Анатоль Нат - Бабье царство. Возвращение…

— Тьфу на него, — первым не выдержал Лёха, раздражённо переминаясь с ноги на ногу и приплясывая возле крыльца. — Заложил нас, гад, и аж светится. А я даже похмелиться не успел.

— Значит от Вилькии своей добро получил, на это подлое деяние, — хмуро буркнул Фома, приплясывая на лёгком утреннем морозце рядом. — Она у него баба простая. Чёрное — чёрное, белое — белое. И никакого серого между ними. Простая баба, как газета «Гудок».

— Да когда ж она выйдет, — пожаловался он куда-то в стылое пространство вокруг. — Мы тут стоим-стоим, мёрзнем-мёрзнем, а её всё нет и нет. Змэрз вже зовсим, а ии як нэ було, так и нэма. Дэ вона? — разозлился Фома. — Дэ та злюка?

— Дэ-дэ, — сердито передразнил его Лёха. — Спит! В тепле! А мы тут мёрзнем, у неё под окнами, как шавки. Хоть бы в горницу пустила, — раздражённо пробурчал он, хлопая себя руками по бокам, в тщетной попытке чутка согреться и разогнать набившийся под полушубок утренний холодок.

— Ну всё, — сердито притопнул он подмёрзшей ногой в ярко начищенном гуталином сапоге. — Если через пять минут никто нас встречать не выйдет, я отправляюсь обратно в койку, спать. Вчера только легли под утро, а ей вздумалось встречу назначать на самое со сранья. Ну кто так делает!

— Господа, что вы здесь топчетесь?

— Кто? — растерянно повернулась вся толпа на голос. — Изабелла Юрьевна?! Откуда?!

— Так и хочется ответить вашей же присказкой, господа земляне. От верблюда!

— Я уже битых полчаса, с нетерпением жду вас в экспериментальном цеху, брожу там одна, в сопровождении одной лишь любезной Вильи де Сохо, отдувающейся за всех вас, а вас, бездельников, никого там нет! Хорошо что дежурный сообразил и подсказал где вы можете быть. А то бы так и пропало всё утро. Я — там, вы — тут.

— Там — это где? — враждебным тоном, ничуть не скрываясь проворчал Фома. — Нельзя ли поконкретнее?

— И чего это Вилька оказалась вдруг с вами? — ещё более враждебно бросил он косой взгляд на лыбящегося непонятно с чего Митьку. — У-у-у, предатель.

— Там — это в вашем опытном экспериментальном цеху. Я же уже сказала, — сделала невинные глаза Белла. — Поконкретней — пожалуйста. Я рассматривала ваше новое детище. То что вы обозвали «Карга».

Впечатляет, скажу я вам, впечатляет. Мне понравилось. Но! Как всегда есть куча всяких но!

Грузновата машинка вышла, тяжела на ходу будет. Мощи не хватает, — подпустила она яду в голос, мигом сгоняя с лиц присутствующих довольные улыбки. — Не расслабляйтесь, господа, не расслабляйтесь, — тихо рассмеялась Белла. — То что у вас получилось — хорошо. Но надо лучше. Прототип слишком сырой, чтоб его к чему дельному пристроить.

Так, игрушка для бездельника. А нужна нормальная рабочая машина.

Так что, если есть желание прокатиться на юга, — повернулась она к приплясывающему рядом на морозце Митяю, — придётся поработать. Машинка должна быть легче. И моторчик цундаповский не пойдёт, хиловат. И не забывайте про боезапас. Его должно быть много. Очень много! А это — опять вес. Танковый мотор подошёл бы в самый раз, да жаль места для него там маловато. Да и тяжеловат он для вашей карги.

А на чём можно сэкономить — подскажу. Обратитесь к Марку. У него со дня на день броневые напорные баллоны должны появиться. Лёгкие и давление большое хорошо держат. Вам — самое оно. Пуля попадёт — не взорвётся, как стальной. И колёса. На колёса обратите особое внимание. Не жалейте каучук, смело экспериментируйте. Надо будет, амазонки ещё притащат. Смело делайте дутые шины или что там у вас будет взамен тому чудовищу что пустили на колёса. Обязательно освободитесь от этих ваших чугунных монстров. Корпус из лёгкой фанеры, а колёса из литого чугуна. Да ещё с дырками по кругу, я так понимаю для облегчения. Красота, да бред полный! Даже просто диски колёс сделать из фанеры были бы много лучше. Легче, по крайней мере. Какой дурак это придумал?

— Вы видели, — растерянно пробормотал Лёшка, глядя на Изабеллу совершенно дикими глазами.

— А чем я по-вашему занималась всё утро? — неподдельно изумилась Белла. — Не только видела, но ещё и прокатилась пару кругов по внутреннему двору на этом вашем чудо-монстре, пока вы спали и мялись потом перед моим крыльцом непонятно зачем, — улыбнулась Белла. — Поэтому про вашу машину знаю практически всё.

— Вообще-то название у неё «Карга», а не машина, — сердито проворчал Фома. — И я теперь знаю в честь кого.

— Спасибо, — улыбнулась в ответ Белла. — Вы мне польстили, сударь. Никто ещё в мою честь не называл свои открытия и тем более не называл целый класс машин моим именем.

— Э, — растерялся Фома. — Я не…

— Я понимаю, — улыбнулась Белла. — Вы нет. А я — да. Поэтому с этого дня официально утверждаю название нового класса машин как карги. Отныне и на века.

И последнее на сегодня. С этого дня можете официально заниматься своей каргой. Финансирование вам на вашу разработку найдём. Тем более что там много то и не надо. И не надо теперь выкраивать по сусекам гайки и дефицитный бензин. И не надо скрываться. Работайте. И через месяц, к началу половодья жду от вас результат.

— Андестенд?

— Я-я, натюрлих, — растерянно буркнул Фома, при всеобщем потрясённом молчании. — Разрешите исполнять, экселенц? А то мы змэрзли тут, як цуцыки, вас, такой неожиданной ожидаючи.

— Исполняйте, — холодно улыбнулась в этот раз Белла.

— А вас, господа Трошины, я попрошу остаться. Вас, Богдан, и вас, Глеб.

Замершая было толпа изобретателей, на миг замерла, словно пытаясь защитить одного из своих членов, потом качнулась как-то неуверенно, и уже через пять минут возле крыльца гостевого дома осталась лишь Изабелла де Вехтор, да оба брата Трошиных.

Пропустив братьев вперёд, Изабелла вместе с обоими братьями молча поднялась на крыльцо и осторожно пробралась в свой рабочий кабинет, боясь разбудить крепко спящих детей.

— Тс-с, — прижала Белла палец к губам, когда Богдан неловко задев стул, чуть было не обрушил на пол кипу бумаг, высящуюся на краю рабочего стола.

— Вкратце поговорим. Только тихо, чтобы детей не побудить. Иначе о делах сразу можно забыть.

Итак. Что у нас по моторам?

Уже через полчаса обстоятельного доклада, она поняла: «Могла бы и не спрашивать». Настроение, только что бывшее просто прекрасным, стремительно рухнуло вниз. По моторам было откровенно плохо. Не хватало станочного парка. А тот что был — не позволял добиться потребной точности обработки, а следовательно и получить на выходе то что требовалось. И были проблемы с какими-то хитрыми присадками к стали, отчего моторы собственно и выходили такими большими и тяжёлыми.