Наталья Савицкая - Книга Тьмы

— Ну, и зачем разбудила? — недовольно поглядел он на взъерошенную меня. Затем перевел взгляд на дуэлянтов. — И долго они так будут стоять?

— А я откуда знаю? — чуть обиженно отозвалась я. Почувствовав мою интонацию, Фор пода мне руку и поднял с пола. Я тут же впилась в гусиное мясо, что аппетитно распространяло запах по комнате. — Ям што шрашалась?

— Прожуй, а потом говори — строго сказал Тэм и тут же сам принялся уминать сделанный им бутерброд. На все наши колкости он отвечал невнятным бурчанием.

— И кто бы говорил — проворчала я. — Темная мамаша нашлась.

Лун услышал и тихо рассмеялся. Негр подозрительно глянул на него, но смолчал, занятый едой.

В этот момент тишина взорвалась яростными криками. Колден и Мерлин сдвинулись с места и, снеся наш столик (заставив отпрыгнуть нашу команду подальше), пошли друг на друга. Мерлин поднял руки, что-то шепча. Между ними зажглись неприятного болотного цвета сферы и угрожающе зашипели. Волшебник приготовился сбросить их на противника.

Но тут учитель, неожиданно для нас, и тем более неожиданно для Мерлина, двинул кулаком в нос придворного волшебника. Тот коротко вскрикнул и грохнулся на пол. Сферы тут же пропали, рассыпавшись колючими искрами.

"Нокаут" — констатировала Криста, когда я приблизилась к побежденному Мерлину.

— И что произошло? — поинтересовалась я. Остальные так же с вопросом в глазах повернулись к колдуну.

— Он нечестно дерется! — возмущенно закричал Колден

— Хм, — с сомнением поглядела на него я. — А кулаком в рожу — это честно?

— Запрета на это не было — уклончиво буркнул учитель.

— Ну, конечно, что не запрещено, то разрешено — хмыкнул Лун.

— Где-то — отозвался Колден.

— А что он сделал? — спросил Фор, пнув лежащего без сознания Мерлина.

— Он вышел из дуэльной зоны, когда понял, что проигрывает — презрительно пояснил Колден. — А это строго воспрещено. Он хотел убить меня, пока я "возвращаюсь".

— Ну, теперь он в проигрыше — пожал плечами Тэм. — Так что пошли.

Колден согласился и устало сгорбился. Всю дорогу до нашей общей комнаты он ворчал, что, дескать, наша сумасшедшая компания плохо на него, ученого колдуна, влияет. И в карты научили играть, и в пьянки утягивают, и уже магические дуэли банальной дракой кончаются.

Четверо обвиняемых в это время заливались смехом, придерживая друг друга.

— А без нас ты бы стал занудным книжным червем — хихикнула я, хлопнув учителя по плечу.

— Угу — рассмеялся Колден. — А с вами я стану сумасшедшим хулиганов в преклонном возрасте, летающем на драконе в поисках приключений…

— Ага! — подтвердили все.

И мы растянулись на весь коридор, запевая песни про дружбу. Так что слуги, едва завидев нас, прятались в боковые проходы, следя испуганными круглыми глазами.

В комнате мы развалились на всем, чем можно и принялись скучать.

— Дракоша прилетит только послезавтра утром, так что нам предстоит целый день…

— А потом в Китай — вздохнул Лун. — Ну, нет, чтобы куда-нибудь на море…

— И не говори — согласилась я, вновь пытаясь отвоевать всю кровать, что опять не получилось. Пришлось делить.

— Колден — подкатилась я к нему. — А почему ты был так уверен, что Мерлин не откажется от дуэли?

Все подняли головы с подушек и посмотрели на колдуна.

— А потому, недоучка, что если бы он в этом случае отказался, то магия бы забрала у него всю его силу, и он стал бы обычным человеком. Очень старым человеком. Магия не любит трусов и лжецов.

— Ага — начала понимать я. — И если бы отказался, то все? Гитлер капутус?

— Можно и так сказать — подтвердил Колден. — Магия — штука тонкая. В ней столько неизведанного…

— Угу. Интересно, а завтра он нам мешать не будет? — задумчиво сказала я в пустоту. — И что нам делать целый день? Скучно…

— Так потратим его с пользой!… - заговорщески переглянулись мы.

Наутро мы принялись выполнять задуманное. Сперва перерыли весь замок в поисках потайных ходов. Найдя парочку, прошастали в них до полудня, перепугав рыцарей до икоты, когда вышли в тронном зале чихающие, кашляющие и отряхивающиеся от килограммов пыли и паутины, что нацепляли по пути.

— Что вы тут?… - начал было ошарашенный Артур, но мы быстренько смылись с места обнаружения.

Потом мы нашли кухню и подружились с главной кухаркой, которая поглядела на меня и жалостливо всплеснула руками:

— Господи, девочка моя. Тебе надо лучше питаться. Посмотри, какая ты тоненькая — и она усадила всю нашу компанию за стол грубой работы, навалив на тарелки, кучу всякой еды. За несколько часов прогулок мы изрядно проголодались, так что накинулись на еду, как волки. — Кушайте, кушайте — приговаривала он, подбавляя то одного, то другого.

Наконец, поблагодарив добрую женщину, мы, с изрядно отяжелевшими животами, покинули хозяйственные помещения и вернулись в комнату.

— А давайте оставим Камеллоту на память что-нибудь? — внесла я предложение, прервав тягостную тину, что длилась уже час.

— Что, например? — полюбопытствовал Фор.

— Ну, не знаю. Что-нибудь такое, что заставит нас долго помнить.

— Что-то вроде сломанных ворот? — усмехнулся вампир.

— Или поверженного волшебника? — поддержал Тэм.

— Не. Все это не то. Надо что-то такое… — я подошла к окну и оглядела светлый двор. — Что-нибудь вроде… стена!

— Что стена? — замерли все, с любопытством провожая меня взглядами.

— Ночью мы на ней что-нибудь нарисуем — потерла руки я.

— И каким образом? — ехидно поинтересовался Лун.

— Скоро увидите — зловеще улыбнулась я.

Едва дождавшись ночи, я расправила крылья, чуть-чуть размяла их, разгоняя кровь, и вылетела в окно. Вскоре вернулась, довольно улыбаясь.

— Что? — с нетерпением спросили друзья.

— Завтра все будет видно — отмахнулась я. Люди недовольно надулись и, ворча, завалились спать. Я только улыбнулась, заметив, что небольшая летучая мышь скрылась в оконном проеме. Через пару минут Лун упал рядом со мной на кровать, задыхаясь от беззвучного смеха. Потом поднял большой палец вверх и улегся спать.

Ранним утром за окном послышался шум крыльев. Прилетел Дракоша. Некоторое время была тишина, а затем громовый хохот потряс весь замок, поднимая всех его обитателей.

Заинтригованные друзья быстренько оделись и высыпали на улицу. Я же не особо торопилась. Поэтому, к моменту моего прихода, на улице было уже ползамка. Выйдя за ворота, я осмотрела свое творение.

"Да уж, что творение, то уж видно… творить ты умеешь…".