О. Шеремет - Вне времени

— Чтобы записать тебя на листочек, когда ты умрешь.

Мага это несколько озадачило. Он смерил взглядом унылую чернокрылую птичку.

— Что-то я раньше не слышал о гениях смерти. И, передай своего новому _другу_ — гримаса подозрения, — Что я пока умирать не собираюсь.

Надеюсь, ревновать меня к нему ты тоже не собираешься. А что, забавный получился бы треугольник: Он, Она и его Смерть. Каково звучит, м-м?

— Да тебе и не надо, — я уверила эльфа, довольная, что бурю удалось предотвратить. — Если ты не умрешь в течение семи недель, он от тебя отстанет.

— До этого, значит, мне придется лицезреть этого красавца?

— Ввобще-то он долженн быт невилимым.

— Я буду невидимым! — защищаясь, гений поднял руки. — Просто мне… скучно. Я захотел познкомиться.

Отлично. "Привет, я гений Смерти, жду-не дождусь, пока ты у мрешь. Приятно познакомиться."

— Приятно познакомиться, — эхом отозвался Алхаст. — Доволен? Сгинь с глаз мои долой, пока перьев на подушку не нащипал.

Хотя эльф по природе своей не умел угрожать, гений ему почему-то поверил — и ушел, оставив нас вдвоем.

— Зря ты так. Он хотел как лучше.

— И ты, видимо, тоже, — Алхаст хмыкнул, крепко обнял меня. — Расскажи мне.

— Сказку про белого бычка?

— Угу, — эльф зарылся носом в мои волосы и ему, кажется, было всё равно, про скотинку какой расцветки слушать.

(1) Гений Смерти — ни в коем случае не имеется в виду уровень IQ даннног персонажа. Гении — духи, придешие из Древней Греции, в компании с ларами и пенатами. (2) Перо Маат. Маат — древнеегипетская богиня правосудиясправедливости, изображаемая в виде птицы. В загробном мире её перо клали на половину весов, на вторую — человеческое сердце и смотрели, что перевесит.

Глава 7

Если б я был султан, я б имел трех жен,

И тройной красотой был бы окружен.

Но с другой стороны, при таких делах,

Столько бед и хлопот — ах, спаси Аллах!

ДАРМ'РИСС

Сразу после защиты курсовой я вернулся в Рраен. Работа? Какая-такая работа?.. Младшая получает имя. Если я пропущу этот день, у меня появится моя личная маленькая грымза. Хватает уже старшей, Майстры.

Младшая, выскочив в коридор в одном нижнем платьице, кинулась мне на шею — она уже не помнила, что буквально сутки назад была смертельно обижена. Но серому с синим камню, изящно ограненному, обрадовалась всё равно.

— Как он называется, Дарррррис?

— Скоро узнаешь, — я подмигнул девчоке, опуская её на пол. — Беги, одевайся. Сегодня ты будешь красивее всех.

Довольная девчока сжала в кулачке яшму, обернулась на пороге.

— Даже красивее Майстры?

— В десять раз.

— И Йасы?

Настоящая женщина растет.

— В двадцать раз, — шепотом сказал я, убедившись, что Валнара, новоявленного супруга, рядом нет.

— А Лаэли? — хитро прищурилась Младшая.

— Иди ты… одевайся.

Покрутил головой, недоумевая, откуда в них, в девушках, берется это коварство? "Слабый" пол — ага, черта-с-два. Знаю я несолько магичек — пусть их по пальцам пересчитать можно — что пережуют и выплюнут десяток мужчин. И не поморщатся. А потом, приложил руку ко лбу, будут жаловаться на легкую головную боль…

— Чего такой серьезный? — спросила колонна, в которую я пытался войти вместо двери.

— Я не серьезный, я задолбался улыбаться… О, Йаса.

Далее я проглотил язык. Что жена брата делает в двух шагах от моей комнаты? Или это я зашел куда-то не туда. Попытался осмотреться, отодвинул стройную фигурку моей… ээ… невестки в сторону. Она обернулась.

— Что там?

— Коридор, — я вздохнул. Коридор был моим, искореженным многочисленными заклятьямии и играми питомцов — друзей детских лет. Мама всегда была против того, чтобы мы завели василиска, пришлось держать ящера под кроватью… Пока однажды он не вышел погулять.

Что-то меня сегодня уносит от темы.

— Йаса, что тебе нужно?

Если она скажет, что заблудилась, честное слово, я ей поверю. Пусть ищет потайные комнаты, шкафы со скелетами — мне надоело добровольно вешать на себя чужие проблемы. Лапша на ушах полегче будет.

— Я искала тебя, — рассеянно ответила Йаса, накручивая серебристый локон на палец. Меня пробрала дрожь — это любимый жест Майстры, который обычно сопровождали угрозы сдать с поличным маме меня и моего василиска, если я не наколдую сестре более изящную форму носа для школьного бала.

— Зачем? — даже не стал скрываться, тяжко вздохнул и привалился к стене. — У меня сейчас нет времени. Совсем. Так что не могли бы мы поговорить позже?

Девушка покачала головой, опуская длинные ресницы. Да, всё-таки у нас, у Кенрретов, есть талант выбирать подруг — жена брата была так красива, что я порой даже жалел, что иметь брата-рогоносца будет против моих правил.

— Дарис, мне нужна твоя помощь. Нужен герой… — она подошла поближе. Я вжался в стенку, завидуя привидениям. — Чтобы сразиться…

— С чем? — я едва переводил дыхание. От Йасы пахло терпкими духами, такими… соблазнительными.

— Со скукой, — её дыхание обдало щеку. Сладкий вкус женских губ — теплых, податливых… гибкое тело, прильнувшее ко мне. Не буду лгать, что не заметил, как мои руки оказались на её осиной талии. Закрыл глаза, разрешив себе на несколько блаженных мгновенний забыть о реальном мире и просто наслаждаться красивой женщиной, явно имеющей достаточно опыта в любви… И у меня, между прочим, уже месяц не было девушки.

Но потом пришлось мягко отстранить её от себя.

— Йаса, нет.

— Почему? — в золотых глазах мелькнули огоньки гнева. — Я что, тебе не нравлюсь?

Упаси Тьма меня такое сказать — проще сунуться в пасть к дракону.

— Нравишься, — шепнул на ухо, с сожалением скользнул в сторону, не торопясь убирать руки с её талии. — Ты сводишь меня с ума… именно поэтому я и не возражал против твоей свадьбы с братом. Думал, так будет легче — когда мы станем родственниками, пусть не кровными.

— И как? — игриво, уверенно осведомилась красавица.

Как приговаривают за обедом тролли, мозгами об косяк.

— Не могу избавитсья от этого чувства. Лучше бы мы никогда не встречались.

Я говорил со скучающей невесткой, но перед глазами стоял другой образ — дразнящий, неуловимый. С глазами цвета бирюзы.

Йаса провела ладонью по моему лицу, оставила на щеке след горячего поцелуя.

— Я еще найду тебя… братик.

В комнате я сразу же сунул голову под холодную воду. Остолбеневший Иззмир вернулся к жизни и трагично промолвил:

"Йаса — жена твоего брата!"

— Не поверишь, но я в курсе, — можно и вслух поговорить, пока никто не видит. Из зеркала на меня смотрел очень рассерженный Архимаг, которого почему-то никак не желают оставить в покое. — Парочка невинных поцелуев.