Ирина Сыромятникова - 03_Лорд-Дракон

Я тяжело вздохнул.

– Ничего конкретного, но, конечно же, придется разобраться с Родериком.

Маг подозрительно сощурился, но мне на помощь пришел отец.

– Тебе что-нибудь надо в дорогу?

Я облегченно перевел дыхание.

– Нет, и я предпочел бы поторопиться.

Граф кивнул.

– Удачи тебе, сынок! Я не знаю правила тех игр, в которые ты теперь играешь, но одно скажу: не вздумай недооценивать своих врагов. Мир сильно изменился, а ведь даже Герхарду не удалось сделать победу над Силами Тьмы окончательной. Будь осторожен!

Я искренне кивнул и быстро откланялся, не дожидаясь возражений от мага.

Фернадос задумчиво смотрел вслед ушедшему юноше и скептически хмыкнул.

– Я рад, Джеймс, что ты так в него веришь.

Граф покачал головой.

– Он врет, – маг заломил бровь, – Он совершенно точно знает, что будет делать после Ункерта, но не желает даже намекнуть об этом.

– И у тебя есть соображения на этот счет?

– Несомненно, – взгляд Икторна потемнел. – Родерик, Фернадос! Не надо обладать большим умом, чтобы понять – наш король по уши завяз в этом деле.

– Да уж! Сначала я предполагал, что Мирандос подчинил себе короля, а теперь прихожу к выводу, что все было как раз наоборот – маг не устоял перед искушениями монарха. Дэвид упомянул, что сражался с ним во сне. Это очень сложное заклинание, требующее недюжинных способностей и немалой мощи. – Фернадос зажал в кулаке кончик бороды. – Я весьма обеспокоен.

– Дэвид попробует разобраться с Родериком по своему, – подвел черту граф, – Поэтому мы тоже отправляемся в путь, сегодня же.

Маг с интересом поглядел на друга.

– И куда мы, по-твоему, должны ехать?

Граф глубоко вздохнул.

– Судьбы мира решаются не только в магических поединках – битва идет и в умах людей. Пока мой сын сражается с Силами Тьмы, нам следует позаботиться, чтобы ему было куда вернуться. Эта страна немало вынесла за свою историю, и я не хочу, чтобы она снова стала полем боя.

Маг сокрушенно покачал головой.

– Хорошее начинание. Не думай – я не возражаю! Просто я пытаюсь сообразить, как мне заставить эту компанию пошевеливаться.

Граф сразу повеселел.

– Думаешь, они решаться покинуть замок?

– Им придется, – глаза мага гневно сверкнули, – Раз уж ты решил положить голову на плаху, я не отпущу тебя без конвоя.

Я летел на юг, сообразуясь скорее с указаниями Крабата, чем с изображением на карте. Сам призрак указал бы путь гораздо точнее, но я не хотел ждать ночи.

Слишком много времени потеряно! Подо мной мелькали разоренные земли Ункерта, села и города лежали в руинах, дороги были пусты, на полях гнили туши оставленного на произвол судьбы скота и трупы людей. Слишком много трупов.

Видения Темных Веков, принадлежавшие Герхарду, вставали передо мной, но я гнал их прочь. Все было не так уж страшно – там и тут незыблемо стояли защищенные магическими периметрами замки. Я не приближался к ним, мой путь должен был оставаться в тайне, но видно было – особых проблем у них нет. Осаждали их, в основном, нечки, да два-три Дваждырожденных. Весьма скудно для Нашествия.

Но я знал, куда делись несметные полчища Хаоса.

Сполохи волшебных огней были видны даже при свете дня, магические эманации пронизывали воздух. Я пару раз прочистил глотку и с воинственным кличем спикировал вниз.

Глава 14

Смотритель оказался прав – потеряв своего агента внутри Обители, Силы Тьмы пошли на приступ. Слово "штурм" слабо передавало смысл происходящего – с нечеловеческой яростью войско нежитей обрушилось на Светлую Обитель, подобно волнам невиданного моря.

Периметр стоял намертво, толпы нечек сгорали в пламени защитных заклинаний, лишь считанным единицам удавалось дотащится до стен и бдительные Старжи без труда спихивали их обратно. Но приступы следовали один за другим, непрерывно, уже целую неделю.

Ирвин мрачно рассматривал слабое голубое мерцание, возникающее в небе с наступлением сумерек. Мэтр Сэмуэл довольно спокойно описывал сложившуюся ситуацию:

– Нам придется нелегко: Силы Тьмы стянули к Обители почти все резервы и прекратили атаки на других направлениях, но помощи мы не получим – всякий, кто рискнет сейчас приблизится к тому, что беснуется там, – Смотритель кивнул на темный контур крепостных стен, – будет попросту растерзан. Наше преимущество – единственно в защитном периметре.

Ирвин хмуро кивнул. Станис настороженно прислушивался к мягкому шелесту, издаваемому магическим щитом.

– Этот шум – это нормально? – натянуто поинтересовался он.

Смотритель поморщился:

– Нет. Натиск слишком силен, слои заклинаний выгорают один за другим, но до того, как положение станет угрожающим еще очень далеко.

– Это все Предавшие Свет, – Ирвин с отвращением плюнул, – Без Темных Адептов тварям ни за что не удалось бы истощить периметр так быстро.

Мэтр Сэмуэл согласно кивнул и добавил:

– На всякий случай, я дал указания готовиться к эвакуации, но катакомбы Цитадели – последние средство. Они так сильно качают из человека энергию, что некоторым оттуда никогда не выйти.

Станис нервно прошелся по комнате. Абсолютно спокойным выглядел только Жак и Мастер Лезвий в тайне завидовал самообладанию Стража.

По всей крепости стояла настороженная тишина. Люди с тревогой прислушивались к леденящим воплям, доносящимся из-за стен и следили за тем, как сменяются дежурящие на стене отряды. Пожалуй, в таком количестве воинов нужды пока не было, но предводители обороны пользовались возможностью приучить ункертских солдат к виду тварей – одной лишь силы магии было недостаточно, чтобы истребить осаждающее крепость воинство. Латники, молодые и крепкие ребята, после таких демонстраций выглядели бледно. В обычное время, сражения с нежитями были обязанностью Стражей, а ункертская армия имела дело только с врагами-людьми – без многолетней подготовки шансов справиться с тварью у человека было немного.

Теперь же гильдийцы готовились к худшему развитию событий: помощи ждать было неоткуда, а защитный периметр Обители медленно, но верно сдавал. Вопрос заключался в том, сколько тварей уцелеет к моменту, когда заклинания осыпятся и какие это будут твари.

Голубые молнии с оглушительным треском проскакивали в небе над Цитаделью. Даже Ирвин всякий раз вздрагивал и прислушивался, хотя Смотритель божился, что периметр простоит еще не меньше недели. На стенах крепости днем и ночью горели костры – все чаще нежити пробивались к передовой линии обороняющихся, завязывались короткие, но яростные схватки, появились первые жертвы. Теперь в толпах нечек все чаще чернели панцири варг, один раз сквозь слабеющий периметр прорвался Дваждырожденный. Его порядком помяло, и ункертцы довольно быстро расправились с ним, засыпав тварь горящими стрелами, но и нежить успел нанести защитникам урон.