Наталья Баранова - Оборотень

Сцепив зубки, я открыла глаза и посмотрела на едва наметившуюся полоску рассвета. Раис сидел рядом и преданно заглядывал в мои глаза. Я вздохнула.

— Не плачь, — проговорила я, — что-нибудь придумаем.

Весь мой оптимизм сдулся, как воздушный шарик. Нет, ну отчего я не разорвала Аниду на ленточки, когда была у меня такая возможность? А ведь была! Поднявшись на лапы, я встряхнулась и пошла к городу.

Впрочем, через полчаса мой пессимизм тоже сдулся. Хариолан стоял на дороге, скрестив руки на груди и смотря с высоты своего роста так, как смотрят на безнадежно провинившегося человека. Уж не знаю, кто и что сказал ему, но лицо его было схоже с черной тучей.

— Хильда, — выдохнул он, глядя, как я осматриваюсь, словно желая проскочить под его ногами. — Где тебя черти носили!?!

— Она была на реке, — ответил вместо меня Раис.

Хариолан смерил взглядом Раиса. Я встряхнулась, и метаморфировав, приняла свой привычный облик — золото волос ливнем по плечам, подбородок дерзко вперед, а в сиянии глаз — безмерная нежность. Не могла я иначе смотреть на Хариолана! Да и он, увидев меня в привычном виде, не смог больше смотреть, словно грозный судья на попавшегося воришку. Прижавшись к нему, вдыхая его, столь знакомый запах, впитывая его тепло, я впитывала и его беспокойство.

Он погладил меня по вьющимся волосам, накинул плащ мне на плечи. Раис удивленно покачал головой.

— И когда ты перестанешь сводить меня с ума? — спросил Хариолан глухо.

— Никогда, — ответила я, приподнявшись на цыпочки и поцеловав его щеку. — Никогда, любовь моя. Ты не любишь покорных женщин.

Глядя, как от удивления вытягивается его лицо, я улыбнулась и уткнулась лбом в его плечо. Мне было поразительно спокойно и светло. И лишь одна мысль не давала мне почувствовать себя совершенно глупой и счастливой, и то была не мысль об Аниду. Я неожиданно поняла, что провела в облике хищника куда больше нескольких минут, от полуночи и почти до рассвета. И ничего дурного со мной не случилось! Я продолжала быть собой, не чувствуя никаких осадочных инстинктов крупного хищника, интегрировавших в мое сознание!!!

Глава 7

За время, что я провела в молчании, давая себе краткую передышку перед решительным объяснением, Хариолан ни мало не остыл. Это-то я понимала. Трудно остыть, когда любимый человек пропадает нежданно-негаданно и не оставляет следов. Хариолан сидел на краю кровати и рассматривал собственные ладони.

— Где тебя носило? — проговорил он хмуро, устав молчать.

— Гуляла, — ответила я, пожав плечами.

— Гуляла, — протянул он с издевкой. — Гуляла в тот миг, когда над твоей головой нависли тучи.

— Что так? — деланно изумилась я.

— Да так…..

— Вы верите домыслам убийцы адмирала, — вздохнула я, — разумеется, его слова имеют большую силу, хотя б потому, что это честный оборотень, который ненавидит Эвир всей душой. Мнение Исполняющих Желания вам ничего не значит.

— Зачем ты так? — спросил Хариолан, поймав мою руку.

Я, пожав плечами, высвободилась и отошла к окну. За пустыми окнами разгоралась заря. Где — то там река, туманы…. Где — то там я чувствовала себя так свободно. Как никогда и нигде.

— Ах, Хариолан, — проговорила я с грустью. — Отчего — то мне кажется, что не то и не так делаем мы. Суетимся. Вертимся как белки в колесе. Зачем мы спешим на Эвир? Выбрать адмирала? И что потом? Неужели нет более неотложных дел?

— Ты загрустила, — констатировал он. — Помню, когда мы первый раз встретились, так ярко горели твои глаза. Как звезды в вышине.

— Тогда Аниду не признавался мне в любви, как не признавался, что устал быть вторым и хочет стать первым, — отозвалась я устало. — Тогда мне было просто жить. Не забывай, все, что я знала, встало с ног на голову и закружилось в бешеном танце. Что еще сказать? Я — слабая женщина.

— И это говоришь мне ты, — прошептал Хариолан. — Ты, единственная…. Я думал, ты подобна клинку.

Я закрыла глаза, откинув голову. Его присутствие вновь свело меня с ума. Его шаги, его дыхание и нежность. Сила пальцев легших на мои плечи. Он целовал мои волосы, и так легки были его поцелуи, что уходила тяжесть, словно каждый поцелуй, как бабочка, уносил часть моих тревог.

— Я люблю тебя, — прошептала я. — Мой Бог! Но как я боюсь за тебя….

— А вот бояться не надо….

Он легко поднял меня на руки, вскинул, словно я была невесома. Открыв глаза, я увидела прямо перед собой его лицо, его невероятные, теплые каре — зеленые, полные нежности, очи. Я обвила его шею руками. Я тонула в его глазах. И в какой — то миг, вдруг, отстранено отметила, что биения наших сердец совпадают, как будто рядом в унисон звучат тяжелые колокола. И эта вибрация наполняла меня необычной тревогой и покоем.

Я касалась губами его губ, я тянулась к нему, как путник в пустыне тянется к воде. Любовь, что ты делаешь со мной, окаянная? Почему мне так хотелось, что б не кончался этот миг, когда он нес меня на своих руках? Почему я и жаждала и страшилась мига нашего с ним слияния? Почему вдруг, свободная словно ветер, я чувствовала себя лесной пленницей в клетке? Почему?

Ах, эти сотни тысяч "почему"…..

Розовый атлас, золотой шелк, парча, муар и бархат чувства, я изнемогала в их тяжести. Долг, ненависть, надежда и любовь. Раскрыв глаза, я падала в бездну. Любовь…. Моя любовь затмевала все. Моя любовь…. И мне отказывал разум.

Любовь моя, Хариолан! Я смотрела в его лицо, скользя взглядом по милым моему сердцу черточкам. Многое я б могла отдать за право быть рядом вечно. За возможность любить без оглядки на окружение и обстоятельства, за право забыть все тревоги в объятьях любимого.

И я его любила. Любовь…. Я готова была бросить к его ногам весь мир. Любовь. Кажется, первый раз я испытывала это чувство. Как я его любила! Мне хотелось вобрать и сохранить в своем сердце его черты, его дыхание. Сохранить в тайниках своего сердца его нежность и этот взгляд. Мой Бог!!! Вселенная моя! Я и он. Это было нечто непостижимое и немыслимое. Мы были словно половинки единого целого. И как я жила раньше, без него?

Ах, да разве — жила? Ах, да разве в спокойном течении моего прежнего существования были хоть миг, хоть час, которые можно было б назвать жизнью? Хариолан ворвался в мою жизнь, как метеор. Он изменил мой мир, изъяв у него серость и дав настоящее буйство красок. Любовь, нежность, беспокойство, тревога, этот трепет сердца, это кружение мыслей.

Любовь. Слияние тел. Слияние душ. Слияние чувств. Я как безумная, нежная кошка ластилась к нему, позабыв о когтях. Если б я могла, я б с ним не расставалась. Если б я была властна над нашей судьбой!