиционные длинные рубахи на неудобные короткие кафтаны, обшитые фиолетовыми галунами.

Наконец с тайного лагеря доложили, что все готово.

Утро началось в столице хриплыми сигналами тревоги, разносящимися от башни к башне. На бегу пристегивая ножны с мечом, к надвратным башенкам примчался встревоженный комендант. Его встретил дежурный офицер с красными после ночной вахты глазами.

— Противник зашевелился, похоже, готовится к штурму, — доложил он, указывая саблей вниз, на лагерь мятежников.

А там стрекотала барабанная дробь, перекликались трубы, слышались голоса командиров. Первыми в поле выбежали му'аманы, построившиеся в узкий и длинный прямоугольник, весьма мало напоминающий штурмовую колонну. К тому же лестниц или кошек у них не было видно.

Комендант удивленно поднял брови.

Следом за легкой пехотой из лагеря появились четыре квадрата с неровными краями, которые поползли на фланги му'аманов. Это выдвигались флоридяне…

Последними заняли место в странном боевом порядке жиденькие шеренги лучников и несколько сошедших на берег абордажных команд.

На крепостных стенах также не сидели сложа руки. Затрещали натягиваемые жгуты метательных машин, солдаты с факелами разместились рядом с глиняными горшками, начиненными сухим мхом и горючей смесью. Ворча, лучники подтаскивали к бойницам корзины с запасными стрелами.

Наконец в поле и в крепости все смолкло.

В наступившей тишине со стороны южной дороги чисто пропел рог. Комендант не поверил своим ушам, но тут к нему подошел командир гвардии, одетый в кольчугу, со шлемом, притороченным к поясу, и сказал:

— Сигнал полка Фиолетовых пикинеров! Мятежники провозились с подготовкой к штурму и сейчас попадут между молотом и наковальней!

— Как они успели подойти так быстро? — поразился комендант.

На что его собеседник дернул плечом и процедил сквозь зубы:

— Да какая теперь разница? Наша задача не дать войскам Лучар навалиться на них всей своей массой. Я пошел готовить гвардию к вылазке.

Комендант хмыкнул и вновь уставился в поле. Теперь становился понятен странный боевой порядок неприятеля. Похоже, его посты заметили подход пикинеров и подготовились не к штурму, а к полевому сражению.

Действительно, из леса выскочили несколько вражеских скороходов, улепетывающих как от огня, а потом появились стройные ряды Фиолетовых.

Невольно комендант залюбовался легендарным полком, любимцами Эфрема.

Они шли, как на параде, нацелив ровный прямоугольник, ощетинившийся копьями, точно в центр неприятельского строя. Трепетали на ветру значки с геральдическими зверями Чизпека, мерно стучали бубны, отбивая ритм шагов.

Возле ворот послышался лязг металла и черная ругань — гвардия довольно оперативно выдвинулась из казарм и готовилась выйти в поле.

«Я бы подождал, когда Фиолетовые прижмут врага к стенам, тогда мои лучники и катапульты смогут дать пару залпов, — подумал комендант, но тут же одернул себя: — Метательные машины легко могут попасть в своих, да и вообще. Прорвется ли полк к воротам? Лучше не рисковать».

Пять гигантских розовых раковин загудели, выводя длинный и вычурный сигнал Чизпекской гвардии, ворота распахнулись, выпуская атакующую железную змею. Не мудрствуя лукаво, командующий гвардией быстро построил своих в такую же колонну, что у пикинеров, и ринулся с тыла на центр мятежников.

А там лучники Лучар, дав пару не очень-то удачных залпов, разбежались, освобождая дорогу головорезам Гимпа.

— Это вам не на палубы карабкаться, морские крысы! — мстительно воскликнул комендант, когда колонна Фиолетовых, легко разметав абордажные команды, вломилась в ряды му'аманов.

Ничего удивительного, что легкая пехота также не выдержала натиска линейного полка. Кочевники заколебались, и их излишне тонкий строй оказался прорван.

Фиолетовый полк устремился дальше, но его продвижение замедлилось, когда слева и справа на него кинулись флоридяне, вгрызаясь в колонну, словно охотничьи псы в бока затравленного медведя.

— Все же их слишком много для одного полка, — простонал комендант и с надеждой посмотрел на чизпекцев, устремившихся по полю навстречу Фиолетовым.

Командир бежал впереди, довольно резво для тяжеловооруженного человека, и размахивал тяжелым топором.

Им осталось пробежать совсем немного, когда лучники мятежников слаженно послали им навстречу тучу стрел, затем еще и еще.