Змеи Тора - Мелисса Марр

ее, и они все встали по стойке смирно, поворачиваясь за звуком.

— Вон там, — сказала Рейна, указывая направо. — Он направляется в ту сторону. У нас все хорошо. Просто…

Великан снова взревел. Все они повернули налево.

— Эта штука быстрее, чем кажется, — сказал Болдуин. — Теперь все кончено….

Еще один рев раздался справа, там, где они впервые услышали его. Потом еще один, слева, ответил на зов.

— Скажи мне, что это эхо, — сказал Болдуин.

— Я бы с удовольствием, — сказала Рейна. — Но…

Она указала в обе стороны, и Мэтт проследил за ее пальцами, чтобы увидеть две светящиеся фигуры в дыму, приближающиеся к Кукурузному Дворцу.

Они снова разошлись. Теперь Болдуин с Лори и Оуэном, а Мэтт с Рейной. Одна группа шла за одним гигантом. Идти за ними, чтобы сделать что? Ну, это все еще был большой вопрос.

— Там должно быть тело, — сказала Рейна, повысив голос, когда они бежали, перекрывая треск и рев. — Я имею в виду, внутри пламени. Это просто гигантский огонь. А это значит, что есть еще великан, которого мы можем ранить, верно?

— Гипотетически.

— Так и должно быть. Так что мы подойдем достаточно близко, и ты бросишь в него Мьелльнир.

— И что?

— Это волшебный молот, Мэтт. Он будет знать, что делать, точно так же, как и твой щит. Тебе нужно начать доверять ему.

— Ладно.

— Попробуй еще раз.

— Ладно, — сказал он уже тверже.

— Лучше.

Он посмотрел на нее сверху вниз.

— Мне очень жаль. О…

— Я бы предпочла не говорить об этом, а то опять разозлюсь, а если я на тебя злюсь, то не смогу прикрывать твою спину. Я понимаю, почему ты это сделал, и рада, что ты был честен со мной, и знаю, что Рей поставил тебя в плохое положение. Поэтому я злюсь на него и срываю злость на тебе. Давай просто придумаем, как остановить эту штуку.

Они продолжали бежать. Дым здесь действительно был чище. Это не имело смысла, учитывая, как близко они были к Йотанну, но, возможно, дым — как дыхание огня — был чем-то, что он должен был делать нарочно, чтобы выкурить людей, и теперь, когда вокруг не было людей, он прекратил. Хотя вокруг них все еще кружились клочья дыма, Мэтт мог дышать и стянул ткань с носа.

Йотунн неуклюже двигался к Кукурузному Дворцу. Когда они подбежали сзади, треск огня заглушил звук их шагов.

— Как близко тебе нужно быть? — спросила Рейна, когда они побежали.

— Я… я не знаю. Я должен это проверить. В другой раз.

— Мы подойдем так близко, насколько сможем.

Они набрали скорость.

— Веревка, — сказала Рейна.

— Что? — Мэтту пришлось повысить голос, чтобы его услышали через огонь… и в то же время он надеялся, что его не услышит великан.

— Если это не сработает, мы должны взять веревку. Привязать ее к молоту. Набросить на его ноги. Дернуть, как связанного бычка.

Мэтт невольно рассмеялся.

— Похоже, у тебя есть некоторый опыт в этом деле.

— Чемпион Юниорского Дивизиона Девочек-Родео Западной Южной Дакоты, 2010 Год.

— Серьезно?

— У меня есть титулы. Большинство из них предназначено для того, чтобы свести моих родителей с ума. Единственная вещь, которая смущала меня больше, чем дочь-пастушка, была девушка-гот. Но мне больше нравился титул пастушки. Меньше хандры. Снова веревки. Я могла развлечься.

— Ну, веревка — хорошее предложение, если она нам понадобится. И если мы сможем найти веревку. А до тех пор это наводит меня на мысль. Я буду целиться в заднюю часть колена.

Она улыбнулась ему и сказала:

— Отлично.

И парень почувствовал себя так, словно получил пятерку с плюсом на экзамене.

Теперь они были в Кукурузном Дворце, и он мог различить свечение другого Йотунна на противоположной стороне, также бесшумно приближающегося к своей цели. Мэтт сжал в кулаке Мьелльнир и побежал так быстро, как только мог. Когда он приблизился примерно на двадцать футов, великан замедлил шаг, словно почувствовав приближение чего-то. Мэтт замахнулся Мьелльниром. Молот полетел к великану просто идеально. Он попал точно в цель, в заднюю часть правой ноги Йотунна. Он ударил… и прошел насквозь, а затем бумерангом вернулся обратно. Мэтт поднял руку.

— Нет! — закричала Рейна.

Она сделала выпад и ударила его в плечо, но молот знал, куда возвращаться, и ударил по вытянутой руке. Мэтт закричал.

Он выронил раскаленный добела молот. Боль была такой сильной, что ему пришлось прикусить губу, чтобы не закричать снова. Рейна схватила его за руку, и что-то коснулось обожженной руки, заставив его закусить губу достаточно сильно, чтобы пошла кровь, но крик все еще вырывался. Затем волна благословенной прохлады окатила его, и он увидел, как девушка заворачивает его руку в мокрые тряпки, через которые они обычно дышали.

— Все в порядке, — сказала она. — Все нормально. Все нормально. — Она все время повторяла эти слова себе под нос, как будто успокаивала не только его, но и саму себя. Лгала самой себе. Это было нехорошо. Его рука была наименьшей из их забот, потому что…

— Это огненный, — сказал он. — Тот самый Йотунн. Который полностью из огня. Мы не можем с этим бороться.

— Нет, можем. — Она слишком туго натянула ткань, как бы подчеркивая это, и он резко втянул воздух. — Мы что-нибудь придумаем…

Он схватил Рейну за плечи и отшвырнул в сторону. Затем поднял свой щит как раз в тот момент, когда в него ударил взрыв огня. Великан неуклюже двигался прямо на них. Мэтт схватил Мьелльнир своей перевязанной рукой и махнул Рейне назад, держа щит, готовый отразить следующий удар.

Взревел другой Йотунн, и они остановились. Он повернулся. Мэтт сказал Рейне, чтобы она продолжала идти, просто продолжала идти. Затем, когда великан, казалось, обдумывал, что делать дальше, Мэтт резко остановился.

— Эй! — закричал он. — Эй, ты! Ты знаешь, кто я такой?

Йотунн обернулся. Рейна остановилась, и когда Мэтт оглянулся, он ожидал, что она закричит на него, скажет, чтобы он двигался. Но она стояла там, смущенная, но веря, что у него есть план. Или, может быть, этот взгляд означал, что у него должен быть план.

У него и был. Вроде.

— Йоу! Йотунн! — крикнул он великану.

— Йоу? — Рейна подавилась смехом. — Пожалуйста, скажи мне, что это древнескандинавское слово, и ты не станешь читать рэп.

Может быть, он и сделал грубый жест, но если бы когда-нибудь заткнул ее, то заявил бы, что просто жестом велел ей замолчать, чтобы привлечь внимание великана. И он это сделал. Бросок Мьелльнира сделал свое дело. Он