Пол Хофман - Левая Рука Бога

— У тебя ведь были свои планы на него.

— Вам известно, что так оно и есть, Ваша Милость.

— Его нужно вернуть.

— Наши мнения полностью совпадают, Ваша Милость.

— Вернуть и наказать.

— Разумеется, Ваша Милость.

— А потом повесить и четвертовать. — На это Боско ничего не ответил. — Он убил Искупителя и должен умереть.

Боско немного подумал.

— Мое расследование показало, что в убийстве виновны двое других послушников. Похоже, они принудили Кейла бежать с ними. Они были вооружены, он — нет. Если это так, то Кейла следует только примерно наказать. Четвертование представляется мне излишним. Что касается двух других, учитывая их вину, — иное дело.

Вышний Искупитель презрительно фыркнул, звук этот легко можно было принять за спазм удушья.

— Ха! Жалость тебе совсем не свойственна, Боско. В тебе говорит тщеславие. Какая разница, кто именно из них убил Пикарбо. Господи, да я готов сжечь вместе с ними весь их дортуар.

Вышний Искупитель позволил себе слишком возбудиться и теперь захлебывался слюной. Он жестом указал на чашку с водой, стоявшую на прикроватном столике. Боско не спеша, стараясь выиграть время, подал ее старому священнику. Вышний Искупитель долго и шумно глотал воду, потом протянул обратно обслюнявленную чашку. Боско с нескрываемым отвращением поставил ее на столик.

Свистящее дыхание Вышнего Искупителя стало постепенно успокаиваться и наконец пришло в норму. Зловещий блеск в глазах, однако, лишь усилился.

— Расскажи мне об этом деле, которым занимался Пикарбо.

— Деле?

— Да, деле, Боско, о деле Лорда Дисциплины, свидетельства которого, включая выпотрошенную шлюху, нашли в его покоях.

— Ах, об этом, — задумчиво сказал Боско.

— Ты думаешь, раз я стар и болен, то не знаю, что здесь происходит? Что ж, ты ошибаешься не впервой. Как бы я ни был болен, тебе меня не перехитрить, Боско.

— Никому находящемуся в здравом уме не пришло бы в голову недооценивать вашу мудрость и опыт, Ваша Милость, но… — Боско печально вздохнул. — Я надеялся избавить вас от отвратительных подробностей того, что мы нашли в покоях Искупителя Пикарбо. Было бы очень жаль, если бы правление столь славное, как ваше, оказалось омрачено чем-то подобным.

— Я слишком стар для лести, Боско. Я желаю знать, что он с ней делал. Ведь не просто же он ее трахал, правда?

Даже Боско, человека, которого трудно было чем-либо смутить, покоробило это слово. Нужно понимать, что такая прямота выражений была неслыханной, о подобном, если и упоминали, то иносказательно, как о зверстве или уродовании, да и то редко.

— Вероятно, что-то помутилось у него в душе. Зло всегда на страже, Ваша Милость. Возможно, ему просто доставляло удовольствие придумывать новые наказания для послушников. За ним и раньше это замечали.

Вышний Искупитель хрюкнул.

— Как ему удалось добраться до девчонки?

— Пока мне это выяснить не удалось. Но у него было много ключей. Только вам и мне позволено задавать вопросы о Лорде Дисциплины. Это потребует времени.

— Он не мог сделать это без посторонней помощи. Речь может идти не просто о зверстве, но о ереси.

— Эта мысль и мне приходила в голову, Ваша Милость. В Доме Особого Назначения сейчас изолированы двадцать его приближенных. Те, что выше рангом, отрицают — пока отрицают, — что знали хоть что-то, а вот рядовые Искупители признают, что по приказу Пикарбо создавали расширенный кордон вокруг монастыря, замуровывая дальние ответвления коридоров. При этом никто ничего не мог заподозрить — в конце концов, монастырь и так полностью изолирован от рядовых Искупителей. Предполагалось, что никто никогда не мог увидеть лиц девушек. Чтобы замаскировать истинную причину своей деятельности, Пикарбо велел перенести кухню и прачечную, предназначенные для высшего состава Искупителей, внутрь кордона. Все сообщение осуществлялось через большой Барабан. Поскольку Лорд Провианта и Магистр Стирки входили в ближний круг небольшой группы еретиков, созданной Пикарбо, ему ничего не стоило получать еду и все прочее.

— Но ведь мы начали распечатывать старые коридоры в радиусе мили. Моллой рано или поздно должен был бы все обнаружить.

— К сожалению, Магистр Исправлений был одним из них.

— Боже милостивый! Этот ничтожный муравей, этот ханжа Моллой помогал превращать Святилище в дом терпимости? — Вышний Искупитель откинулся на подушки, задыхаясь от чудовищной гнусности услышанного. — Необходимо очищение, отныне и до конца года следует проводить Акты Веры, нужно избав…

— Ваша Милость, — перебил его Боско, — совершенно очевидно, что целью этого гарема было обезображивание. Я даже не уверен, что это был гарем — скорее, место изоляции. Из того, что мне удалось понять, расшифровывая его записи, Пикарбо, сколь бы он ни был безумен, что-то искал, что-то сугубо специфическое.

— Что он мог найти в потрохах жирной шлюхи?

— Пока не знаю, Ваша Милость. Очищение, может, и потребуется, притом тотальное, но следует подождать, пока я докопаюсь до дна этой истории, прежде чем возжигать свечи Богу.

Возжигание свечей Богу, разумеется, не имело никакого отношения ни к воску, ни к фитилям.

— Поберегись, Боско. Ты думаешь, что знаешь все лучше всех, но я знаю… — Вышний Искупитель ткнул пальцем в Боско и повысил голос: —…Я ЗНАЮ, что в знании — корень всех зол. Эта сука Ева захотела узнать, что и как, и именно это навлекло грех и смерть на всех нас.

Боско выпрямился и направился к двери.

— Искупитель Боско!

Боско обернулся и посмотрел на сморщенного старого священника.

— Когда ты поймаешь Кейла, он должен быть казнен. И приказ на сей счет я издам сегодня же. А ты и думать забудь копаться в дерьме Пикарбова распутства. Просто уничтожь всех, кто имел к нему отношение. И мне плевать, если среди них окажутся невиновные. Мы не можем допустить ни малейшей возможности ереси. Сожги их, и пусть Бог разбирается, кто из них виновен, а кто нет. Невиновные получат воздаяние в виде вечной жизни.

Найдись тут сторонний наблюдатель, от взгляда которого ничего не могло бы укрыться, он непременно заметил бы, как во взгляде Лорда Воителя промелькнула некая вспышка — словно бы он что-то обдумал и принял решение. Но то могла быть просто игра скудного освещения. Боско сделал несколько шагов к кровати, наклонился, как будто хотел взбить подушки, но вместо этого взял одну из них, аккуратно положил ее на иссохшее старческое лицо и плотно прижал. Все это было проделано так быстро и четко, что Лорд Вышний Искупитель, перед тем как подушка закрыла ему рот, лишь на малую долю секунды осознал, что происходит.