Дмитрий Изюм - Туда где твоя кровь

— И что, если закрыть, то я всё это забуду?

— Конечно нет, просто якорь в эти периоды внедрить будет невозможно, и, соответственно, считать информацию и образы. А сам, если захочешь, можешь и рассказать кому угодно, да и образ сбросить. Но в этом случае уже сам будешь отвечать за все возможные последствия.

— А у Вас надежная защита? Лучше, чем в Академии?

— Как тебе сказать… Тафари — гениальный разумник, и последнюю версию стандартной защиты он лично дорабатывал. Однако надо учесть, что cерьёзно диких тут никто не воспринимает. Ну какие у вас могут быть секреты? Не интересны ваши личные дела никому — не тот уровень. Поэтому ничего особо сложного в стандартной защите и нет. Обычно в конце третьего курса студент сам может ее снять и установить собственную, индивидуальную.

— Но тогда ее любой опытный разумник сломать сможет, раз третьекурсник справляется?

— Нет, далеко не любой, а только Великий, да и то должен иметь общее представление о стоящей системе и основных якорях. В этом и разница между стандартной защитой и эксклюзивом. А сам защищаемый, когда полностью овладеет контролем, вполне может защиту снять. Это как дверь. Можно с огромными усилиями проломить снаружи, а можно изнутри открыть ключом — если знаешь как и хватает сил. Этому и учат на ментальных практиках. Что касается моего варианта защиты, то он основан на родовой, и, кроме того, учитывая наши с тобой занятия, доработан мной специально под тебя. Так что стоять будет крепко.

— Понятно… И что, можно всю жизнь до сего момента закрыть?

— Можно и не такое, только не нужно. Многие новые знания устраиваются именно в тех местах, где до них лежало что-то похожее. То-есть подобное тянется к подобному. Поэтому, если закрыть всю жизнь, многие вещи, которые ты уже знал, придется заливать заново, либо заучивать традиционным способом, что весьма медленно, да и неудобно при том объеме знаний, который на вас будут вываливать. В частности язык вкрутить просто так уже не получится, так как ложится он на образы и привычные ассоциации родного языка. Поэтому обычно закрываются лишь образы близких людей, какие-то конкретные события и периоды.

— Понятно. Ну тогда закрыть семью и Ядвигу, да и всё, наверное.

— Хорошо. Посиди минутку спокойно. — Учитель достал из кармана камзола ожерелье из разноцветных маленьких камней, водрузил его Саньке на голову, закрепив сзади застежкой так, чтобы самый крупный камень-подвеска оказался прямо на лбу и пояснил. — Это портативный организатор разума, полевая модель, одна из последних разработок.

— И что он делает?

— Ищет информацию о конкретных людях и событиях, перемещает ее в соседние участки памяти и уплотняет таким образом, чтобы внутрь якорь было не воткнуть. Кидаешь мне образы, которые надо закрыть, я ставлю задачу джинну и он все делает сам. Ты на данном уровне развития разума даже ничего не ощутишь. В дальнейшем, курса со второго, сможешь подобный процесс осознавать и самостоятельно контролировать. Готов?

— Угу. — Санька слегка волновался, однако всё закончилось быстро, в течение каких-то пятнадцати минут. Никакой разницы в своем состоянии он не ощутил.

— Ну вот и всё, ученик. — С каким-то сожалением вздохнул Учитель. — Что мог, я для тебя сделал, дальше придется двигаться самому. Но за советом ко мне можешь обращаться в любое время. Конечно, когда оно у тебя появится, и если я на тот момент буду в Академии.

— Спасибо, Учитель! — Саньке тоже как-то взгрустнулось. Чужой незнакомый мир, чужие люди…

— Не грусти, Сандр! Это обычная хандра на развилке жизненного пути. Таковых будет еще немало. Просто помни о цели. А сейчас лучше посмотри вон туда. — Учитель махнул рукой куда-то справа по курсу, — Ваши, с боевого, на полигон пошли.

Санька пригляделся. Чуть ниже, сверкая на фоне белоснежных облаков, встречным курсом шло звено из пяти боевых машин, издали похожих на современные земные истребители. В отличие от флаера у них были вполне нормальные крылья и хвостовое оперение, хищные, плавные обводы корпуса и непрозрачный колпак кабины. Машины шли пирамидой — впереди ведущая, за ней квадратом на равном удалении остальные.

— Четвертый курс, на атмосферных «Рапирах». — Прокомментировал Учитель, а потом поправился. — Вернее бывший четвертый, скоро уже пятый.

— А вы откуда знаете?

— Хм, просто у остальных сейчас каникулы, поэтому летунов со второго и третьего курсов мы еще пару недель точно не увидим. А четвертый в каникулы остается на боевом дежурстве, вместо штатного состава охраны, который в это время большей частью в отпусках. Так что в Академии сейчас слегка пустовато, не удивляйся.

— Красиво идут. — Санька проводил взглядом звено, быстро исчезнувшее в облачной дымке. — Учитель, а летать всех учат?

— До третьего курса включительно программа для всех одна. Управлять придется всем, что движется, а стрелять — из всего, что стреляет. Затем, с четвертого курса, идет специализация, в зависимости от способностей. Так что налетаешься еще. — Учитель ободряюще улыбнулся. — Кстати, начинаем снижение. Как из облачности выйдем — смотри вперед.

Встреча

Флаер пронзил облака как острая игла пронзает тонкий лист бумаги. Прямо по курсу из легкой облачной дымки, кое-где пробитой столбами света, прорывающимися в прорехи облаков, проступили разноцветные шпили и купола огромного города, размерами сопоставимого с крупным земным областным центром и щедро разбавленного зеленью.

— Ого! Большой город! — Удивился Санька. — В нем и находится Академия?

— Сандр! — Улыбнулся Учитель. — Всё это и есть Академия, точнее ее основная часть, которая расположена на Альвайне. Отсюда с любой из портальных площадок можно мгновенно переместиться в местный филиал Академии в каждом из миров Ожерелья. И занятия у студентов могут проходить в любом из миров согласно учебному плану. Тем более у боевого факультета. Каждый мир вам предстоит попробовать на вкус, цвет и запах, пройдя где-то ногами, а где-то и на пузе по всем его закоулкам. Как тебе подобный масштаб и перспективы?

— Да уж! Впечатляет…

— Естественно! Академия — единственное учебное заведение и один из объединяющих столпов Светлого Союза. Ведь истинно объединяют государство не армия, правительство или финансы, а сами люди, большая часть которых является выпускниками одной и той же Академии.

На проекции приборной панели флаера быстрым темпом заморгал оранжевый кружок, а затем Санька услышал голос, что-то бодро отбарабанивший с вопросительными, но уверенными интонациями. Учитель ответил, также вслух, попутно набрав что-то на проекции. А потом пояснил.