Татьяна Минасян - Многоцветная магия

— Ну вот я так и знала! В чем-нибудь наверняка будет подвох! И что же там, в огненной, не так? Курить запрещено или краситься?

"А интуиция у девчонки работает!" — удивился Златов.

— Ты почти угадала, — ответил он вслух. — Краситься и курить там нельзя женщинам. И вообще, там к вашему полу довольно консервативное отношение. Не плохое, нет, но, скажем так, строгое. Ты там при всем желании не сможешь, например, выбиться в начальники или открыть какое-нибудь свое дело. Но зато, — добавил он быстро, увидев потухшие глаза своей спутницы, — женщин там, как и детей, всегда защищают в первую очередь и вообще всячески о них заботятся.

— Ясненько, — вздохнула Лилит. — Все так же, как у меня дома. Стоило оттуда уезжать! А еще что-нибудь там запрещается? Развлекаться, на танцы ходить? С мальчиками общаться?

— Ну, я ведь всего не знаю. Развлечений и праздников там вроде бы хватает, и женщины в них тоже участвуют. А вот с мальчиками, по идее, надо быть поосторожнее, иначе тебя посчитают непорядочной и невоспитанной.

— Надо же, как все запущено, — протянула Лилит и, помолчав, снова подняла на Златова свои черные любопытные глаза. — Слушай, но ведь магией там женщинам заниматься можно? Всякие там чудеса устраивать?

— Разумеется, магии там обучают всех. Другое дело, что серьезным волшебством занимаются, в основном, мужчины. Но ты тоже сможешь делать очень многое — иллюзии там, разное декоративное колдовство, фейерверки — не знаю уж, что тебя больше заинтересует.

Говоря все это, он не спускал с лица своей спутницы внимательного взгляда. Девушка казалась несколько разочарованной, но все же не слишком сильно. Интерес к новой для нее, тайной и удивительной стороне жизни был явно сильнее страха перед "домостроевскими" порядками огненной общины.

— Юр, скажи, — произнесла она, помолчав еще немного. — А тайком мы с тобой после этого сможем видеться? В смысле, после того, как я попаду к огненным магам? Ну, то есть, если ты сам этого захочешь, конечно… — она вдруг засмущалась, и выражение ее лица стало совсем неуверенным и беспомощным. Словно и не было в ней никогда никакого кокетства и наглой самоуверенности!

— Ну конечно же! — не скрывая своей радости, отозвался Златов. — Я же теперь за тебя, в некотором роде, отвечаю. Если тебе там будет трудно, если возникнут какие-то вопросы, ты всегда сможешь обращаться ко мне. Хотя афишировать это, естественно, не стоит — огненным магам такое не понравится.

Лилит просияла. Юрий ответил ей ободряющей улыбкой, изумляясь про себя, насколько эта девчонка все-таки предсказуема. Зря он беспокоился, что она забегает вперед и так торопится побольше узнать про магический мир — его план работает просто прекрасно.

Они вышли на берег Карповки — узкой речки, в темной воде которой искрились золотистые солнечные блики.

— Если тебя это утешит, в металлической общине ситуация прямо противоположная, — продолжил Юрий свою "просветительную беседу". — Там всем заправляют женщины, а мужчины вообще даже права голоса не имеют.

Девушка фыркнула:

— Что ж у вас везде какие-то крайности?

— Не везде. У лесовиков, например, тоже всем управляют мужчины, но и женщин никто особо не притесняет. С ними даже советуются иногда. А в моей водной общине, вообще-то, официально тоже дамочки у власти находятся, — прибавил Юрий не очень охотно. — Хотя это не значит, что мы там совсем не у дел.

— А у подземных волшебников?

— А там вообще ничего не понять. Официально у них вроде как во всем полное равноправие. Во главе общины могут быть и те, и другие, и со всеми остальными делами то же самое. Подземные вообще считают себя "золотой серединой" — они во всем избегают крайностей. Хотя я плохо себе представляю, как такое возможно. Люди-то все разные!

— Да уж, это точно.

Болтая, они вместе дошли до метро. Юрий продолжил рассказ о разных магических общинах, в красках описав своей спутнице их руководителей. Почтенная Фаина была при этом выставлена в самом выгодном свете, в то время как четверо остальных верховных магов, по его описанию, оказались если не полными маразматиками, то людьми весьма глупыми и ограниченными. Постепенно он вошел во вкус таких разговоров — во всяком случае, необходимость повторять Лилит хорошо известные ему вещи Юрия больше не раздражала. И он очень надеялся, что его рассказ прозвучал для этой девочки достаточно убедительно.

Возле входа в метро он, правда, решительно дал своей спутнице понять, что разговор пора заканчивать, потому что ему надо ехать по своим делам. Лилит тут же засыпала его вопросами о том, что это за дела у него такие секретные и почему она не может хотя бы прокатиться вместе с ним в метро. Юрию с трудом удалось от нее отделаться, надавав ей кучу обещаний "созвониться в самые ближайшие дни".

"Хорошая она девчонка, хоть и биовампирша, — рассуждал он про себя, спускаясь под землю на эскалаторе. — Но только слишком уж много болтает, Пожалуй, надо будет поскорее отправить ее в огненную общину: пусть сама там все узнает и мне рассказывает. Да, именно так я и сделаю — на следующей встрече предложу ей туда пойти. Она к этому уже вполне готова".

Глава VIII

Симеон Ольховский, как они с Юрием и договаривались, дожидался его под Александрийской колонной, облокотившись на недавно установленное вокруг нее невысокое решетчатое заграждение.

— Забор поставили, — хихикнул он, когда Златов приблизился. — От туристов. Наивные люди — неужели они всерьез думают, что это их остановит?

— Да уж, — согласился с ним Юрий, — для желающих расписаться на колонне здесь бетонная ограда нужна, с колючей проволокой.

— Не поможет, они и через нее перелезут, — уверенно заявил Ольховский, и молодые люди вновь рассмеялись.

— Мы еще кого-нибудь ждем? — спросил Юрий.

— Да, ту нашу волшебницу-экскурсовода — она сюда за нами должна прийти. Надеюсь, она не очень опоздает.

Златов кивнул, и они вдвоем замерли возле решетки, разглядывая гуляющих по Дворцовой площади людей — красиво, уже почти по-летнему одетых, обвешанных фотоаппаратами и видеокамерами и окруженных такими же нарядными детьми. Одни из них спешили к ажурным воротам главного входа в Зимний дворец, боясь не успеть до закрытия музея, другие выходили оттуда и сразу же начинали осматриваться вокруг в поисках еще чего-нибудь интересного. К их услугам были две старинные на вид кареты, запряженные лошадьми, и скучающая пара артистов в костюмах Екатерины Второй и Петра Первого, с которыми можно было сфотографироваться.

— Знаешь, среди них примерно треть — наши, питерские, — сообщил Юрию Ольховский, указывая на идущих мимо людей.