Стэн Николс - Легион Грома

– Мечи сдадим у ворот, кое-что другое оставим при себе.

Вынув из-за пояса нож, он затолкал его в сапог. Блаан с Аулэем сделали то же самое. Поскольку у Аулэя было два ножа, кинжал он засунул в один сапог, а дротик -в другой.

– Когда подойдем к городу, если хочешь жить, не болтай, – еще раз предупредил Лекманн

Коиллу. – Ты не наша пленница, ты просто идешь с нами. Усвоила?

– Ты ведь знаешь, что я тебя убью, – бесстрастным голосом отвечала она.

Лекманн попытался изобразить смех. Однако при этом он смотрел ей в глаза, и представление получилось неубедительным.

– Вперед! – он пришпорил коня и стал спускаться к Хеклоу.

Остальные двинулись следом.

У ворот Аулэй перерезал веревку, связывающую руки Коиллы, и прошептал:

– Попробуй сбежать, тут же получишь нож в задницу.

У ворот собралась небольшая толпа из представителей различных рас. Кто на своих двоих, кто верхом, очередь двигалась мимо проверочного поста. Именно там полагалось сдавать оружие. Охотники за удачей и Коилла заняли место в очереди. И вскоре увидели Стражей.

Те были двуногими, на чем, пожалуй, и заканчивалось их сходство с существами из плоти и крови. Казалось, они состоят из разных металлов. Руки, ноги и бочкообразная грудь казались железными. Запястья и лодыжки были схвачены полированными медными кольцами. Еще одно, более широкое и скорее похожее на обруч, кольцо стягивало талию. Там, где полагается быть суставам, – на локтях, коленях и костяшках пальцев – поблескивали серебряные заклепки.

Головы Стражей казались отлитыми из стали. Роль глаз играли большие красные драгоценные камни. Носы – круглые отверстия. Рот-щель с заточенными металлическими зубами. По обеим сторонам головы овальные отверстия-уши.

Все Стражи были одинакового роста, выше любого из охотников за удачей. Несмотря на тяжеловесность материалов, из которых были сделаны их тела, они двигались с удивительной быстротой. И все же не полностью имитировали движения живых существ. Иногда они совершали неверные, неуклюжие движения.

В целом их можно было охарактеризовать одним словом: поразительно.

Охотники за удачей вложили мечи в протянутые руки одного из Стражей, и он двинулся к караульному помещению.

– Гомункулусы, – одними губами проговорила Коилла. – Созданы с помощью колдовства.

Аул эй с Блааном ошарашенно переглянулись. Лекманн попытался придать себе небрежный вид.

Появился еще один Страж и бросил в ладонь Лекманна три деревянные дощечки – в качестве квитанций за «принятое на хранение» оружие. Потом жестом показал, что можно входить в город.

Лекманн роздал спутникам «квитанции».

– Я же говорил, внести в город пару ножей не составит проблемы.

Засовывая дощечку в карман, Аулэй заметил:

– Я ожидал от них большей тщательности.

– По-моему, власть так называемого Совета Волшебников, который правит этим городом, явно ослабевает. Однако нам это только на руку.

Они пробирались по шумным улицам, ведя в поводу коней и тщательно следя за тем, чтобы Коилла находилась внутри своеобразного «загона», скрытая крупами животных. Аулэй все время был у нее за спиной, полагая, что так ему будет сподручнее осуществить свою угрозу.

Хеклоу кишмя кишел представителями древних рас. Гремлины, гоблины, дворфы болтали друг с другом, отчаянно спорили, время от времени разражались хохотом. Сквозь толпу небольшими группками пробирались кобольды, щебеча между собой на никому не понятном языке. Гномы со строгими целеустремленными лицами, с мотыгами через плечо, шли по своим делам. Троллей в капюшонах, надетых в качестве защиты от дневного света, вели нанятые эльфы-проводники. Кентавры, гордо возвышаясь над толпой, стучали копытами по булыжной мостовой. Время от времени попадались и люди, хотя сразу бросалось в глаза, что они менее других склонны общаться с представителями не своей расы.

– Что будем делать, Мика? – спросил Аулэй.

– Найдем гостиницу и там разработаем стратегию.

Блаан просиял:

– Эль, ура!

– Нет времени на все эти глупости, Джабез, – строго предупредил его Лекманн. – Чтобы сделать дела, нужно иметь ясную голову. Усек?

Человек-гора надулся.

– Но сначала надо найти конюшню для лошадей, – продолжал Лекманн. И повернулся к

Коилле: – А ты по-прежнему не вздумай забивать себе голову глупостями!

Они двинулись по запруженным народом улицам и переулкам. Миновали прилавки, битком набитые мясом, рыбой, хлебом, сырами, фруктами и овощами. Уличные торговцы взахлеб расхваливали товар у себя на лотках. Купцы погоняли упрямых ослов, нагруженных кипами тканей и мешками со специями. Какофонию дополняли бродячие музыканты, уличные артисты и горластые попрошайки.

На перекрестках стояли бесстыдные нимфы-проститутки, заманивали клиентов, достаточно оголодавших, чтобы решиться на риск и воспользоваться их услугами. В воздухе плавал сладкий запах пеллюцида. Он смешивался с фимиамом у дверей многочисленных храмов всех известных богов. Сквозь этот кавардак двигались Стражи, при их появлении в хаотичной толпе чудесным образом открывались проходы.

Охотники за удачей нашли конюшню, хозяином которой был гремлин, и за несколько монет пристроили своих скакунов. После этого продолжили путь, Аулэй по-прежнему держался за спиной Коиллы.

В какой-то момент ей показалось, что она увидела пару орков. Те переходили перекресток, довольно далеко впереди. Однако в это мгновение у нее на пути оказались киргизил со своим злобным всадником, и она потеряла орков из виду.

Тут она заметила, что Аулэй трет глазную повязку. Очевидно, он орков не заметил, но на мгновение ей подумалось, не обладает ли бандит чем-то вроде «чувства орков»…

Она знала, что никаких объективных причин для отсутствия в городе орков нет. Просто их появление не очень вероятно, потому что большая часть народа сражается на службе у других. Такова их участь. Если кто-то здесь и появился, то они – или дезертиры (явление, надо признать, известное), или прибыли сюда по делу. Например, ищут ренегатов Росомах. Существовала еще одна возможность: что замеченные ею орки и есть Росомахи. Но Коилла не была уверена, видение оказалось слишком мимолетным. Тем не менее она решила, что надеяться надо на лучшее.

– Вот это пойдет, – Лекманн указал на постоялый двор.

Над дверью красовалась грубо нарисованная вывеска. Она гласила: «Палаш и оборотень».

Внутри было не протолкнуться от изрядно выпивших и потому горластых посетителей.

– Пройди дальше, Джабез, и отыщи, где присесть, – приказал Лекманн.

Блаан окинул взглядом помещение, после чего двинулся вперед, как таран, пробивая дорогу в толпе. Остальные трое следовали за ним по уже расчищенному пути. С инстинктом буйвола он высмотрел компанию эльфов и согнал их с насиженного места.