Стивен Эриксон - Сады Луны

Ознакомительный фрагмент

Ухмыляясь, агент покачал головой. Несмотря на ненависть к высоким людям, точнее, к людям выше себя, он невольно проникся симпатией к этому офицеру. Он хотя бы говорил напрямую — и для знатного это было уже очень большое достижение. Может, Лорн всё-таки не все мозги растеряла.

— Вы сказали «по суше»? Не совсем, капитан. Скорей, по-над сушей. — Он остановился у непримечательной двери и обернулся к офицеру. — Кворлы, видите ли, летают. У них есть крылья. Целых четыре штуки. И прозрачные, так что насквозь всё видно. Можно даже пальцем такое крыло проткнуть. Только не делайте этого, когда будете в полумиле над землёй, ладно? Потому что путь вниз будет неблизким, да только проделаете вы его ужасно быстро. Слышали меня, капитан? — Он открыл дверь. За ней начиналась лестница наверх.

Лицо офицера побледнело.

— Хороши же у нас донесения разведки, — пробормотал он.

Ухмылка агента стала ещё шире.

— Мы же их получаем до вас. Тут и жить дают только по служебной необходимости. Помните это, капитан?..

В ответ офицер только улыбнулся.

Они вошли и заперли за собой дверь.

Молодой морпех перехватил Рваную Снасть, когда она шла по огороженной стеной усадьбе, которую сделали штаб-квартирой Империи в Крепи. На лице мальчика было написано замешательство, и он несколько раз открыл рот, прежде чем сумел выдавить из себя хоть слово.

— Чародейка?

Она остановилась. Мысль о том, что Тайшренну придётся ещё немного подождать, ей понравилась.

— Что случилось, солдат?

Морпех бросил взгляд через плечо, а потом сказал:

— Стражники, чародейка. У них вроде как проблема. Они меня послали, чтобы…

— Кто? Какие стражники? Отведи меня к ним.

— Да, чародейка.

Она вслед за ним свернула за угол главного здания — туда, где стена шла рядом с домом и оставался только узкий проход вдоль всего фасада. В дальнем конце виднелась фигура человека, низко склонившего бритую голову. Рядом лежал большой джутовый мешок, покрытый бурыми потёками. Вокруг человека и мешка вились тучи мух.

Морпех замешкался и обернулся к чародейке:

— Так и не ушёл. Стражникам дурно становится, когда они тут патрулируют.

Рваная Снасть смотрела на сгорбившегося мужчину, и у неё на глаза вдруг навернулись слёзы. Не обращая больше внимания на морпеха, чародейка ступила в узкий проход. Вонь обрушилась на неё, как стена. Проклятье, подумала Рваная Снасть, он же здесь с самой битвы. Пять дней. Чародейка подошла ближе. Беллурдан стоял на коленях, но их головы находились почти на одной высоте. Высший маг-теломен по-прежнему был одет в то, что осталось от его боевого облачения: изорванные полоски меха обожжены, груботканая туника залита кровью. Когда Рваная Снасть остановилась рядом с ним, она заметила, что шея и лицо великана покрыты волдырями от ожогов, а большая часть волос исчезла.

— Ты ужасно выглядишь, Беллурдан.

Он медленно поднял голову. Воспалённые глаза сфокусировались на её лице.

— А-а, — пророкотал великан. — Рваная Снасть.

Его вымученная улыбка заставила обожжённую кожу на щеке треснуть. Открылась красная и сухая рана.

Эта улыбка почти сломила её.

— Тебе нужен целитель, старый друг. — Её взгляд метнулся к джутовому мешку. По ткани ползали мухи. — Пойдём. Ночная Стужа бы тебе голову откусила, если бы увидела в таком виде. — Чародейка почувствовала, что её начинает бить дрожь, но с мрачной решимостью продолжила: — Мы позаботимся о ней, Беллурдан. Ты и я. Но, чтобы это сделать, нам нужно набраться сил.

Теломен медленно покачал головой.

— Это мой выбор, Рваная Снасть. Шрамы снаружи — это шрамы внутри, — он глубоко вздохнул. — Я переживу эти раны. И я один возведу курган своей возлюбленной. Но время ещё не пришло, — он положил огромную ладонь на мешок. — Тайшренн мне разрешил это сделать. Ты тоже разрешишь?

Рваная Снасть была потрясена силой гнева, который пробудился в ней.

— Вот как, Тайшренн тебе разрешил? — Она и сама услышала грубый, хриплый сарказм в своём голосе. Увидела, что Беллурдан, вздрогнув, отодвинулся, и ей захотелось завыть, обнять великана и заплакать, но гнев уже овладел ею. — Этот ублюдок убил Стужу, Беллурдан! У Владыки Луны не было ни времени, ни желания вызывать демонов. Подумай! Тайшренн вполне мог приготовить…

— Нет! — голос теломена загрохотал в узком коридоре. Беллурдан вскочил на ноги, и Рваная Снасть отшатнулась. Казалось, великан сейчас начнёт разносить стены, в его глазах сверкал отчаянный огонь. Он сжал кулаки. А потом уставился на неё. И замер. Вдруг его плечи опустились, ладони раскрылись, а глаза поблекли. — Нет, — повторил Беллурдан, но на этот раз в его голосе звучала скорбь. — Тайшренн — наш защитник. Он всегда нас защищал, Рваная Снасть. Помнишь, в самом начале? Император был безумен, но Тайшренн оставался с ним. Он придал форму мечте об Империи и тем самым противостоял безумию Императора. Мы недооценили Владыку Лунного Семени, вот и всё.

Рваная Снасть смотрела на изуродованное лицо Беллурдана. Она вспомнила растерзанное тело Локона. Чародейка словно слышала эхо, но не могла различить звуки.

— Я не забыла, как всё было в начале, — мягко сказала она, раздумывая о своём.

Воспоминания оставались яркими, но какая бы нить их ни связывала, чародейка никак не могла её нащупать. Отчаянно хотелось поговорить с Быстрым Беном, но со дня битвы она не видела «Мостожогов». Они оставили её с Локоном, и кукла пугала её всё больше и больше с каждым днём. Особенно теперь, когда он нашёл себе подходящую обиду — сцена с Колодой Драконов ещё не забыта — и он мстил, ничего ей не рассказывая.

— Император умел собирать вокруг себя правильных людей, — продолжила она. — Но он не был дураком. Император знал, что они же его и предадут. Правильными людьми нас делала наша сила. Я помню, Беллурдан. — Она покачала головой. — Император умер, но сила не оставила нас.

Рваная Снасть задержала дыхание.

— Вот оно что! — проговорила она почти про себя. — Тайшренн — это нить.

— Император был безумен, — повторил Беллурдан. — Иначе он бы лучше себя защитил.

Рваная Снасть нахмурилась. Теломен прав. Как она сказала, старик не был дураком. Так что же произошло?

— Извини. Мы поговорим позже. Высший маг меня вызвал. Беллурдан, мы же поговорим потом?

Великан кивнул.

— Как хочешь. Скоро я уйду, чтобы возвести курган для Ночной Стужи. Где-нибудь на равнине Рхиви.

Рваная Снасть бросила взгляд за спину. Морпех по-прежнему маячил у входа в коридор, переминаясь с ноги на ногу.