Анетт Блэр - По воле ведьмы

— Взяла все, что хотела? — спросил он.

Не совсем, потому что, черт бы побрал эту мысль, в число желаний Сторм нахально лезло желание заполучить этого жеребца. Целых три недели они играли в сексуальные игры, а секс с ним — просто вынос мозга, но что ей теперь делать с этим «хочу»?

— Почти, — ответила она. — Продавщица сказала, что здесь есть магазинчик «Жемчуг дракона». Похоже, там мне удастся найти то, что нужно для магии.

— «Жемчуг дракона»? — Эйден встал, покачал головой и взял ее пакеты. — Не уверен, что готов зайти в магическую лавку.

— Если не понравится, сбежишь. А в побегах ты настоящий ас, Тортила.

— Веди давай, Круэлла[36].

Но надо отдать ему должное: он даже глазом не моргнул, увидев в витрине коллекцию атаме и ритуальных чаш.

Продавщицей в магазине оказалась миниатюрная блондинка в легкой, как дым, розовой накидке. В ложбинке меж ее грудей лежало розовое кварцевое сердечко. Казалось, под прической она прячет остроконечные уши, а под накидкой — изящные крылышки.

— Ну и ну! — заявила фея-продавщица, пока Сторм разглядывала кристаллы под стеклом прилавка. — К вам цепляется чей-то дух.

Сторм глянула на нее:

— Ребенок? Это мой ребенок?

— Какой ребенок? — спросил Эйден.

Сторм резко выпрямилась и повернулась к продавщице за объяснениями.

— Не к вам, — уточнила блондинка, — к вам, — и указала на Эйдена, который перестал дышать и, похоже, онемел.

— А дух, который к нему цепляется, — это ребенок? — гнула свое Сторм.

— Нет, — ответила фея. — Женщина. Рыжие волосы, голубые глаза, шарф с пейслийским узором[37]. Украшения звякают. Она красавица. И взгляд у нее, когда она на вас смотрит, очень недвусмысленный. Это любовь, однозначно. О, она расплывается, но все еще остается с вами. Видимо, она следует за вами уже какое-то время. Неужели вы не почувствовали?

Эйден попытался ответить, но слова застряли в горле.

Сторм видела, сколько усилий ему потребовалось, чтобы не развернуться и не сбежать сию же секунду.

— Я возьму стеклянный шар, — начала Сторм, меняя тему, — черные свечи для углов, белые тонкие свечки…

— И глаз тритона? — предположил Эйден.

— Точно. Значит, глаз, а еще немного полыни, яда болиголова и белладонны ему в кашу на завтрак.

Эйден ничуть не удивился.

Осматривая магазин, Сторм вдруг заявила:

— А знаете, что еще мне нужно? Ангелит[38].

— У меня есть один. Но дорогущий. Вам зачем? Может, я смогу предложить что-то более приемлемое.

— Неа, возьму ангелит, — настаивала Сторм. — Мне нужно усилить телепатическую коммуникацию и укрепить экстрасенсорный канал.

— Вот это да! А вы знаете, что делаете. Вот вам ангелит.

Изогнув бровь, Сторм глянула на Эйдена и снова повернулась к фее:

— У вас есть какой-нибудь магический набор для путешествия? Свой мы забыли в спешке.

— Да, есть набор со всем необходимым.

— Отлично. Я еще возьму набор для ванны с эфирными маслами, улучшающими энергетику.

Сторм заметила, как приободрился Эйден. Пока продавщица пробивала и заворачивала покупки, он узнал несколько магических атрибутов и указал на них. Ему повезло принять участие в очистительном ритуале Хармони, который она проводила в замке, поэтому он не был абсолютным новичком в этом деле. Но Сторм все равно была рада, что он проявляет любопытство и задает вопросы.

Из «Жемчуга дракона» они попали в обувной магазин, где Сторм купила высокие ботинки «Doc Martens»[39] и две пары туфель на шпильках. Наконец они вышли на улицу и направились через парковку к автодому Эйдена. Однако остановились, заметив собравшуюся перед ним толпу.

Подойдя к задним рядам, Эйден спросил у какого-то парня:

— Что происходит?

— О, — ответил очевидец, — это же тот самый автобус. Драконоавтобус.

— Первый раз слышу, — отозвалась Сторм.

Парень вытащил из кармана сложенную газету, известную своими сфабрикованными историями о кинозвездах, которые рожают детей от пришельцев. Развернув газету, он постучал пальцем по первой полосе.

Сторм прочла заголовок:

— «Женщина держит сексуального раба прикованным наручниками к кровати».

Глава 20

Эйден выхватил газету из ее рук.

— О, дорогой, только посмотри, — прощебетала Сторм, пряча улыбку, — тут даже есть фото секс-раба. Вот он — распластался на кровати. Правда, фото слишком темное, чтобы сказать наверняка, кто он и есть ли на нем одежда. Какая жалость!

Она забрала газету назад, чтобы получше рассмотреть фотографию Эйдена.

— Давай посмотрим, что здесь пишут, дорогая, — ответил Эйден, снова выхватывая газету. — «Очевидцы утверждают, что видели мужчину, которого они прозвали Серебряный Лис, и разговаривали с женщиной, получившей прозвище Чудачка Снэпдрагон, которая держит упомянутого мужчину в наручниках. По словам этой нимфоманки, она щедро платит своему рабу, хорошо его кормит и следит, чтобы он был счастлив». Нимфоманка, значит? — брови Эйдена поползли вверх.

— Это все? — спросила Сторм у хозяина газеты.

— Нет. На пятой странице еще фотки.

Она с трудом сглотнула подступивший к горлу комок:

— Елки-палки…

— Ага, — Эйден нашел пятую страницу, — здесь фото той дамы. Снэпдрагон. О, похоже, ей дали прозвище из-за автобуса с изображением дракона. А она ничего. Но лицо прикрыто руками. Жаль. Впрочем, голые ноги от ушей и фрак на голое тело в… как там называется эта штука… — Он хлопнул Сторм газетой по руке. — Почему ты никогда не носишь ничего подобного?

Сторм подбоченилась:

— Почему я не нравлюсь тебе такой, какая есть? Мужчины!

— Хватит ныть. — Эйден заметил, что их информатор наблюдает за ними с понимающим видом, пожал плечами и повернулся к нему. — И почему все думают, что это тот же самый автобус?

— Переверните страницу, — отозвался парень. — Там суперская фотка. Автобус был припаркован аккурат под фонарем.

Эйден глубоко вздохнул, а сердце Сторм совершило почти удачную попытку выскочить из груди.

— Вы правы, — промямлил Эйден, — фото отличное.

Сторм пошла прочь, и он последовал за ней. Не успел парень крикнуть, чтобы отдали газету, как они скрылись за фургоном и пошли мимо припаркованных машин.

Эйден взял Сторм за руку, и они уселись на корточки за Хондой «Элемент».

— Чисто из принципа стоило бы надрать тебе задницу.

— А мне было смешно, — солгала она.

— У тебя нос растет[40], чудачка.

Зазвонил сотовый Эйдена.