Искушение недотроги. Ставка на темного ректора - Мария Павловна Лунёва

А когда мне сообщат о вашей предстоящей помолвке? А то неудобно как-то. Все вас от души поздравляют, а я как бы и не в курсе.

Выдохнул, зыркнул на отца убийственным взглядом. Тот заметил и отсалютовал бокалом.

— Будешь ругаться, возмущаться и кричать, что ноги твоей в храме рядом со мной не будет?

— Я? — снова похлопала ресничками. — Да я же вас просто поздравить хочу. При чем же здесь моя скромная, не самая именитая персона?

— Кейт, — он нахмурился, — я поспешил, знаю. Но… тебя это ни к чему пока не обязывает. И предложение я пока не сделал. И вообще, всё быстро для тебя. Не хотел, чтобы ты испугалась, и…

— Мне нужно возмущаться. А лучше разозлиться и убежать, — тихо выдохнула. — А не хочется совершенно. Что вы со мной сделали, ректор О’Дай? Что это за магия такая странная?

— Она называется любовь, Кейт. Самое древнее волшебство из ныне существующих. А не возмущаешься, потому что искренняя даже перед собой. Зачем тратить силы на глупые, напускные эмоции? У тебя будет время узнать меня ближе. У меня будет возможность влюбить тебя в себя. Просто знай: я не отпущу. Ты моя, Кейтлин.

«Да и не возражаю», — усмехнулась про себя.

— Уговорили, — я развернулась к нему. — А что положено дарить некроманту? Руку, сердце, может, еще какие внутренности?

— Душу, если ты не против, — важно заявил он и повторил: — Руку, сердце и душу.

— Хорошо, считайте, что они ваши…

… Танцы, разговоры… Глаза медленно слипались.

Каким бы волшебным ни был этот вечер, я устала. Голова тихо гудела. Сказалось и выпитое вино. Лица менялись, темы бесед… Я уже не следила за ними.

— Грегор, брат, гости уже начали разъезжаться. Экипажи у главного крыльца. Думаю, вам пора. Твоя Кейтлин еще немного, и уснет, — услышала я голос Фельора.

Встрепенувшись, к своему стыду, сообразила, что действительно задремала под боком у своего темного. Тепло, удобно и совершенно нестрашно. Ну как не расслабиться?

— Да я уже заметил, что красавице моей пора в постель, — Грегор встал и осторожно поставил меня на ноги. — Фельор, вызови мою карету. Сняв с себя сюртук, он накинул мне на плечи и обнял. На нас, кажется, смотрели все. Но это нисколько не тревожило.

Мы вышли из зала. Перед глазами всё слегка кружилось и плыло. Нам кивали. Мы отвечали тем же.

В очередной раз споткнувшись на ровном месте, я плюнула на все приличия и обняла своего, кажется, жениха за торс, прижимаясь к нему ближе.

— Так сколько раз в год ты посещаешь подобные мероприятия? — уточнила.

— Ровно столько, сколько решишь ты, — шепнул он в ответ. — И ни балом больше.

— Умеете вы, ректор, приятности говорить, — пробормотала, сражаясь с зевотой.

— Я могу поднять тебя на руки, Кейт, — тихо предложил он. — О нет уж, извольте оставить мою репутацию в покое, лорд некромант, — тут же возразила я. — Лучше обнимай крепче.

— Мои руки тебе нравятся больше ладоней Арлиса? — выдал он.

Я аж споткнулась и подняла на него возмущенный взгляд.

— Вот зачем было спрашивать?

— Зато проснулась, — усмехнулся он.

И ведь не поспоришь. Шаг мой стал бодрее.

На крыльце дворца наблюдалось оживление. Гости прощались друг с другом, дожидаясь своих экипажей. Я невольно скользила по толпе взглядом, пока не натолкнулась на оранжевое пятно. Мариса. Она стояла совсем одна, обнимая себя за плечи. Потерянный взгляд.

— Грегор, — я дернула его за рукав рубашки. — Моя кузина. Пожалуйста, пусть её доставят в академию побыстрее.

Он медленно кивнул и нашел ее в толпе. Нахмурился.

— Профессор Ожерови, — позвал нашего неунывающего старичка.

— Да, ректор? — лорд Альберт тут же поспешил к нам, ведя за собой свою румяную спутницу. — Вы что-то хотели?

— Признаться, да. Возьмите с собой леди Гресвуд. Мы отвечаем за своих студентов.

— Арлис снова оставил свою леди? — на лице профессора отразилось негодование. — Да как можно! Не беспокойтесь, ректор О’Дай, девочка доберется до своей комнаты целой и невредимой, — заверил он нас и поспешил к кузине.

Нет, конечно, я понимала, что Мариса была недостойна моей заботы. Но совесть никто не отменял. И я не обязана уподобляться ей.

— С ней всё будет хорошо, — негромко произнес Грегор. — Эта леди Гресвуд, конечно, дорого за своего ухажера заплатила.

— Главное, чтобы дядюшку удар не хватил, как счёт увидит. Невозможная эгоистка, — пожаловалась я. — И ведь Арлис ей сам по себе совершенно неинтересен. Она вцепилась в него, потому что…

Я вовремя сообразила, о чем и кому говорю, и закрыла рот.

— Потому что он нравился тебе, моя прелестница, — Грегор и сам всё прекрасно понял. — Возможно, это будет ей уроком.

— Или она начнет охоту на вас, лорд ректор.

— А вот это вряд ли, — он поморщился. — Боюсь, я бываю крайне немил с навязчивыми особами. Увы. Но наша карета подана, Кейтлин.

У крыльца появился черный лакированный экипаж с гербом правящего рода на дверях.

— Этот вечер подошел к концу, — с грустью выдохнула, оборачиваясь на дворец.

— Нет, моя наивная девочка. Нас ждет еще долгая дорога в академию… А завтра…

— А что завтра? — я приподняла бровь.

— Расскажу по пути… в перерывах.

— Что? — я всполошилась, но меня уже на руках несли в сторону огромной кареты.

* * *

Четверка лошадей быстро неслась по тракту, соединяющему наш академический городок со столицей.

Мы возвращались домой.

Грегор О’Дай сидел напротив. Я же, пользуясь моментом, изучала силуэт его лица, легко различавшийся в полумраке. При этом я также чувствовала на себе тяжесть его взгляда, обжигающего, словно уголёк. Нас окутывало такое странное ощущение чего-то волшебного.

Никогда ещё подобного со мной не случалось.

Неужели и правда влюбилась?

Вот так, за один вечер?

Разве возможно подобное?

Или этот мужчина всегда волновал моё сердце, но я из-за собственной трусости выдавала это за страх, не желая себе признаться в том, что тревожит мою душу.

Он тёмный!

Ведь куда удобнее и безопаснее любить светлого, который нравится всем. Всего из себя положительного и на показ доброго.

Всё было именно так. И эта глубокая ночь, с небесами, усыпанными звёздами, — тому подтверждение. Мне не нужен был никто иной, кроме мужчины, сидящего напротив.

Я взглянула в окно на луну, склоняющуюся к деревьям.

Тишину в карете нарушали лишь скрип колёс и цокот копыт.

— Кейт, — тихо прошептал Грегор.

Он протянул руку. Медленно, но уверенно, будто опасаясь спугнуть меня. Затаив дыхание, я позволила его пальцам коснуться моей ладони. И вроде сколько сегодня всего уже между нами было, но…

Этот трепет, ощущение жара, идущего от его кожи. По моему телу пробежала искра, разгоняя