Болотная ведьма. Трактирные истории - Катерина Крылова

видела таких глубоких выразительных глаз, никогда ее так не обнимали мужские руки, никогда с ней не разговаривали таким проникновенным голосом.

— Девушка, вы в порядке? Дайте кто-нибудь воды и нюхательные соли что ли? Или что вы там всё время от обмороков нюхаете? — разносился по аллейке его голос. — Что там с мальчишкой, не расшибся?

Незнакомец, продолжая раздавать указания, сгрузил Йолму на руки подбежавшей матушке и направился к сброшенному лошадью подростку.

— Надо срочно позвать лекаря! — подал идею кто-то из толпы, моментально собравшейся на шум.

— Я уже здесь. Лучше зовите стражу. Нужно поймать коня, пока еще кого не покалечил. И найдите носилки, надо перетащить парня в городкую лекарню, — ответил мужчина.

Новый глава Городской лекарни приехал накануне и даже не успел вступить в должность, когда стал героем дня. Гейбу Налло такая известность была ни к чему, но оставаться в стороне, видя как неуправляемое животное несется на группу девушек, просто не мог. Ему ж потом втрое больше народу собирать по косточкам, если кто вообще выживет. Да, Гейб страдал профессиональной циничностью и признавал за собой это.

«Лучше бы я дал их растоптать!» — мало не в голос выл лекарь окруженный заботой и вниманием благодарных спасенных девиц и их мамаш. Уже на следующий день к нему началось паломничество. Кто с плюшками, кто с пирогами, кто с чем, в общем. И почему все женщины этого городка уверены, что он страдает от нехватки еды и жены⁈ А Гейбу между прочим дела принимать нужно, разбираться с поставками лекарств и перевязочных материалов, нехваткой работников от лекарей до грамотных травников и служительниц. Больные опять же пару недель не подождут пока он людей найдет и лекарства закупит, лечить их надо уже вот прямо сейчас. Кстати, и того самого горе-наездника тоже. А тут эти. С матримониальными планами.

— Папа, ты не представляешь, он такооооой… — глубокий вздох и закатывание глаз от восторга. — Он меня спас. Всех нас спас. Ты бы видел как отважно он кинулся наперерез лошади. Как смотрел…

— Как дышал, сопел и то самое чесал, — пробурчал отец Йолмы себе под нос, слушая эту историю в надцатый раз.

— Папа! Я выхожу за него замуж! — уже совершенно другим, категоричным, тоном заявила дочурка.

— А он-то в курсе? — опешил господин Парат.

— Нет. Но куда он денется, — вмешалась в разговор госпожа Парат. — Пора бы уже действительно Йолме замуж. К тому же он не совсем голь перекатная, все-таки главный лекарь, профессия опять же уважаемая, должность хлебная. Ты бы познакомился с будущим зятем, переговорил.

— Папа! Хочу. За него. Замуж! — еще раз заявила Йолма тем самым тоном каким просила сначала новую куклу, потом новое платье, потом новое колечко и так до бесконечности.

— Дорогая, — перехватила инициативу Молли, видя как напрягся муж. — Ты иди к себе. Нам с папой нужно многое обудить.

— Ты уверена, что это нужно обсуждать? — поинтересовался купец как только дочка вышла из комнаты. — Я, благодаря ей, едва не рассорился с компаньонами. Знала бы ты каких усилий мне стоило загладить впечатление от ее поведения. Все-таки зря мы ее так баловали, надо было и учить и проучивать иногда.

— Да что ты такое говоришь? Девочка просто знает себе цену!

— Девочка просто капризна, до крайности избалована и не приучена к элементарному уважению чужого труда и опыта, — отрезал Парат. — Она никого не ценит, никого не слышит и не хочет слышать кроме себя. Даже тебя она в грош не ставит, а ведь ты ее мать! Даже на меня смотрит как на кошелек с ушками!

На глаза женщины навернулись слезы. Дурой она не была, все прекрасно понимала, но любила дочь до потери пульса. Слышать жесткую неприкрытую правду о своем ребенке было больно.

— Ну, будет-будет, — мужчина понял что перегнул палку, подошел и обнял жену успокоительно поглаживая по спине. — Познакомлюсь я с господином лекарем. Посмотрим, что за птица. Может и договоримся.

Гейб не подозревая, что судьба его решена, тем временем носился по лекарне и, по ощущениям, делал тысячу дел одновременно. Собеседование? На ходу, прошу в палаты, как раз и посмотрим какой вы лекарь. Счета на поставку лекарственных трав? Пойдемте посмотрим, посчитаем и понюхаем, что вы там привезли. Просто так ни один счет не подпишу. Корзинка с пирожками? Отнесите в комнату служительниц, они со вчера без завтрака, обеда и ужина. Они вам спасибо и скажут, а пока брысь из-под ног. Шов кровит? А нечего, господин раненый, бегать трубкой дымить, когда вам только швы наложили. Быстро в кровать, сейчас посмотрю и чтоб до завтра не вставал, а то привяжу. Не портите работу лекаря! Итак далее, и так день за днем, ночь за ночью. Поспать удавалось урывками, а тут еще и подписанный градоправителем бюджет на содержание лекарни пришел. Вот тогда-то Гейб взвыл по-настоящему! Были бы рядом волки-оборотни за своего бы приняли. Как? Ну вот как можно содержать лекарню, выдавать зарплату, да и просто выживать на такую сумму⁈

Бюджет был меньше ожидаемого раза в два, а то и больше. И ведь он видел бумаги с рассчетами своего предшественника поданные в администрацию. Кстати, вовремя и по всем правилам. Там каждая строчка хоть и вопила об экономии, но была четко обоснована жизненной необходимостью. С таким бюджетом еще можно было жить. В крайнем случае найти благотворителей… Но не с этим! Градоправитель предлагал вдвое «затянуть пояс», потому как неурожай, наводнение, вороны поля обнесли вот просто подчистую, герцог налоги накрутил и тд, и тп. Не верилось Гейбу ни в герцога, ни в ворон. А вот в желание градоправителя нажиться на новеньком, вполне. Тем более, у нового главы ни денег, ни связей. Некому его поддержать, а градоправителя приструнить.

Вот и сидел лекарь у себя в кабинете, тупо смотря на цифры. Пока ни одной хорошей мысли в его голове не появлялось, сплошь все нехорошие, а некоторые даже убийственные. В таком расположении духа и застал его господин Парат.

— Доброго дня, господин Налло, — поприветствовал тот мужчину, с отвращением изучающего что-то на своем столе. Раздавленного таракана, что ли? Кто их лекарей знает…

Когда тот даже не поднял головы, видимо, глубоко уйдя в свои мысли, купец приблизился и взглянул на бумаги