Беттина Белитц - Необычайно романтичный (ЛП)

Знак или нет - если ночь летнего солнцестояния была дата, когда Леандер мог стать человеком и для всех других видимым, то я должна выполнить мое задание, даже если меня тошнило так, что я даже выплюнула жевательную резинку.

Даже язык занимал слишком много места во рту. У Сердана был самый твердый характер из всех нас, а также он был самый умный. Мне редко удавалось одурачить его. Будет сложно и возможно мне не удастся добиться настоящего обмена мнениями и примирения - с одной стороны из-за его новой девушки, о которой я постоянно думала, а с другой из-за его предательства.

Мои чувства по отношению к нему лучше всего можно было сравнить с черной желчью, которая была смешана с большим количеством соляной кислоты и щепоткой динамита. Любое неверное замечание с его стороны может подорвать нас и растерзать на тысячи кусков.

- О, дерьмо, как мне плохо ..., - простонала я, после того, как нажала на кнопку звонка и дверь, загудев, открылась. Бесчисленное количество раз Сеппо и я забирали Сердана отсюда или прощались с ним возле этого дома, а Сеппо и Билли провели уже много время с его семьей.

Для меня же это было, как и мой визит к Билли, премьерой. Я всегда доходила только до двери - а не за дверь.

Дом выглядел более изысканным и благородным, чем наш; настоящая, старая, роскошная вилла Хемсхофа. Мои шаги громко отдавались эхом на просторной лестничной площадке. Ища опору, я положила свою руку на изогнутые, полированные перила, потому что с каждым шагом теряла силу и равновесие. Ах, как бы мне хотелось сейчас привести в порядок труп, подумала я плаксиво. Пусть даже жертву несчастного случая ... все, только не ...

- Кто там?

- Эй, - ответила я высохшим ртом. Одна из сестер Сердана стояла передо мной, самая младшая из трех. Различать девчонок я могла только по их высоте.

У них у всех были черные глаза, черные волосы и выразительные брови; милые, женские копии своего старшего брата. Их имена я никогда не была в состояние запомнить. Эта здесь широко мне улыбалась, как будто знала.

- Ты Люси, верно?

- Да. Написано на лбу, или как? Могу я зайти? Сердан дома? - Девчонка начала воркующе хихикать и оглядываться, как будто там кто-то стоял, прежде чем повернулась снова ко мне и впустила внутрь.

- Он в своей комнате, - подсказала мне она многозначительным тоном. Снова раздалось ее голубиное хихиканье. Она выглядела при этом очень мило, но мне скорее хотелось схватить и затрясти ее, чтобы она наконец отвела меня к нему.

- И эта комната находится ...?

- В самом конце коридора слева. Последняя. Он ... - Но я прошла уже вперед по темному коридору. Только бы не думать слишком много. Если начинал делать это в паркуре, то все тоже шло набекрень.

Так что я только коротко постучала в дверь и сразу же нажала на тяжелую медную ручку, чтобы приоткрыть и заглянуть в нее. То, что я увидела, также сильно причинило мне боль, как зрелище мужской вечеринки Сердана и Сеппо.

Ко всему прочему в животе снова распространилось сокрушительное жало. Я могла бы уйти, просто исчезнут, потому что они меня вовсе не заметили. В комнате играла музыка.

Медленные, расслабляющие звуки, которые я ожидала услышать везде, только не у Сердана. Он обычно слушал французский и арабский реп, с которым можно было развязать войны. Пахло сладким чаем и печеным; окно над кроватью было открыто, так что аромат специй и сахара смешивался с цветущими цветами из окна. Гармония, подумала я с завистью.

Так должно быть выглядит, пахнет и звучит гармония. Дениза сидела скрестив ноги в изголовье кровати и смотрела на блокнот для рисования, который находился на ее правом колене, в то время как голова Сердана лежала на ее левом бедре. Погруженная в мысли она грызла карандаш; он читал в своей тяжелой книге по биологии, лицо спрятано за обложкой. Но мой взгляд все равно был прикован только к Денизе.

Дениза - не Дениз, как я вначале думала. Она была турчанкой. Я знала это не спрашивая, хотя она чисто на взгляд могла бы принадлежать и к другой нации. Но голос в моем дрожащем сердце был в этом уверен. Здесь две родственные души нашли друг друга.

Их единение выглядело так, будто они знали друг друга уже много лет. Длинные, каштановые волосы Денизы с легким бронзовым оттенком мягко спадали ей на плечи, ее фигура была элегантной и спортивной одновременно, но больше всего меня очаровали ее длинные, изогнутые ресницы и тонкие, черные брови, которые на ее симметричном лице выглядели как будто нарисованными - не поддельными или искусственными, а как будто она прилетела в наш мир из арабской сказки. Она была чистая восточная женственность. Я никогда в жизни не буду излучать то, что окружало ее.

Миллиметр за миллиметром книга Сердана опускалась вниз и открыла его лицо - а потом и Дениза подняла взгляд. Они заметили меня. Они по-прежнему выглядели так, будто наглухо связаны, хотя Сердан приподнялся и они больше не касались друг друга. Сеппо не преувеличил.

Она была большой любовью Сердана - той любовью, которую другие люди напрасно ожидают всю свою жизнь. И я должна открыть свое сердце? Быть честной? Нет, мое сердце ничего здесь не решало.

- Ты предал нас, Сердан. И мне из-за этого больно.

О черт, зачем я только сказала это втрое предложение? Я только опозорюсь! Я побеспокоила его в то время, как он тут нежничал со своей новой девушкой и заговорила потом о моих оскорбленных чувствах?

Озадаченно Дениза посмотрела на меня, не враждебно, но и не улыбаясь, пока ее выражение лица не показало мне, что она догадалась, кто я. Значит Сердан рассказал обо мне.

Поспешно я бросилась обратно в коридор, где из-за темноты потеряла ориентировку, так что видела перед глазами только танцующие пятна и слепо, без дальнейших церемоний зашла в следующую открытую дверь. Нужно, чтобы моя голова снова прояснилась, за что-то схватиться, дышать ...

Обеими руками я схватилась за стол впереди меня, моргала я ждала, пока не стала чувствовать себя немного стабильнее и смогла осмотреться. Я оказалась на кухне - и к счастью единственным человеком в этой комнате.

Посудомоечная машина делала булькая и гудя свою работу, холодильник брюзжал, передо окном покачивались две березы на летнем ветерке. Почти как дома, не считая серебряного чайника на столе и роскошно отделанных бирюзово-золотым тарелок на стене. В конце коридора слева находилась комната Сердана, снова вспомнила я.

Тогда мне просто нужно снова выйти в коридор, двигаться прямо, пройти мимо гардероба и ...

- Люси? Могу я зайти?

- Думаю можешь. Это ведь не моя кухня, - услышала я как ответила, а также то, что мой голос прозвучал ни холодно ни дерзко, а выдавал мою внутреннюю беспомощность.