Татьяна Талова - Королевская стража

Риннолк согласно кивнула и потерла лоб в раздумьях.

— Нас не убили, — констатировала она. — И это радует.

— Несомненно, — хмыкнул Кайса. Риннолк подтянула ноги к подбородку.

— Значит, им что-то от нас нужно.

— Кому?

— Темным силам, — фыркнула наемница. — Ты как, готов драться в случае чего?

Элле-Мир неопределенно пожал плечами и поднялся. До потолка осталось не больше ладони расстояния. Разведчик прошелся туда-сюда, сам не зная, для чего. Бесцельная ходьба иногда очень помогает собраться с мыслями.

— Драться? — наконец переспросил он. — А ты уверена, что придется?

В понимании Риннолк существовало несколько вариантов выхода из ситуации, но без драки виделся только один — их застрелят из арбалета, не дав сделать даже шага.

— А, ну да, — кивнула она, вспомнив, с кем свела ее жизнь, — ты хочешь побеседовать с людьми, напавшими на нас ночью, не пойми с чего… Несомненно, у них были причины бить тебя по голове в качестве приветствия. Можешь им даже спеть.

Кайса скорчил злобную рожу и пожалел, что Риннолк все равно не сможет ее разглядеть. Нашел люк и попробовал приподнять крышку.

— Наглухо, — озадаченно пробормотал Кайса.

— Это понятно, что с той стороны замок…

— Понятно, — согласился бард. — Только ты еще помнишь, что я оборотень?

— То есть?

— То есть там что-то тяжелое сверху. Для верности. Или, — Кайсу передернуло, — магия эта паршивая. Против кого только не выдумывают заклинаний эти чародеи, чтоб их… А потом еще удивляются, почему у них столько врагов.

— Они знают, что ты оборотень или настолько высокого о нас мнения? — Риннолк недоуменно приподняла бровь. — Очевидно, все же первое… Признавайся, сколько у тебя врагов?

— Мало, — не задумываясь, откликнулся Кайса. — А таких, чтобы знали про мой… хм, про мою способность, вообще нет.

— Уверен?

Кайса мысленно выругался. Вот пристала с этой уверенностью! Первое существо, которое он убил, был заяц — и тогда он далеко не сразу смог заставить себя разделать тушу и приготовить себе ужин. После первого убитого им человека Кайсу колотило несколько ойтов, и все убеждения, что убитый был мерзавцем, абсолютно не действовали. Ключевым стало слово "был". Он был кем-то. И как-то жил. А тут — уверен ли он, что все враги, знающие о его втором облике, мертвы… Разумеется, он помнит каждого, кого убил — вплоть до того, последнего, хрипящего в лужу крови чужое имя.

Каким-то немыслимым чутьем уловив, насколько Кайса разозлился и о чем он подумал, Риннолк примирительно выставила вперед руки в кандалах.

— Я только хотела спросить, не могут ли оставшиеся враги узнать о тебе.

— Не могут, — отрезал Кайса, хотя возможности были.

— Хорошо. Остается ждать, что скажут нам наши… м-м… похитители.

— Похоже на то, — бард сощурил глаза. — Почему ты улыбаешься?

— Ерунда, детство вспомнила, — Риннолк усмехнулась и немного неуклюже поднялась. — Мы с сестрой постоянно запирали друг друга в подвалах и спасали по очереди… А самостоятельно выбираться не научились.

Кайса не нашел, что сказать. Иногда Риннолк ставила его в тупик — только что говорить об их печальном, скажем так, положении, и тут же перескочить на воспоминания о детстве. Риннолк задумалась на мгновенье, протянула руку и постучала в люк. Громко и требовательно.

Честно говоря, бард не ожидал, что кто-то отзовется, а тут не просто отозвались, а чем-то заскрипели, очевидно, тут же начав убирать с крышки люка груз.

— Видимо, даже стучать шермельские наемники умеют по-особенному внушительно, — философски заметил Кайса.

Люк открылся. Риннолк вдруг отступила подальше от светлого пятна, состроив непонятную гримасу. Похититель опустил фонарь ниже и сам наклонился, стоя на четвереньках.

— Ну чего, очухался? — спросил он сиплым голосом. — А баба где?

Бард мигом понял, что от него требуется. Он непонимающе развел руками, убедительно состроив из себя идиота. Иногда Кайсе казалось, что роли простодушных и недалеких оболтусов даются ему лучше всего — и это неспроста.

Разбойник склонился чуть ниже, и, мысленно ругнувшись, Кайса подпрыгнул и схватил его за шиворот, дергая вниз. Тут же подскочила Риннолк, ударив мужика по руке, которой он вцепился в край люка. От боли в отбитых пальцах тот разжал хватку и свалился на барда. Вышло все как-то очень быстро, напряженно и тихо. Подняться на ноги он не смог — белая как полотно наемница прижала его спину коленом и четким движением накинула на шею цепь собственных кандалов. Даже ругнуться разбойник не успел — слова обернулись хрипом. Конечно, у нее не хватило бы сил задушить его, но нагнать страху вполне получилось. Молниеносная смена положения — из хозяина в пленника — это всегда дарит несколько мгновений бестолкового шока.

А в люк с интересом смотрела еще пара человек, не наклоняясь, впрочем, слишком низко.

Риннолк подняла голову.

— Договоримся? — поинтересовался Кайса осторожно.

— Нет, — пожал плечами один из разбойников. — Я тебя убью, скотина ты последняя. И где ты умудряешься находить таких же безумных друзей?!

— Безумных? Друзей? — ничего не понимая, пробормотал бард.

— Таких же? — настороженно отозвалась Риннолк.

— Выползай, дурья твоя башка. Хватай лестницу…

— Вы знакомы? — наемница чувствовала, что голова раскалывается от непонимания происходящего. Он! Он, это преданный королевский офицер и все такое, якшается с разбойниками?!

— Оставь этого…

Риннолк сочла за благо сделать, как просил бард. Мужик поднялся на ноги, что-то неприязненно буркнув, и кивнул на лестницу:

— Ну, чего ждешь? Подтолкнуть может?

— Рот закрой, — железным тоном приказала Риннолк, хватаясь за перекладину. Разбойник и не подумал молчать. Только вот его слов девушка будто не слышала. Кайса догадался, что словесному ответу Риннолк предпочтет удар в челюсть, и мысленно похвалил наемницу за самообладание.

— Не сказать, чтобы рад вас видеть, — признался главарь и махнул рукой:

— Все вон, кроме моих дорогих, хм… пленников.

Посторонние, коих при внимательном взгляде набралось аж пятеро, удалились, лениво почесываясь и переругиваясь между собой. Помещение представляло собой бревенчатый домик без печи, с полом, покрытым соломой, и заколоченными окнами. Занимая почти половину комнаты, высились нагроможденные друг на друга сундуки и ящики, вдоль стен стояло несколько бочек, на одну из которых и уселся разбойник.

Не дожидаясь приглашения, Кайса присел на один из сундуков, Риннолк заняла позицию (иначе и не скажешь) на единственном стуле, так, чтобы видеть дверь и собеседников.