Иван Казаков - Нед (трилогия)

- Все, все – вижу, что ты не в духе и сваливаю – Харалд примиряющее поднял руки и чуть не галопом выскочил в дверь, а Нед остался стоять, переводя дух. В висках у него стучала кровь, а во рту чувствовался привкус железа – он прокусил себе губу. Пошел к двери, запер ее на ключ.

Усевшись на диван, Нед раскинул руки в стороны и закрыл глаза, пытаясь отрешиться от действительности и успокоиться. Незаметно, его попытка удалась, и он погрузился в глубокий сон – ночью они с Сандой почти не спали, и все это, вкупе с нервным напряжением, подействовало, как мощное сонное зелье. Нед свалился на диван и засопел, присвистывая носом и вздрагивая во сне, как собака.

Что ему снилось – он не запомнил. Очнулся лишь от того, что чья-то рука погладила его по щеке, потом губы прижались к его губам, Нед встрепенулся, вскочил...но в комнате уже никого не было, и только тянуло сквознячком из полуоткрытой двери.

Нед недовольно помотал головой – Санда сбежала из-за пиршественного стола! Скандал! Впрочем – какой скандал? В туалет-то ей надо ходить, не описаться же при всей публике. Видать забежала к нему, и удрала, решив, что он постарается задержать как можно дольше. Глупенькая!

Нед улыбнулся, пошел к двери и запер ее на засов. Вернулся к дивану, сбросил сапоги и плюхнувшись навзничь снова провалился в сон.

Бах! Бах! Бах! – сквозь сон донесся стук, он был назойлив, громок, бил прямо в голову и Нед недовольно поднялся, поняв, что это не сон, а какой-то осел сносит дверь с петель.

- Поспать не дадите, мерзавцы! – крикнул он с ненавистью, натянул сапоги и отодвинул засов.

В комнату влетели Имар с внуками, они рассыпались по углам, оглядываясь по сторонам, и Нед вытаращив глаза смотрел, как бравая команда ведет себя так, будто находится в окружении врага.

Имар пробормотал какое-то заклинание, в воздухе что-то щелкнуло, и пирожки, которые стояли на столе (и как там оказались?!) посинели, будто выкрашенные рукой безумного художника.

- Вот! – указал рукой Имар – кто их сюда принес?! Чьих рук дело?

- Я не приносил – ошеломленно сказал Нед, приглаживая волосы, торчащие во все стороны. Похоже, что когда ему делали прическу, слуги применяли составы закрепляющие пряди, а когда он уснул – эта пакость закрепила волосы так, как ей было угодно – в разные стороны, как солому.

- А кто приносил?! Ты же должен был видеть!

- Не видел – признался Нед – я спал. Чего-то устал сегодня...вот и свалился.

- Чего-то! С такой красоткой небось не уснешь! – хохотнул Харалд, но был остановлен холодным взглядом деда.

- Что, дверь была открыта? – жестко спросил Имар – ты что, идиот? Город наводнен агентами Амунского и его союзников! Как можно быть таким неосторожным?!

- Да я вроде запирал на ключ – пролепетал Нед, мучительно стараясь вспомнить – запирал, или нет.

- Вроде...а откуда взялись пирожки? – упорствовал Имар.

- Я принесла – вдруг вмешалась Амела, покраснев до корней волос – взяла с праздничного стола, и принесла. Он же не пошел на пир, сидит тут, несчастный такой. Я и принесла. И кувшин с соком. А дверь открыла заклинанием отпирания. Ты же знаешь, у меня стало получаться...

Нед недоверчиво посмотрел на девушку, и его глаза расширились от удивления. Амела спрятала глаза, Нед тоже отвернулся в сторону – так вот кто его целовал! А он-то думал – Санда...

- Хе хе! Букаха втюрилась в парня! – радостно заржал Харалд – наконец-то, а то у нее парень и жаба были равнозначными словами. Хоть кто-то украл у нее сердце!

- Дурак! – фыркнула красная Амела – заткнись, и займись делом!

- Что случилось? – спросил Нед, полный самых гнусных предчувствий – почему они посинели?

- А ты не знаешь? – удивился Имар – неужели не знаешь этого заклинания?! О боги! Хоть что-то мы знаем из того, что тебе не известно. Это заклинания распознавания ядов. Когда его изобрели – неизвестно, но явно позже, чем отдал концы твой Юрагор – иначе бы ты о нем знал. Пирожки отравлены. И вот еще что – отравлены Хеверад и Санда.

- Как?! Где?! Где они? Живы? – Нед побледнел, и в голове будто заработали кузнечные молоты. Люди отшатнулись от него – глаза парня загорелись красным огнем, замерцали, а вокруг его тела образовалась черная дымка, темными языками струившаяся вокруг тела.

– Ведите меня к ней! Быстро! – голос Неда был властным, жестким и звенящим, как сталь демонского клинка. Имар испуганно отшатнулся, но взял себя в руки и поманив жестом выскочил в коридор.

Короткая пробежка, пиршественный зал – громадный, уставленный столами, люди жмутся к стене, переговариваясь и оглядываясь на бегущих бойцов.

- Нет, их унесли – кинул Имар и бросился к одной из входных дверей.

Длинный коридор, натертый паркет, запах смерти, витающий над изголовьем двух людей, лежащих на постели рядом, будто они и взаправду были при жизни мужем и женой.

Нед бросился к Санде, приложил ухо к ее груди...нет, ни ударов сердца, ни движения груди, втягивающей в себя воздух. Он уже хотел убрать ухо, когда вдруг услышал:

- Тук! – Нед задержался и стал слушать дальше. Прошла минута, не меньше, а точнее – минуты три, и... еще удар:

- Тук!

- Жива?! – облегченно вздохнул Нед.

- Не совсем – угрюмо сказал Имар – кальдрана.

- Чтоооо?! Как ты посмел?! – яростно рявкнул он, нависая над стариком. Тот посмотрел в красные глаза Неда, не шевельнув ни одним мускулом, и спокойно сказал:

- А что оставалось делать? Мне нужно было замедлить их жизненные процессы. Ничего другого под рукой не было. Скажи спасибо, что хоть это было у меня в запасе.

- Да для нее противоядия нет! Ты что, сдурел? И магия ее не берет! – крикнул Нед – хватая старика за плечи и тряся, как грушу – ты думал, когда делал?! Где я тебе найду составные части противоядия? Откуда? Последнего дракона убили сотни лет назад! Ты откуда ее вообще взял? Зачем она тебе?! Ты, старый идиот!

- Не трогай деда, скотина! – кто-то вцепился в Неда сзади, но он, обезумев, двинул рукой, и этот кто-то улетел к противоположной стене, как мяч. На Неда навалились толпой, повисли на плечах, он ревел, в уголках его губ появилась пена, а здоровенные солдаты, одетые в броню, отлетали от него, как охотничьи собаки под ударами медвежьих лап.

Через несколько секунд он был свободен, а вокруг в разных позах валялись на полу стонущие и беспамятные солдаты.

Нед снова развернулся к старику, но...перед ним возникло знакомое лицо, курносый носик, твердый взгляд - синие глаза смотрели прямо, в упор, и в них не было ни тени страха:

- Ну что же, ударь – если тебе легче будет! Не трогай деда! Он хотел как лучше. Я не знаю, что произошло, но раз они живы – оба – значит, есть надежда. Успокойся, Нед!