Пётр Волкодав - Булава скифского царя

— Возьми эту мазь, сын царя, она поможет снять жар и исцелить раны.

— Хорошо, благодарю тебя торговец. Оршесе, сколько у тебя воинов охраны?

— Ты же знаешь Зиммелихе, я не держу большой охраны. В Торжище крайне редко происходят конфликты. В моём подчинении сорок воинов. Мы в твоём распоряжении.

— Что это? — Зиммелих внезапно обернулся в сторону дороги и прислушался. К ним приближались… Топот всадников.

— Луки наизготовку! — заревел внезапно Тертей. Воины заслонили Зиммелиха и Накру и натянули тетивы. И вовремя, — на площадь вырвались конники. Крей, тысячный Ассея поднял руку, спрыгнул с лошади и вытер пот.

— Слава Папаю, успели. — Он немедленно подошёл к Зиммелиху и начал без предисловий: — Зиме, меня прислал Ассей. Нам стало известно, что Едугей направился в Торжище за головой "скифа" и твоей… извини за прямоту. — Зиммелих побелел, а Тертей мрачно оскалился. Он вытолкнул двоих воинов из свиты Зиммелиха и швырнул их на колени к ногам сына царя.

— Ваши семьи не пострадают, если скажите правду, — прорычал он. — Крей говорит правду? Оба воина замерли, склонив головы. Молчание подтвердило подозрение.

— Вы предали Атоная, царя всех скифов — коротко и зло проговорил Тертей и поднял меч… головы покатились по земле. Зиммелих не глядя на предсмертные судороги и кровь, повернулся к торговцу. — Где "скиф"?

— Он пошёл к морю. Если тебе нужна помощь, возьми моих воинов охраны.

— Нет, торговец, обойдёмся сами; "скифа" я не трону. Твои воины Ю-Ай-Хо, только помешают нам. Крее, что ещё передал Асей?

— Война с Лисимахом. — зашептал Крей. Оршес вздрогнул.

— Зиммелихе, не трогай путника — на сына царя твёрдым взглядом смотрел главный вещун Торжища — Крон.

— Разберус, Кроне… Оршесе, — обратился к наместнику Зиммелих. — Закрой ворота. Никого не впускать. Если кто окажется в Торжище из людей Едугея, связать. Окажут сопротивление — убить. Я иду к морю.

— Тебе помочь?

— Мы справимся. Анта, ты останешься с Хорсилом, без обсуждения. По коням!

— Погоди чуть Зиммелихе. Возьми меня с собой. Мне этот город опостылел. Я — воин.

— Потом поговорим, Оршесе…. Сарматы не должны знать этой новости…

— Да, я понимаю… может всё-таки помочь?

— Мы справимся… Когда закончим, поговорим… У тебя замена есть? Если есть, то назначь приемника из достойных и отправляйся к моему отцу…

— Спасибо тебе, сын Атоная. — склонил голову наместник Торжища. — Замена есть. недавно я отправил к твоему отца посла с просьбой. Жду ответа, А по поводу сармат я придумаю что-нибудь. Удачи тебе!

— Удачи нам всем, Оршесе, а за меня не переживай. Предатель будет наказан.

Зиммелих, отвернувшись, пришпорил коня. Не успела осесть пыль, как всадники выехали за пределы города. Дозорные заперли ворота, и заскрипел засов… Оршес — наместник, Торжища громко распорядился. — Никому без моего разрешения не покидать пределы города. Этот приказ касается всех.

— А шкура медведя? Зиммелих не забрал её — забеспокоился Ю-Ай-Хо.

— Не переживай торговец, — расхохотался Оршес — шкура никуда не уйдёт… А тела предателей выбросить на корм рыбам.

Зиммелих вёл отряд к морю. Кони беззвучно несли молчаливых всадников. Крей поравнялся с сыном царя и Тертеем.

— Зиммелихе, Ассей просил по возможности избежать жертв. Будет жаль, если одни из лучших воинов Скифии будут убивать друг друга.

— Асей прав. — Тертей согласно кивнул, а Зиммелих ответил. — Я думал об этом, Крее…

Из памяти сына царя не выходил один из сармат, с откровенно наглым взглядом; уверенный в себе; "длинноголовый", не поклонился сыну Атоная. Это показалось странным. Тем более, что сармат знал и видел не раз Зиммелиха и дважды приезжал в Скифию на осенние состязания лучников… Эти глаза, через одиннадцать лет, Зиммелих увидит в другом месте и при других обстоятельствах и пожалеет, что не убил будущего царя сармат…

Ветер с моря донёс еле слышимый крик. "Царе, мы нашли его, сюда"! Зиммелих натянул поводья и остановился у орешника. — Сделаем вот как. — Тертее, ты пойдёшь с воинами Крея в обход, а я в лоб… Мы возьмём царя Едугея в кольцо. Это — приказ. Крее, ты понял?

— Да, Зиме, но ты здорово рискуешь… Мой царь приказал…

— Знаю, знаю, Крее… Выполняйте приказ. В противном случае в лобовой схватке, многим не выжить. Здесь одни из лучших воинов Скифии. Выдвигайтесь.

— Погоди, — Тертей осадил кобылицу и подъехал к ученику. — Я не согласен, ты рискуешь собой Зиммелихе и жизнью Накры. Я — против.

— Тертее, приказ не обсуждается. Для вас главное — появиться вовремя, а ты — Накра, надень доспехи… Мали ли что… Вперёд. — Зиммелих поправил боевой пояс. — Всё будет хорошо, сколоты, — верьте мне. Всё — выдвигаемся.

Запах Меотиды приятно щекотал ноздри. Зиммелих уверенно направил лошадь к цели. Отряд разделился. Хладнокровный Тертей погрозил кулаком ученику, а сын царя лишь усмехнулся. Какое то сладостное чувство мести охватило его… С старшим братом с самого детства сложились неприязненные отношения и вот теперь всё должно разрешиться. О предстоящей схватке, а то, что это случиться Зиммелих не имел сомнений и думать не хотел. Сердце подсказывало — за перегибом, в яру, произойдёт встреча со старшим братом — царём Едугеем и, встреча будет последней.

Тело не слушалось, а в глазах посла плыли разноцветные круги. Хотелось прохлады. Диск "слепящего" усиливал боль и жжение в груди, казалось — он сам стал солнцем, источая волны жара. Хорсил тяжело открыл веки и смог удивиться. Рядом находилась та, которую он видел раньше, юная амазонка, которая подтрунивала над ним всего-то — вчера, а может, это было не вчера?.. Встревоженные озабоченные взгляды удивили сына каменотёса. девушка отгоняла назойливых мух и встревожено поглядывала на него. "Наверное, мне снится" подумал он и закрыл глаза. Анта смочила вином лицо посла.

— Тебе нельзя говорить, посланник царя. Молчи, ты не умрёшь. Ты хороший воин.

"Да, это её голос". — Хорсил попытался улыбнуться, но ничего не вышло. Боль сотрясла грудь. Он застонал и "провалился" в небытиё. Анта распустила волосы, отёрла ими окровавленное и недвижное лицо юноши и прислонила ухо к груди… Сердце молчало… Ей захотелось закричать на всю ойкумену, но вещун Торжища — Крон, мягко отстранил амазонку. Он торопливо разрезал рубаху кривым ножом и осмотрел раны. — Анта, я верну его к жизни, не плачь дочка и не мешай. А вы, — кликнул он к помощников — побыстрее, готовьте инструмент. — Крон запустил пальцы в рану.. — Да, да я верну тебя — парень… Ещё и на свадьбе погуляем. Не мешай Анта. — Крон отогнал прочь праздных зевак и сказал тайцу. — Твоя мазь поможет торговец.