Елена Асеева - Путь Святозара

— Спасибо, — поблагодарил Керк сороку и ее владыку Инорока, а та, глянув на него черными бу-синками глаз, крутанула хвостом, застрекотала и улетела прочь.

Керк положил траву в рот и стал ее жевать, трава была чуть сладковата на вкус. Пройдя еще не-много в поисках привала, он остановился около поваленного дерева и сел на него, потом снял с себя плащ, кафтан, рубаху, положил все это на ствол, а сам внимательно оглядел плечо. Оказывается, Кабадос вскользь задел руку, но кровь текла сильно, и рана была глубокая. Керк сплюнул пережеванную траву в ладонь, приложил к ране, закрыл глаза и зашептал заговор: "Как от бел-горюч камня из под камня камней Алатырь-камня, да по всей Мать Сыра Земле побегут воды светлые, воды чистые, воды живительные. Подымусь поутру, по утренней Заре, когда выкатит Хорс — красно солнышко из-под сине неба. Поклонюсь я в пояс Богу Солнца, поклонюсь я в пояс Мать Сыра Земле, поклонюсь я Алатырь — камню. Дай ты мне, отец всех камней Алатырь — камень, живой воды. Дай ты мне, Мать — Сыра — Земля, да сырой земли. Дай ты мне, Хорс — красно солнышко, да света светлого да лика ясного. Да умою теми водами рану свою. Да утру сырой землей раны свои. Да окачу светом светлым да ликом ясным раны свои. И спадет тотчас и боль, и невзгода, и жар, и ломота. И кровь остановится, и рана затянется. Заговариваю я сим твердым моим заговором раны свои. И мой заговор крепок, как сам камень — Алатырь. И слово мое верно!" Произнес Керк последнее слово и почувствовал, как кровь перестала сочиться через пальцы, а на месте раны образовался большой рубец. Но боль в руке до конца не утихла, видно потому, что Керк ослабел от потери крови, и заговор удался не в полную силу. Керк поменял рубаху на новую, а над кафтаном прочитал присуху: "О, всесильный Бог Семаргл — бог огня, посредник между людьми и богами. Сотки огнем своим светлым сей кафтан, соедини разрывы и дыры. И пусть вспыхнет огонь и, погаснув, возвратит этой вещи былой ее вид. Именем Сварога повелевай!" В тоже мгновение на кафтане вспыхнул яркий лепесток пламени, выбрасывая вверх и в стороны крошечные искорки, а когда они падали на кафтан то шипели, словно охлажденные водой и тухли. И на том месте, где они тухли, стала показываться ткань кафтана целая и чистая от крови. Еще мгновение и потух сам лепесток пламени, показав исправленную и словно заштопанную вещь. Довольный проделанной работой Керк, оделся и двинулся дальше.

Постепенно лес стал редеть. Керк миновал последние ряды хвойных деревьев и увидел, что впереди в низине лежали болота, покрытые сплошным ковром мхов. Среди мха изредка встречались кустарники: багульники, подбел — и травы, в основном росянки. Кое-где торчали одинокие сосны: низкие, тонкие, искривленные. Керк остановился, посмотрел на непривлекательный пейзаж и глубоко вздохнул. Он думал, что на сегодня приключений было достаточно, но тропа уводила в болота, а, значит, придется пройти сквозь них, обогнуть их не удастся. Керк постоял, немного подумал, и прошептав "Во славу великого ДажьБога!" подошел к дереву, вырубил длинную, толстую палку — посох, да двинулся вглубь болота. Теперь Керк шел, не торопясь, постоянно ощупывая посохом дорогу и ступая осторожно, чтобы не уйти под воду. Тропа большей частью не выбирала пути, и каждый шаг нужно было делать обдуманно. Кое-где Керк перепрыгивал с кочки на кочку, но большей частью шел по колено в воде, сапоги были полны воды, и идти в них было тяжело и неудобно. Частенько Керку приходилось садиться на ближайшую кочку, выливать воду, обуваться и идти дальше. Керк прошел уже довольно много, когда, перепрыгнув на очередную кочку, поскользнулся и ушел под воду с головой, но быстро вынырнул и поплыл к небольшому островку. Взобравшись на него, Керк почувствовал себя совершенно мокрым. Вода текла и с головы, и с плаща и из мешка, он снял сапоги и вылил из них воду. И в этот момент он услышал дивный женский голос.

Голос запел восхитительную песню. Божественная мелодия летела сквозь неприглядные болотные просторы, как птица, неся на себе тепло и свет. Услышав песню, Керк сразу почувствовал легкость и радость, забыв о своих невзгодах. Обернувшись в поисках певуна, он увидел не далеко на кочке красивую, стройную, молодую девушку. Девушка была голая, полногрудая, с зеленоватой кожей тела, с длинными распущенными зелеными волосами и большими зелеными глазами. Вместо ног у девушки был рыбий хвост. "Купалка!" — подумал Керк и поднялся, чтобы идти вперед. Он знал, что песни купалок обладают магической силой и могут свести с ума смертного. Керк слышал, что купалки — это жены болотника, встреча с кото-рым могла быть последней в его жизни. Керк подошел к краю островка и прощупал дно посо-хом, опять надо было ступать в воду, но не успел он сделать шаг, как из воды вынырнула купалка и, пристально глядя ему в лицо своими глубокими, словно речное дно глазами, обхватила ноги руками и резко дернула его в болото. Керк покачнулся, но смог устоять, успев воткнуть посох в островок, а высвободившись из объятий купалки, отскочил назад. Купалка исчезла в воде, но в тот, же миг Керк услышал всплеск воды сзади. Он обернулся и увидел, а затем почувствовал, как купалка схватила его левую ногу обеими руками и весело смеясь, дернула на себя. Через мгновение из воды показалась другая купалка, такая же полногрудая, с распущенными зелеными волосами, она схватила его за правую ногу и так же дернула Керка на себя. Керк взмахнул, словно птица руками, да не устояв на ногах, плашмя упал в болото и сильно ударился спиной о поверхность воды. Тогда купалки выпустили его ноги и, громко хохоча, схватили за плечи. Керк застонал от боли, когда длинные острые когти купалок впились в него, и купалки, увлекая его за собой, потянули на дно. Изо всех сил пытаясь вырваться от духов, Керк вынырнул из воды набрать воздуха, и сразу же голова скрылась под водой, так как сильные руки купалок тянули вниз на дно. В самую последнюю секунду, находясь уже под водой, Керк вспомнил о подарке доброжила — заветном мешочке. Он напряг все свои силы и рванулся из цепких рук купалок, выскочив на поверхность, крикнул мешочку "Откройся именем Бога Велеса". А когда мешочек открылся, увеличившись в десять раз, Керк зачерпнул из него пригоршню сухой полынь — травы и бросил через левое плечо прямо в лицо купалки, потом зачерпнул еще и бро-сил через правое плечо в лицо другой купалки. Те в испуге вскрикнули и отпустили Керка, а затем нырнули в воду. Выбравшись на островок, тяжело дыша и весь мокрый, Керк стал оглядываться по сторонам, прижимая к груди заветный мешочек. Но купалок нигде не было видно, зато на том месте, где только, что он боролся с ними, стали расходиться в разные стороны круги.