Лана Тихомирова - Особый соус для героя

- Нас никто не спасет, кроме нас.

И потом, старик, ребенок и мужчина, который даже хуже ребенка - хорошенькая Армия спасения, - хмыкнул доктор и перевернулся на спину, закинул руки за спину.

От безнадежности я заплакала в рукав. Ну… не может вот так все кончиться! Кто нас украл, почему доктор так уверен, что нас съедят? Дер Гловиц однозначно в этом замешан! Почему это всегда происходит с нами? Самое главное, как выбраться отсюда? Доктор со всем этим смирился и ничего не хочет делать.

- А знаешь, Брижит, есть слова, которые стоит сказать сейчас, даже если мы не умрем, это не будет лишним, - голос ван Чеха прокатился по нашей темнице и долго играл в ее углах.

- Какие слова? - я тоже перевернулась на спину и приняла такую же безмятежную позу, как и доктор.

Ван Чех нащупал в темноте мой лоб и руку. Тихо сжал ладошку и сказал:

- Я тебя люблю, Брижит Краус дер Сольц. Ты самая лучшая младшая сестра, которую только стоит придумать.

Я благодарно пожала ему руку.

- Я вас тоже люблю, доктор. Среди всех учителей, вы - лучший.

- Ох, какая похвала, - я слышала, как доктор довольно улыбается.

От этого правда стало тепло, сама атмосфера как-то поменялась, я перестала плакать и соображала конструктивнее, хотя и все так же безрезультатно.

В углу зашевелился Виктор. Никогда я еще не слушала, чтобы люди могли издавать такие булькающие и хрипящие звуки. Я тут же бросила доктора и как могла, добралась до Виктора поближе, но не могла и дотянуться до него.

- Виктор, родной мой, как ты? - вопрос снова упал капелькой на каменный пол.

Только бульканье и хрипы неслись мне в ответ.

- Да, ты ответишь или нет? - сорвалась на крик я, - Виктор, - позвала я почти шепотом.

Виктор шевелился в своем углу, но, похоже, не мог ничего сделать.

- Все хорошо, - запинаясь, еле слышно произнес он.

От звуков его голоса меня пробрало. Он говорил так, будто бы половины зубов у него не было, вдобавок, не губы и язык не ворочались совершенно.

- Ты можешь двигаться? Я не могу до тебя дотянуться.

- Кажется, у меня сломаны руки, - тихо ответил он с такими же запинками.

Где-то неподалеку зацокал доктор.

Что-то наверху лязгнуло, и дверь открылась. Вошел дер Гловиц, за ним следом два молодчика, каждый нес в руках по фонарю. Дер Гловиц был очень хорош собой в свете фонариков, да и молодые люди, заменявшие ему физическую силу, тоже были статны и красивы: длинные светлые волосы, светлые, холодные глаза.

- Как поживаете, господа? - радостно поинтересовался дер Гловиц.

- Не жалуемся, - безмятежно ответил доктор.

Я промолчала и видела, как с трудом переворачивается на спину Виктор. Сначала я не узнала его профиль. Все лицо в отеках, вместо губ гематомы, на лбу шишка. Виктор перевернулся набок и сплюнул кровь, вместе с зубом. Он попытался утереть рот, но не смог: пальцы были неестественно изогнуты. Я старалась держаться, он на меня не смотрел.

- Брижит, что вы молчите? - дер Гловиц обратился ко мне.

- Пошел в жопу, старый урод! - я не стала стесняться в выражениях.

Один из молодчиков оказался рядом со мной и ударил сапогом в бок. По его меркам может быть и не сильно, но мне пришлось не сладко.

- Бей, скотина, бей… Убийца!

Молодчик замахнулся, чтобы ударить меня второй раз, я сжалась. Дер Гловиц сделал жест и другой молодчик подошел к Виктору. Я зажмурилась и закрыла уши. Первый схватил меня за волосы и отогнул голову назад, а запястья сжал второй рукой.

- Смотри, - прошипел он, но я упорно зажмуривала глаза.

Я услышала хруст, с трудом сдерживаемый вопль Виктора, который не хотел, чтобы я что-то слышала.

- Оставьте его! - сорвалась я, - Оставьте!! Оставьте!!!

- Тише, деточка, тише, маленькая, - дер Гловиц оказался рядом, - Ты это заслужила. Ты вытянула из Кристофа мои секреты и неаккуратно дала это знать, теперь мне придется убить всех, чтобы никто ничего не узнал.

- Дер Гловиц, это неоправданная жестокость, - прорычал ван Чех. Он принял стоящее положение, - Тебе бы проверить своих. Ая привела к нам одного твоего человека. Давида. Брижит не виновата, что все так сошлось, что Кристофа привели ко мне, а я захотел попрактиковать девочку.

Если ты чего-то добиваешься, то не ценой жизни этих двух молодых людей. Есть старики. Зачем убивать молодых?

- Ты понимаешь, Вальдемар, - дер Гловиц подошел к ван Чеху и ударил своей палкой ему по ногам, доктор качнулся, но не упал, - что теперь вам всем крышка? Чего я добиваюсь, тебе не понять. Я не для того тебя учил, чтобы ты раскрывал мои планы!

- С людоедами мне более-менее понятно. Это какой-то ваш очередной эксперимент, который за его бесчеловечностью никто спонсировать не стал, и вы вроде бы тут йогой занимаетесь. Причем тут ребенок? Неизлечимый малыш?

- Часть эксперимента. Не твое дело, - вовремя спохватился дер Гловиц, - Приведи Аю, - кинул он первому.

- Сегодня я буду посвящать мальчика. Блюдами из вас троих. Я думаю, блюдо из этой девочки, ему придется по вкусу. Он ведь тебя любил, этот сумасшедший выкидыш, - усмехнулся дер Гловиц.

- Какая же вы м… - я запнулась на полуслове, поймав движение ноги второго помощника профессора.

- Договаривай, - со спокойной улыбкой сказал дер Гловиц.

Я молчала.

- Но я не понимаю, - продолжал ван Чех, - зачем ты все это делаешь? Набираешь людей, внушаешь им всякие мерзости, потом просто убиваешь по одному и скармливаешь остальным?

- Не твое дело, - дер Гловиц обернулся к ван Чеху спиной.

Взгляд доктора исподлобья сверкнул, синим огнем. Резкое движение и профессор остался без своей палки, а доктор уже занес ее для удара. Как клюшкой для гольфа по мячику, он ударил по голове профессора, который только обернулся к нему. Что-то треснуло, профессор упал. Из его виска брызнул алый фонтанчик. Второй молодчик бросил Виктора и побежал к доктору. Я ухватила мужчину за щиколотку, он протащил меня по полу немного и упал. Доктор четко ударил палкой и этого.

- Ну, немножко продержимся и с палкой профессора, - ван Чех воинственно сверкал глазами.

- Вы прямо, как в кино, - сказала я.

- Британия, права, я слишком много смотрю боевиков, - отделался ван Чех.

- Виктор, - снова позвала я.

Глаз на его заплывшем от побоев лице видно не было.

- Солнышко, ты слышишь. Я тебя люблю! - Я не слышала, что кричу.

- Брижит, у меня от твоих нежностей уши закладывает. Успокойся, дитя мое. Убить старика оказалось проще, чем я думал. Лянка мне этого никогда не простит, но у меня выбора не так-то много.

Из-за двери послышался шум и суматоха.

- Доктор, обыщите тех двоих, у них могут быть ключи от кандалов или какие-нибудь ножи.

Доктор что-то ворчал про мародерство, но послушался.

- Ничего, - фыркнул он, а тем временем шум из вне приближался.