Эд Гринвуд - Эльминстер в Миф Дранноре

В комнате внезапно установилась мертвая тишина.

- Случайно в лесу я наткнулся на дозор, в который входил и Юмбрил…

- Дозор, который он возглавлял, - почти фыркнула леди Намирийта.

Эл серьезно и печально склонил голову:

- Безусловно, леди. Я не хотел проявить какое-либо неуважение. Я увидел, как пали последние из его товарищей, в живых остался он один, со всех сторон окруженный рукхами. Хобгоблинов было слишком много. Их было невозможно сокрушить ни его заклинаниями и ни моими собственными…

- Вашими заклинаниями? - не скрывая презрения, усмехнулась она, и тон ее явственно показывал, что она ему нисколько не верит, в то время как Филаурель подняла залитое слезами лицо и ловила каждое его слово.

- Пока я к нему пробивался, один из рукхов ранил Юмбрила, и он упал в ручей. Своей магией я унес нас обоих от врагов, но он умирал. Если бы он пожил подольше, он стал бы моим проводником, чтобы я мог принести его сюда. Но у него хватило времени только на то, чтобы показать мне, что я должен приложить кийру к своему лбу, прежде чем он падет… и превратится в прах.

- Он сказал что-нибудь? - всхлипнула Филаурель. - Его последние слова: вы помните их? - Ее голос поднялся до муки и отозвался в каждом, даже самом дальнем, углу опочивальни.

- Сказал, леди,- ласково ответил Эл. - Он выкрикнул имя и с ним отошел к праотцам. Это имя было - Айэкларун.

Раздался всеобщий стон, Меларю и Филаурель закрыли лица руками. Их мать, однако, стояла, как белолицый камень, а старый маг эльфов только печально кивнул.

Тем временем в комнате появились новые фигуры, стройные и горделивые. Они вошли и стали у дверей. Их наряды были роскошны, а манеры надменны: четыре девушки и две совсем маленькие девочки во главе с юным и гордым эльфом-лордом. Эл узнал его по видению камня мудрости, хотя здесь не было ни плавно летающего кресла, ни деревьев-колонн, ни солнечных бликов. Это был Орнталас, нынешний - хотя он этого еще не знал - наследник династии Аластрарра.

Орнталас смотрел на Эла в некотором замешательстве.

- Брат,- спросил он, слегка нахмурив красивые брови, - что все это значит? - Он оглядел опочивальню. - Дом ваш, и нет нужды из-за чего-то бросать нашей семье вызов. - Его взгляд упал на Филаурель и потемнел. - Или вы забираете нашу сест…

- Сохраняйте спокойствие, юноша,- серьезно сказал Нейриндам. - Такие мысли унижают нас всех. Видите драгоценный камень на челе брата?

Орнталас взглянул на дядюшку так, будто тот лишился рассудка.

- Конечно, - ответил он. - Или это какая-нибудь игра? Быть…

- И еще раз, - решительно вмешалась леди Намирийта, и кто-то из воинов, стоявших в кольце, хмыкнул.

Услышав это, юный лорд еще больше выпрямил спину. Эл подумал, что сейчас он похож на того жирного торговца с улицы Хастарла, что свалился с лошади на булыжники мостовой, а потом вскочил и старательно сделал вид, будто ничего не случилось и зад у него не выпачкан конским навозом, а сам оглядывается, не видел ли кто-нибудь его конфуза.

Орнталас оглядел комнату, всем видом требуя тишины, и заявил дядюшке:

- Да, глубокочтимый дядя, я вижу кийру.

- Хорошо,- сухо ответил старый эльф, и опять кое-кто из воинов захихикал, хотя и более сдержанно. Нейриндам подождал, пока смешки утихнут, и продолжил: - Вы, как и все мы, присягали на повиновение носителю кийры.

- Да, - кивнул Орнталас и снова в замешательстве нахмурился. - Я знаю это с детских лет, дядя.

- И до сих пор помните? Хорошо, хорошо, - мягко сказал старый маг, вызвав этим еще несколько смешков. На лицах леди Намирийты и Меларю появилось раздражение, обе пошевелились, но ничего не сказали.

- Тогда клянетесь ли вы кийрой нашего дома и всеми нашими предками, которые в нем жили, не поднимать руку и не метать заклинания на брата, когда он к вам приблизится? - спросил Нейриндам, и голос его вдруг стал таким же твердым и звенящим, как железо клинка, ударившегося о металл.

- Клянусь, - коротко ответил Орнталас.

Старый эльф взял юношу за руку, провел его за собой сквозь поющий барьер, развернул лицом к Элу и сказал:

- Орнталас здесь. Сделайте то, что вы должны сделать, сэр, пока кто-либо из моих горячих родственников не натворил каких-нибудь глупостей.

Эл благодарно склонил голову, мягко взял Филаурель за локти и сказал:

- Мои глубочайшие извинения, леди, за то, что ограничил вашу свободу. Это было вынужденно. Да не допустят боги, чтобы с вами такое случилось хоть когда-нибудь еще, во все ваши долгие лета.

Филаурель, с огромными глазами, прижав ладонь к губам, попятилась от него и выпалила:

- Ваша честь осталась незапятнанной, неведомый лорд.

Эл сделал два быстрых шага по направлению к Нейриндаму, плавно обогнул его и с вежливой улыбкой наклонился к Орнталасу.

Молодой эльф смотрел на него во все глаза:

- Брат, вы отказываетесь?…

- Печальные новости, Орнталас, - сказал Эльминстер, когда их носы, а потом и брови сошлись, слились воедино. Он держал эльфа за плечи и в этот момент был похож на смерть, потому что все лицо носителя кийры озарило свечение. - Я не ваш брат.

Воспоминания окружили его, унося в свои водоворот, а Орнталас закричал от потрясения и боли. Белая ревущая волна магии, вздымаясь, потащила его. Эл не мог больше держаться.

- Да защитят меня законы королевства! - вскричал он, а потом, уже задыхаясь, хрипло прошептал: - О Мистра, поддержи меня!

Комната закружилась у него перед глазами, и ему не хватало уже дыхания даже на то, чтоб что-нибудь крикнуть. Его тело вытянулось, все вокруг закричали от гнева и тревоги, и последнее, что увидел последний принц Аталантара. к которому снизу тянулись жадные щупальца подбирающегося мрака, это разъяренное лицо леди Намирийты далеко позади единственно надежной вещи - деревянного жезла в твердой старческой руке Нейриндама. Он цеплялся за этот образ до тех пор, пока глубокая тьма не поглотила его.

Глава пятая

Визит к коронелю

И так случилось, что Эльминстер из Аталантара отыскал эльфийское семейство и, очень неосторожно вступив в его дом, сделал то, что поклялся. Как многие, кто выполняет взятое на себя необычное и опасное обязательство, он получил за это весьма скудную благодарность. Если бы не милость Мистры, он легко мог бы умереть в тот же вечер в саду коронеля.

Антарн Мудрый

из великой истории могущества архимагов Фэйруна,

изданной приблизительно в Год Посоха

Орнталас Аластрарр, спотыкаясь, бродил по опочивальне. Схватившись за голову, он пронзительно кричал, при этом голос его был резок и некрасив. На его брови, подобно новой звезде, сиял драгоценный камень, и из него вырывался блистающий и потрескивающий шлейф магических молний. Шлейф тянулся к распростертому на полу телу того, кто принес кийру,- такому молодому, такому уродливому… такому человеческому.