Валерия Литвинова - Любовь - сила магии. Тайна пророчества

Выпустили нас к часу ночи, благодаря тому, что мы с Милли нашли общий язык с парочкой геев, но если бы не условие Анжелики вернуться домой до двенадцати, мы бы не спешили покидать вечеринку, хоть до самого утра. Несмотря на все трудности, к концу вечера трансвеститы казались мне обычными девчонками, зациклившимися на внешности и парнях. Я больше не чувствовала себя белой вороной и искренне жалела, что не смогу прийти сюда еще раз.

Благодаря отснятому материалу из гей-клуба, популярность моего интернет-блога "Друзья Алекс" возросла в несколько раз, хотя я не выложила и половины имеющихся роликов. Анжелика посоветовала использовать только тот видеоматериал, где основными героями были мои друзья, а Милли настояла на публикации моего зажигательного танца с трансвеститом. Надеюсь, мои родители этого не видели.

— Как прошла встреча, — поинтересовался Кэвин, когда мы сели в машину.

— Отвратительно и замечательно одновременно, — улыбнулась я.

— Как это?

— Отвратительно, потому что она была хамски сорвана, а замечательно, потому что Дрейк и Милли, скорее всего, будут отличной парой.

— А мы с тобой отличная пара? — засмеялся Кэвин.

— Похоже на то, — подмигнула я.

Всю дорогу до бильярдного бара мы хохотали без умолку над радио розыгрышами. Особенно мне понравилась шутка с гвоздями. Комик в телефонном режиме предлагал приобрести некому Джошу, который, судя по всему, имеет отношение к строительству, мягкие гвозди и силиконовый молоток. Вся прелесть в том, что Джош даже не подозревая, что его разыгрывают, пытался понять, в чем же преимущество так настойчиво навязываемого инструмента.

Бильярдный бар "Чикаго" не был характерным заведением. Не большое помещение, всего четыре бильярдных стола, расположенных в центре зала, а по периметру десять кабинок с мягкими бархатными сиденьями. На темно-бордовых стенах размещены черно-белые фотографии людей, запечатленные во время всевозможных ударов кием по шару.

— Пиво и чипсы? — с улыбкой поинтересовался мой кавалер, выстраивая пирамиду.

— Мне имбирное.

Молоденькая официантка без промедлений выполнила заказ и удалилась, сексуально покачивая бедрами, что непременно заметил мой дорогой братец. Бабник! В этом весь Кэвин Брум. Не факт, что он изъявит желание заговорить с той или иной красоткой, но безоговорочно оценит все прелести, мысленно повесив ярлык с заслуженным баллом на грудь или попу девушки.

— Ты разбиваешь, — оторвавшись от созерцания женских округлостей, уступил мне место перед пирамидой.

— Я тебя сделаю, — уверенно заявила я, ударив по шарам.

— На что играем? — принял вызов Кэвин.

— На желание.

— Идет.

— А тебе не интересно, что я потребую? — хитро заулыбалась я.

— Ты сначала обыграй меня.

За нашей азартной игрой и моими восторженными возгласами наблюдали все мужчины, играющие за соседними столами. Пока мы шли на равных, но я уверена, что в очередной раз обыграю любимого братца. В нашем случае ученик превзошел учителя.

— Лунка! Ты проиграл!

— Согласен. Чего ты хочешь?

— Твою машину на все выходные, — безапелляционно заявила я.

— Только мести с водителем в моем лице.

— Кэв, так не честно! Проиграл — плати!

— Значит, до выходных я сменю "порше" на "смарт" или еще лучше на старый "пикап".

— Издеваешься? — рассмеялась я.

— Нет. Твои гонки до добра не доведут.

И как это он догадался, что я собралась поучаствовать в спринтерском заезде?

— Все, я больше не буду с тобой играть, — обиженно надулась я.

— Хочешь сказать, что безоговорочно выполнила бы любое мое желание?

— Да. Я умею проигрывать, — фыркнула я, плавно как сытый хищник, прошествовав вокруг стола.

— Отлично. Машина твоя.

— И ты не попытаешься меня отговорить? — насторожилась я.

— Этого я обещать не могу.

Во всех последующих партиях ставкой был зонтик из коктейля. К десяти часам вечера в моей прическе насчитывалось около восьми цветных бумажных зонтов, и пара тройка в густой встрепанной шевелюре Кэвина.

Нужно было видеть, как мы ехали домой. Чтобы не поймать на капот случайного пешехода и не нарваться на штраф, скорость нашего транспортного средства не превышала двадцати миль в час, что по определению насмешка над врожденным лихачом и его дерзким железным конем.

— Эй, ты пропустил поворот, — возмутилась я, когда мой веселый водитель уже третий светофор подряд проехал прямо, вместо того, чтобы свернуть направо.

— Значит, поверну на следующем, — засмеялся парень. — А ты лучше бы нашла что-то приличное из музыки.

— Тут только клубная музыка и RnB. Есть что-то человеческое?

— Ты имеешь в виду сопливое? — хмыкнул Кэвин.

— Сам такой!

— Посмотри в синем кейсе.

Ага! Рихана, Пинк, Джастин Тимберлэйк… А, что здесь? Аврил Лавин, Кеша, Леди Гага, Кати Пэрри — то, что надо. Пока я разбиралась в дисках и исполнителях, Кэвин пропустил еще два поворота, только на этот раз это было сделано нарочно.

— Кэв, я не собиралась к тебе — я хочу домой! — запротестовала я.

— В таком виде? И что ты скажешь Анжелике?

— А что я скажу, если вообще не объявлюсь? Ты же этого добиваешься?

— Ничего не говори.

— Мы не тот вопрос обсуждаем, — вздохнула я. — Кэв, не торопи меня.

— Чего ты боишься? — серьезно спросил Кэвин, припарковав машину в первом попавшемся месте.

— Я боюсь все испортить, — честно ответила я.

— Испортить что? — тон стал холодным, и я поняла, что мой бойфренд злится.

— Дай мне немного времени. Ладно?

Кэвин ничего не ответил, молча, развернул машину и, не сказав ни слова, завез меня домой. Только после того, как я открыла входную дверь, со свистом умчался в ночь.

— Александра? — послышался голос тетушки из-за двери кабинета.

— Да, Анжелика, — ответила я, быстро выпутывая из волос все зонтики.

— Зайди к сестре, — попросила тетушка, не отрывая глаз от монитора ноутбука.

— Хорошо.

Первым делом я заглянула в ванную и только после основательного холодного душа появилась на глаза кузине.

— Как дела?

— Я его прогнала, — без предыстории ответила Милли.

— Могу спросить почему? — опешила я.

Кузина глубоко вздохнула и похлопала по краю кровати, приглашая меня присесть.

— А что, по-твоему, я должна была сделать? Как все просто у него получается: хоп и я по уши влюблена, хоп и я у него в постели, хоп и я на помойке, вот только хоп и я все простила — не получилось.

— Да, наверное, ты права, — вздохнула я.

Дрейк сам виноват — позволил предрассудкам встать между ними. Возможно, туже ошибку совершаю и я. Наши отношения с Кэвином натянуты как струна и если я не расслаблюсь — она рано или поздно лопнет.